Читать «Мухосранские саги и другие дурацкие истории» онлайн
Николай Соболев
Страница 29 из 57
Архитектор, пока его не спрашивают, сидит молча. Коллега раскладывает образцы, альбомы, рассказывает про технологии алюминевых фасадов, но все его трели прерываются одним вопросом хозяина:
— В натуре евростандарт?
Коллега, как человек понимающий, что под этот термин можно подогнать что угодно, снова рассказывает про долговечность покрытия, удобство монтажа и другие фишки, хозяин и присные слушают и по окончании презентации возникает тот же вопрос на распальцовках:
— Ты порожняк не гони, это евростандарт или нет? Евростандарт нужен, чтоб перед пацанами стыдно не было.
Коллега пускается по новой, избегая сомнительного термина — срок службы, голландская компания, мировая известность, стоимость обслуживания… Но тут хозяин встает и, пригибаясь под тяжестью голды с гимнастом, нависает над столом:
— Ты че, не понял, это евростандарт?
И сидящие вокруг лица с гимнастами несколько меньшего размера смотрят уже недобро.
И тут из угла, где сидел архитектор, спокойно раздается:
— Конкретно евростандарт, без базара.
Хозяин удовлетворенно кивает и молча подписывает договор.
МЕГАЛОМАНИЯ И ПАРАНОЙЯ
Как-то давным-давно заехал по своим аспирантским делам в ЦНИИПСК, дела сделал, пошел своих искать. Посмотреть на дорогого гостя в моем лице собралось то ли пять, то ли шесть ребят из разных отделов — мы все учились на одном потоке, сидим, чаек спроворили, институтские годы вспоминаем.
В разгар посиделок распахивается дверь, забегает суматошный Саня:
— Меня главный инженер не искал???
Ну, для понимания: главный инженер ЦНИИ — доктор наук, профессор, заслуженный деятель и ты ды, а Саня покамест даже не мнс. Если кого главный инженер и будет искать, то начальников отделов или завлабов, но никак не Саню.
Виталик, не отрываясь от кружки чая:
— По-моему, у тебя мания величия…
Вадим, оглядывая всклокоченного Саню, его покрасневшее лицо и выпученные глаза, добавляет:
— … сопряженная с манией преследования.
ВЫХОДА НЕТ
Первый семестр 1979−80 учебного года Московский инженерно-строительный институт провел не в аудиториях, а на стройках. Москва готовилась к Олимпиаде, объектов уйма, рук не хватало и потому было принято стандартное мобилизационное решение — все, кто могут держать в руках оружие мастерок…
Помимо собственно спортивных, строилась еще и куча объектов сопутствующих, в том числе во множестве возводили стандартные конструкции под торговлю, стоянки и вообще что ни попадя. Металлические колонны, сетчатое перекрытие, профнастил — дешево и сердито.
Вот на строительстве такого на Рижском рынке (это там, где ныне цветами торгуют) трудился один из экстраординарных строительных отрядов. Принеси-подай для основной массы, но среди студентов водились и ребята постарше, кто успел или стройтехникум закончить, или на стройках поработать, или в стройбате послужить — короче, владевшие строительными специальностями. Им доверяли нормальные задачи, в особенности тем, кто показал результат.
Серди прочих, в составе отряда был электрик Леша, каменщики, штукатур и парочка маляров, поскольку помимо большого крытого пространства в павильоне требовалось изрядно кладовых, подсобок и прочих мелких помещений, которые выкладывали из кирпича.
Леша мастером был неплохим и его спокойно ставили на работу в одиночку — он и трудился, никого не дергая. Бывало, уйдет на час-другой-третий и возвращается только когда закончит. В один из дней собрал он свое хозяйство, лампу-переноску на кабеле и отправился делать дело, разве что на обед вышел. А к вечеру, когда пришла пора снимать отряд с работы, командир хватился — а Леши нет! Все на месте, а самого спокойного и дисциплинированного бойца нет! Кинулись искать — нет и нет. Уйти со стройки, не предупредив — ну совсем не в Лешином стиле. Но его нигде нет! Побежали в раздевалку — вещи на месте, тут командиру совсем поплохело, не дай бог случилось чего…
Хорошо, кто-то вспомнил, что Леша переноску брал — нашли, где она подключена и пошли по кабелю. Шли, шли и пришли — кабель уходил под свежую кирпичную кладку. Каменщики только крякнули — им когда выдали наряд заложить технологический проем, никто не предупредил, что там, внутре, человек работает. А что кабель лежит — так, может, он там по делу лежит.
Хорошо, раствор толком не схватился, развалили верхние ряды, вынули Лешу. Он-то даже и не сообразил, в какой заднице мог оказаться — работал себе и работал, свет есть, инструмент есть, сигнала окончания не слыхать…
План монументальной пропаганды
КОНЬ С ЯЙЦАМИ
Не столь давно в Гатчине, что ли, случился конфуз — у государя-анпиратора Александра III на новеньком памятнике звезда ордена Андрея Первозванного оказалась шестиконечной.
Поглумились по этому поводу в сетях знатно, причем неоднократно говорилось, что, дескать, при Советской власти такие ляпы были невозможны.
Ну, такие — не такие, но…
В 1947 году Москва праздновала свое 800-летие, по какому поводу решено было воздвигнуть против Моссовета памятник якобы основателю Москвы беспартийному князю Долгорукому Ю. В.
Памятник широко известен, народ так и говорит «Встречаемся под Копытом». История его создания, в том числе появления портретов авторов на клеймах уздечки — песня особая, сейчас не об этом речь.
Открытие монумента, трибуна с почетными гостями, среди которых профессор, доктор исторических наук и будущий академик Нечкина (кто помнит — автор школьного учебника). Полотно падает, общий вздох, несколько мгновений благоговейной тишины, в которой Нечкина негромко, но отчетливо — чтобы все слышали — цедит сквозь зубы:
— Русские… князья… на кобылах… не ездили!
Коня Юрию Владимировичу подогнали на следующий день, благо можно было обойтись совсем небольшим тюнингом.
ТРИ ИСТОЧНИКА И ТРИ СОСТАВНЫХ ЧАСТИ (ТРИПТИХ)
Жизнь любит веселые шутки, особенно над теми, кто пытается эту самую жизнь перевернуть с ног на голову, не выяснив предварительно, где там ноги, а где голова. Так, например, в Советском тогда еще Союзе с памятниками Трем Основоположникам Марксизма-Ленинизма случились исключительные по идиотизму истории, которые и легли в основу сего триптиха.
ПТИХ ПЕРВЫЙ, НЕДОСТОВЕРНЫЙ
На моей памяти три человека клялись со слезами на глазах, что эта история случилась в их родном городе — Душанбе, Рустави и Запорожье соответственно. То есть мы имеем дело с бродячим сюжетом-апокрифом, весьма точно отразившем ситуацию и потому его, как некогда Гомера, пытаются присвоить себе несколько городов.
Где-то в середине 30-х годов в Советском Союзе возводили некий крупный то ли завод, то ли электростанцию, то ли вообще комбинат. По статусу, объектам такого размера полагалось иметь перед проходной статую Ленина, которую и заказали местному скульптору. В качестве сюжета