Читать «Что такое топонимика?» онлайн

Нагорная, пер. Прямой, пер. Двойной. Новые названия улиц, подобно старым, включают наименования физико-географических объектов, вошедших в состав города: Озерковская наб., Сетунский пр. Сам характер названий улиц способствует более легкому включению в их состав (по сравнению с ойконимами) различных слов, актуальных для эпохи, и созданию искусственных образований, например: ул. Молодежная, ул. Бунтарская, ул. Добровольческая, ул. Дружинниковская, ул. Строителей, ул. Радио, шоссе Энтузиастов.

Насколько каждой эпохе свойственны свои форманты или свое соотношение известных формантов, можно показать на урбанонимии Москвы. Например, названия, имеющие форму родительного падежа, встречались в Москве с XVII в. Но тогда они образовывались от неодушевленных существительных (площадь Тверских Ворот) и были единичны, составляя в XVII-XVIII вв. от 1 до 2% от общего количества урбанонимов. В послереволюционной Москве их число возросло до 25 %. Они стали образовываться преимущественно от фамилий: площадь Маяковского, ул. Неждановой. Это увеличение числа урбанонимов в форме родительного падежа шло преимущественно за счет сокращения названий, имеющих форму прилагательных, которые в XVII в. составляли 74% всех названий, а в послереволюционной Москве сократились до 41%. Новые названия в черте Большой Москвы обычно имеют форму родительное падежа.

КАКИМИ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ТОПОНИМЫ?

Основное назначение топонимов – фиксация географических объектов на поверхности земли. Чтобы выполнять это свое назначение наилучшим образом, топонимы должны, называя, различать. В каждом языке выработались свои способы называния. Среди них есть более удобные и менее удобные, которые постепенно совершенствуются. Чтобы хорошо различать объекты, одно название должно противопоставляться другому и каждое – всем. Решая во-' прос о том, какими должны быть топонимы, мы одновременно покажем, какими они быть не должны.

Знаменитая сказка Андерсена «Соловей» начинается словами: «В Китае все люди китайцы и сам император тоже китаец». При таком положении вещей ничто ничему не противопоставляется. К сожалению, давая названия новым объектам, люди нередко забывают эту простую истину. Ведь на Волге все объекты волжские, на Черном море – черноморские, на железной дороге – железнодорожные. Поэтому лишенным смысла оказывается название станции Железнодорожная, поселка Железнодорожный. Близость к Волге оказывается некоторым различительным признаком, если подъехать к ней на поезде или по шоссе. Но если вы плывете по Волге на пароходе и обнаруживаете по ходу его следования свыше 20 названий с основой волг-/волж-, то поневоле вспоминаете сказку Андерсена и задаете вопрос, а нельзя ли быть более оригинальным?

Перечислим некоторые из волжских названий: 1) Заволжье-поселок на левом берегу Волги, против Калязина; 2) Заволжск и Заречный – на левом берегу, напротив Кинешмы; 3) Заволжье – на правом берегу Волги, напротив Городца; 4) Заволжское – на левом берегу, напротив поселка Волжское (западнее Ахтубинки); Приволжский на правом берегу, севернее Астрахани; 5) Большая Волга-место соединения канала имени Москвы с Волгой; 6) Волга – поселок и станция на левом берегу Волги, при дороге Рыбинск-Сонково; 7) Приволжск -городок и пристань на правом берегу, ниже Костромы; 8) Красное на Волге – напротив Приволжска; 9) Красный Волгарь и Волжск – выше Зеленодольска; 10) Волжский – севернее Куйбышева, у Царева Кургана; 11) Волгоград; 12) Волжский – южнее Сероглазовки.

Не дифференцируют объекты и другие речные названия, если они размещаются вдоль реки. Тем не менее на Северном Кавказе есть несколько поселений, расположенных по течению рек Теберда и Баксан, которые имеют одинаковые названия не только с реками, но и друг с другом. Чтобы их как-то различать, к ним прибавляются добавочные распределения: Верхний Баксан, Нижний Баксан, просто Баксан, Верхняя Теберда, Нижняя Теберда, Курорт Теберда. Когда объекты расположены по течению реки, добавочные определения Верхний и Нижний вполне естественны. Они характеризуют местонахождение объектов относительно друг друга.

В приведенных примерах все различие топонимов ложится исключительно на добавочные определения. Хотя мы указывали, что в ряде случаев лучше прибегать к добавочным определениям, чем к переименованиям, необходимо предупредить тех., кто предлагает новые названия для географических объектов, что, создавая названия, следует все-таки начинать с того, ^чтобы различающимися были их основы.

За последнее время в связи с массовыми изменениями, происходящими в топонимии отдельных областей, обнаружились многочисленные случаи, когда несколько названий, расположенных относительно недалеко друг от друга, имеют одинаковые основы и отличаются лишь формантами. Это очень ненадежный способ различения, тем более что многим топонимам свойственно варьирование, которому подвержены преимущественно форманты.

Например, в предложениях по уточнению написания географических названий Саратовской обл. фигурировали поселки Приузенский, Ириузенный, Новоузенский, Мало~ узенский и просто Узенный. Такое уточнение скорее приведет к путанице, к сбою в работе транспорта и связи. Очень плохо различаются названия Приозерный, Прибрежное и Береговое (Саратовская обл.) и Прибрежный и Бережок (Свердловская обл.). Совершенно нетопонимич-ны названия Прилужное и Подстепное (Саратовскаяобл.). Недостаточно различают именуемые объекты названия сел Долинное, Синий Дол и пос. Долинское, ср. также Равнинный, Луговой (Саратовская обл.), Родниковое, Родничок и Исток (Свердловская обл.), Междугорье и Междуречье (Саратовская обл.).

На севере все объекты северные, на юге – южные. Тем не йенее ойконимы Северный и Южный повторяются десяткамц, переставая быть различителями для именуемых объектов. Таким же образом десятки Береговых, Прибрежных, Портовых и Приморских не индивидуализируют объекты но берегам озер, морей, рек.

Нерешенной остается проблема названий железнодорожных станций и пристанционных поселков. Нередко это ведет к раздвоению некогда единого названия и к переоценке роли фсрмантов. Так, при уточнении написания названий, расположенных на территории Свердяовской области, были предложены следующие названия для станций и поселков: Муранитная – Муранитный, Еланская – Еланский, Бынъговская – Бынъговский и т*. «п. Если сопоставление с грамматическим родом слов поселок и станция так влияет на оформление ойконима, значит сам ойконим «чувствует» себя нетвердо. Называются же станции (или остановочные пункты) Киев, Иваново, и никого не смущает, что это не согласуется со словом станция. Если идти по пути придания названиям поселков мужского рода, а сел – среднего, то и здесь отсутствует последовательность. В этой же Свердловской обл. название поселка Мугайский переделали на Мугайское, Но-вошипичный – на Новошипичное, а название села Сарсы Вторые превратили в Сарсы Второе.

Приведенные примеры свидетельствуют о том, что лица, предлагающие подобные названия, забывают, что они создают слова, которые должны войти в наш язык. Но язык имеет свои законы, и то, что делается вопреки им, обречено на искажение, вплоть до полного отторжения. С этой точки зрения очень уязвимы новые названия, включающие даты и числа. Они неуклюжи, нетопони-мичны, они трудны в речевой практике, где непременно подвергаются различного рода упрощениям. Собственное имя должно быть именем, а в таких топонимах, как имени 15 лет Октября, имени 8 марта, даже