Читать «Игрок. Город Грехов (СИ)» онлайн

Интересно, как давно он лелеял недежду видеть на моём пальце собственное клеймо?

Он, не колеблясь, растоптал меня. Уничтожил. Выдрал сердце и стёр его в порошок.

Саймон стоял рядом и явно не был рад. Я развернулась, молча удалилась из зала. За спиной что-то громыхнуло. До слуха донёсся звон разбивающейся посуды и сдавленный рык Алекса.

Я быстро шла по вестибюлю казино и еле сдерживалась. Последнее действие в спектакле ди Борго стало спусковым крючком. Ещё немного и меня затопит потоком слёз, что так некстати прорывались наружу. Срочно нужно было выйти на улицу.

Глоток свежего воздуха не принёс предполагаемого облегчения. Я дышала глубоко, держалась за перила лестницы. Перед глазами всё плыло, в ушах звенело. Скулы сводило, губы пересохли, сердце гулко заходилось, а в груди кололо и пекло. Опустившись, я присела на ступени. Мерно вдыхала воздух, вглядывалась в ночную темноту. На небе сияли миллиарды звёзд. Я смотрела на них, отыскивала знакомые созвездия, и меня понемногу отпустило. За спиной слышались шаги. Скорее всего, это Саймон пришёл, но в тот момент одолевало безразличие.

Он присел рядом на ступени, и мы сидели молча ещё некоторое время. Саймон первым нарушил тишину:

— Поедем домой, Лорен?

— Куда?

— В Сан-Франциско. Куда же ещё.

Ну уж нет, Саймон! Делай что хочешь, но в тот дом я больше не вернусь. Плохо ты меня знаешь, наверное. Больше я не буду играть по чужим правилам. Если Саймон желает быть рядом, будет играть по моим.

— Кто ты, Саймон? — спросила у него.

— Саймон Торн, — спокойно последовал ответ. О том, что он Торн, я узнала час назад на церемонии венчания.

— Ты не понял меня Саймон. Ну хорошо. Я спрошу по-другому. Кем ты приходишься ди Борго?

Саймон вздохнул, а потом выдал:

— Алекс, мой брат Лорен.

— Брат? Всего лишь?

Я была потрясена. Прикрыв рот руками, рассмеялась. Как же здорово они меня! А?

Я продолжала смеяться. От непроходящего смеха начинало трясти, и Саймон притянул меня к себе.

— Зачем ты женился на мне? К чему такая жертва и ради кого?

— Посмотри на меня, — строго приказал Саймон. Я посмотрела. Он чётко проговорил каждое слово: — Потому что я люблю тебя.

Надо же, Саймон… Настолько любишь, что готов выполнить любой каприз брата?

Запустив пальцы в его волосы, притянула голову Саймона ближе к лицу. Мы смотрели друг другу в глаза, и я первая поцеловала его. Это был поцелуй дикого отчаянья. Но Саймон не потерялся. Он ответил, проник языком глубже в мой рот. Страсть пробуждалась в нём и теперь он неистово целовал меня в засос. Когда мы оторвались друг от друга, я озвучила первое пожелание:

— Ну что ж, добрый рыцарь, Саймон, надеюсь, ты не будешь против Хьюстона?

Он покачал головой и улыбнулся. Встал со ступеней, подал руку, и мы направились к машине. Когда я пристёгивала ремень безопасности, одна горькая мысль улыбнула. С большим сожалением, я в последний раз посмотрела на здание казино и машина тронулась с места.

Мы навсегда покидали Лас-Вегас, а горькая мысль ещё долго вертелась в голове.

«Хотите, чтобы ваша жизнь пошла под откос? Начните играть в казино».

Глава 27. Семья ди Борго

Алекс

Кьяра лениво потянулась в постели. Открыла глаза и мутным взором посмотрела на меня. Я взглянул на часы. Час тридцать дня.

Вчера моя жена опять пропадала на вечеринке до четырёх утра. Когда вернулась домой, устроила очередную истерику с обвинениями в мой адрес и сетованиями на свою убогую жизнь.

— Проспалась? — с раздражением спросил её.

Попойки Кяры становились всё регулярнее в последнее время. Она часто исчезала из дома, проводила дни напролёт с подругами по клубу, посещала любые развлекательные мероприятия.

— Ну что я сделала тебе, Алекс? — обиженно протянула Кьяра. — Почему ты всегда груб со мной? Все восемь лет я терплю от тебя холодность и пренебрежение в браке.

— А чего ты хотела, Кьяра? — задал ей вопрос. — Ты хотела за меня, ты вышла. Мало?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Рассказывать Кьяре об обстоятельствах свершившейся свадьбы я не намеревался. Открывать свою душу, тоже. Обвенчавшись с ней, я быстро покинул свадебный банкет, сославшись на непредвиденные дела в Лас-Вегасе. Плевать мне было на гостей. Кьяре нужна была эта пафосная свадьба, поэтому я предоставил ей возможность блистать и развлекать несколько сотен собравшихся людей.

Жизнь после тянулась нескончаемой чередой обид и упрёков. Ей мало внимания, мало совместных выходов в свет, мало развлечений и секса. К слову о сексе. Меня никогда не тянуло к ней. Свои первые супружеские обязанности по отношению к Кьяре я исполнять не спешил. Бывал с ней очень редко. Меня вполне устраивали ничего не требующие временные любовницы, с которыми я не часто виделся.

На вечеринку к Уши, мы пришли с Кьярой вместе. Пришлось выделить для неё несколько свободных часов. Конечно, я знал о невоздержанности жены, но вчерашний прецедент стал толчком для последующих действий.

Я гулял по роскошному саду Лонг-Айледского особняка подруги Кьяры, когда заметил в беседке неподалёку спешную возню. Нетрудно догадаться, что кто-то из подвыпивших гостей тайком уединился… Я готов уже был пройти мимо, сделав вид, что ничего не вижу, НО! В неясном лунном свете мелькнуло до боли знакомое платье. Моя жена сидела в беседке на лавочке и зажималась с молодым барменом! Они не увидели, что их спонтанный тандем был случайно обнаружен. Зато я всё хорошо видел…

…Кьяра спустила бретели платья, сползла на пол, удобно устроилась между ног у бармена… Звук расстёгивающейся ширинки… Дешёвая шлюха! Она без зазрения совести старательно отсасывала бармену…

У нас был чёткий договор, никаких её поползновений на сторону. Никаких её измен. Она — жена главы холдинга ди Борго и обязана блюсти мораль. Собираясь за меня замуж, Кьяра была на все условия согласна, лишь бы стать членом семьи ди Борго. А теперь что получается?

Сделав несколько откровенных фотографий с участием блудливой жены, я ушёл из сада и покинул вечеринку. Сейчас она ещё возилась в постели, охала и кряхтела, наливала в стакан воду. Я открыл шторы, затем оконную раму и, бросив на Кьяру презрительный взгляд, собирался удалиться из комнаты.

— Ты даже не приходишь в супружескую спальню! — с досадой выпалила жена.

— Ты сама сделала из неё пивной бар! — с сарказмом бросил ей в ответ, открыв дверь. — Выпей Алкозельцер. Тебе заметно полегчает.

Я прошёл в рабочий кабинет и закрылся изнутри, чтобы никто не беспокоил. Позвонил адвокату и отдал ему распоряжение:

— Начинайте бракоразводный процесс. Доказательства я привезу вам завтра в первой половине дня.

Был ли я раздосадован? Нет. Меня накрыло ностальгией. Я открыл сейф, достал из него фотографии и стал рассматривать снимки, вспоминая былое.

После неприятного разговора с Альберто Серра, я решил послать его к чёрту. Я прекрасно понимал, что времени немного и в любой момент может произойти что угодно. Летел в Сан-Франциско в надежде успеть предотвратить непоправимое, но не успел. Судьба распорядилась иначе. Вернее, распорядился Альберто. Его наёмник сработал очень быстро.

Когда я прилетел в аэропорт и номер абонента стал доступен, позвонил Саймон. А дальше как в страшном сне. Известие о трагедии. Брат Лорен погиб в машине, которую купили для неё. Не знаю, каким чудом она не села в автомобиль с ним, но Лорен, слава богу, уцелела. Для всех, страшная авария, закончившаяся взрывом, стала несчастным случаем. Только заказчик, Саймон, и я знали правду. Нам с братом пришлось скрыть детали от следствия: перерезанные тормоза и возможные мотивы, чтобы избежать ещё худших последствий.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

В день, когда я забирал Лорен из клиники, пришло издевательское сообщение от Альберто: «Итак, я жду твой ответ».

Лорен. Я любил её, как никого в своей жизни. Я болел ею. Мне не легко было принять решение, выдать девочку за Саймона. Но я знал, что в следующий раз осечки не будет. Многие осудят меня за столь жестокий поступок. Но утешением являлась одна мысль: Лорен будет жива. Я сам предложил брату жениться на ней. Он молча любил её и готов был ради Лорен на многое так же, как и я. Саймон умел заботиться и мог обеспечить ей достойную жизнь, которую она заслуживала.