Читать «Возвращение Явленной» онлайн
Евгений Евгеньевич Сухов
Страница 56 из 112
Через четыре года, когда начались гонения на священнослужителей, его арестовали. Однако по неизвестным причинам через несколько месяцев Сергея Извекова освободили и призвали в ряды Красной Армии. Вскоре он снова был арестован и приговорен к принудительным работам на строительстве канала Москва — Волга. Извеков отсидел два года. На фронт был призван через два месяца после начала войны. Занимал различные должности младшего офицерского состава. После окончания войны поехал в Муром уже как иеромонах Пимен, а далее его переводили из одного монастыря в другой с неизменным повышением. Пока, наконец, он не был назначен наместником Свято-Троицкой Сергиевой лавры[124]. А еще через три года Священный Синод возвел его в сан епископа. В пятьдесят лет Пимен стал архиепископом, а еще через семь месяцев его избрали митрополитом Ленинградским и Ладожским, возведя в сан архимандрита. Еще через два года он возглавил Крутицкую и Коломенскую митрополии, став митрополитом Крутицким и Коломенским. В этой должности он пребывал восемь лет, пока его не избрали патриархом Московским и всея Руси.
Интерес к Пимену возник у руководителей Святого Престола еще в далеком 1946 году, когда тридцатишестилетний иеромонах Пимен переехал в Одессу. Вскоре он вошел в числе самых священников, наиболее приближенных к епископу Одесскому и Кировоградскому Сергию[125]. Поначалу епископ Сергий назначил иеромонаха Пимена настоятелем архиерейского храма в честь святых Виктора и Виссариона, а еще через год по ходатайству епископа Патриарх Алексий I[126] удостоил его сана игумена в Ильинском монастыре с возложением на него креста с украшениями. Немалую роль в этом назначении сыграла и личная встреча Патриарха с Пименом, состоявшая во время отпуска владыки в летней Одесской резиденции. Пимен произвел на Алексия I самое благоприятное впечатление, и через два часа обстоятельного разговора Алексий I уже не сомневался в правильности предложенной кандидатуры.
Следовало отдать должное прозорливости спецслужб и аналитическому отделу Святого Престола, сумевшего разглядеть в молодом и ничем не примечательном священнике Пимене будущую главу Русской Православной церкви. А ведь изначально у Сергея Извекова не было ни одного шанса, чтобы пробиться наверх или хоть как-то заявить о себе. В молодые годы он прошел через тюрьмы, выживал в лагерях, воевал на фронте пулеметчиком, был ранен, дослужился до старшего лейтенанта и заместителя командира роты стрелкового полка, затем был комиссован из-за очередной контузии. Впереди его ожидало новое испытание: очередной арест и по приговору скорого суда новый срок — десять лет лишения свободы, отбывать который предстояло в Воркуто-Печорском лагере. Но в победный сорок пятый год Сергей Извеков был освобожден по амнистии как участник войны.
Столь суровая биография была ничем иным, как прелюдией к настоящему делу, которому он посвятит всю оставшуюся жизнь. Еще вопрос: сумел бы Пимен возглавить церковь, не пройди он через горнило войны и не испытай тяготы заключения? Как известно, наверху всегда свирепые бури, и требуется быть по-настоящему сильным человеком, чтобы противостоять им.
Папа Римский не раз пролистывал досье патриарха, многие этапы его биографии помнил почти наизусть. Официальные отношения между теократической выборной монархией Святого Престола и Советским Союзом никогда не были радужными и носили спорадический характер, тем более никогда не заводилась речь о сближении церквей, уж слишком глубокими были противоречия между двумя христианскими ветвями.
Пролистав несколько страниц, понтифик натолкнулся на фотографии молодого Сергея Извекова — пятнадцатилетнего выпускника гимназии. Красивое, с правильными чертами юношеское лицо, светлый взгляд, незамутненный невзгодами. Именно такие лики можно встретить на иконах русских богомазов. В семнадцать лет Сергей принял монашеский постриг. Похвальное стремление служить Богу.
Перевернув страницу далее, Иоанн Павел II увидел фотографию крепкого плечистого мужчины с седеющей бородой и строгим волевым взглядом. Верилось, что за плечами этого мужчины многие лишения и сложная биография. Именно такому человеку под силу принять на свои плечи Казанскую икону Божьей Матери и не сломаться под тяжким грузом.
Придвинув к себе несколько чистых листов бумаги, Папа Римский принялся писать послание патриарху Пимену. Следовало быть осторожнее в выборе слов, мысли должны быть тщательно продуманы. Не столь часто приходится писать обращение в Русскую православную церковь. Здесь нужен даже не язык церковного служителя высшего ранга, а грамотные формулировки опытного дипломата.
Римский понтифик старался писать искренне, избегая бюрократических формул.
«Его Святейшеству Патриарху Московскому и всея Руси Пимену.
Брат мой во Христе, хотел бы оповестить Вас о том, что по воле случая Национальный центр Всемирного Апостольства Фатимы владеет Казанской иконой Божьей Матери, которая сейчас находится в Русской Успенской церкви в Фатиме. Эта икона обладает необыкновенной духовной силой. Предположительно, сей образ был запечатлен в доиконоборческий период, и, по моему мнению, это та самая Явленная икона, что была похищена в 1904 году из Казанского Богородицкого монастыря. И хвала Богу, что он не дал ей пропасть в смутные времена безбожия и безверия.
Мы уверены, что образ должен вернуться на место своего обретения, в Россию. Убеждены, что с его возвращением на скорбную, израненную страданием русскую землю придет благолепие и укрепится вера в Бога.
Готов поспособствовать передаче иконы в Русскую православную церковь, брат мой во Христе. Если посчитаете возможным, могу лично привезти икону в Россию.
С нетерпением буду ждать Вашего ответа.
От всего сердца желаю Вам мира, здравия, долгих лет успешного архипастырского служения, в котором да поможет Вам Бог».
Понтифик внимательно перечитал написанное. Почувствовал, что чего-то не хватает. Наверное, душевности… Подумав, дописал:
«С братской любовью во Христе и наилучшими благопожеланиями Папа Римский Иоанн Павел II».
Взяв со стола небольшую фотографию Казанской иконы Божьей Матери, он положил ее в конверт вместе с письмом. Запечатав послание, понтифик позвал личного секретаря Станислава Дзивиша и распорядился:
— Немедленно отправить письмо русскому патриарху Пимену.
За маской показного равнодушия в серых глазах молодого епископа пряталось откровенное мальчишеское любопытство. Осознавая важность этого письма, он ответил:
— Наш курьер доставит письмо прямо в резиденцию русского патриарха.
Глава 2
Предложение неприемлемо
Все поездки патриарха Пимена держались в строжайшей тайне. В Киев, где у него было немало сторонников и друзей, за время своего патриаршества он ездил лишь однажды. Пробыл там недолго, исключительно с просветительской целью. Посетил Киево-Печорскую лавру[127], где в многочисленных пещерах нетленными сохранялись мощи святых. Прочитал проповедь в Софийском соборе[128] и по настоянию сопровождавших его лиц вынужден