Читать «Воздушная битва за Крым. Крах нацистского «Готенланда». 1943—1944» онлайн
Дмитрий Михайлович Дегтев
Страница 24 из 183
17 ноября из-за установившейся плохой погоды активность авиации с обеих сторон значительно снизилась. Тем не менее Ил-2 смогли в течение дня сбросить на Эльтигенский плацдарм 600 кг грузов.
Поскольку переправа по морю накануне ночью прошла в целом успешно, контр-адмирал Холостяков решил повторить ее следующим вечером. В 18.10 из Кроткова вышли груженные боеприпасами боты ПВО № 12, 23, 24 и 25 и моторный баркас № 35. Вместе с ними следовали два сторожевых катера, а в дозоре впереди – два торпедных и один артиллерийский катер.
В проливе снова стоял туман, и три бота смогли благополучно достичь Эльтигена. Были переправлены 4,5 тонны боеприпасов и 21 человек. Боты взяли на борт 27 раненых и 82 (!) командировочных, после чего благополучно вернулись в Кротков вскоре после полуночи.
Бот ПВО № 12 отстал еще на подходе к плацдарму и, не найдя в тумане места высадки, вернулся неразгруженным. Однако пропал без вести моторный баркас № 35. Вероятно потеряв ориентировку, он вышел к берегу южнее Эльтигена у позиций немецкой батареи 2./613, где все находившиеся на нем 12 человек вскоре погибли в бою с румынскими пехотинцами, а сам баркас разбит.
18 ноября из-за плохих метеоусловий над Керченским полуостровом и проливом авиация обеих сторон не летала вообще. К ночи погода улучшилась, и У-2 из 889-го НЛБАП выполнили 133 самолето-вылета на снабжение десантников, сбросив более 15 тонн боеприпасов и продовольствия.
К этому времени обстановка на плацдарме была непростая. Изголодавшиеся десантники вели ночной образ жизни, поскольку днем плацдарм хорошо просматривался противником и при малейшем движении по нему открывался артиллерийский огонь. Среди раненых и больных была крайне высокая смертность. При этом 20 % грузов, сбрасываемых авиацией, приходили в негодность при ударах о землю. Еще треть просто не доставалась десантникам: половина из них падала в море или на вражескую территорию, а другая оказывались на нейтральной территории и затем уничтожалась вражеским артогнем. Командиру 318-й ГСД полковнику Василию Гладкову, руководившему всеми частями на плацдарме, порой приходилось принимать суровые меры, вплоть до расстрела, к нарушителям дисциплины. Прежде всего это относилось к тем, кто под покровом ночи растаскивал и затем скрывал продовольствие из мешков, упавших на нейтральной территории.
Для поднятия морального духа штаб СКФ в ночь на 18 ноября направил на плацдарм радиограмму, в которой сообщал о награждении участников Эльтигенского десанта. Сразу 34 человека, включая Гладкова, получили звание Героев Советского Союза. Многие были награждены орденами и медалями. В этот день в качестве «подарка» десантникам выдали по 300 граммов сухарей.
Цель: Камыш-Бурун
Утром 19 ноября в Керченском проливе продолжался шторм, но погода для действий авиации постепенно улучшилась. В 07.45 пилоты двух разведчиков Р-40Е из 30-го ОРАП ВВС ЧФ доложили, что в Камыш-Буруне находятся сразу 15 немецких БДБ. Это сообщение вызвало в штабах Приморской армии и Черноморского флота переполох, граничивший с паникой.
Из-за нелетной погоды авиаразведка в последний раз навещала эту военно-морскую базу трое суток назад – 16 ноября. Тогда летчики насчитали только 7 барж. Флотское командование решило, что двукратное увеличение говорит не иначе как о готовящемся противником морском десанте! И это накануне запланированного на 20 ноября наступления советских войск на плацдарме северо-восточнее Керчи. Получив эту информацию, генерал Петров приказал немедленно уничтожить скопление барж ударными силами 4-й ВА и ВВС ЧФ.
К налетам на Камыш-Бурун были привлечены все имевшиеся Ил-2 из 11-й ШАД ВВС ЧФ, 214-й и 230-й ШАД, включая 8-й ГШАП и 622-й ШАП, которые получили приказ временно отвлечься от доставки грузов в Эльтиген. К этому моменту в этих трех авиадивизиях имелось в общей сложности 120 исправных Ил-2.
Налеты на Камыш-Бурун продолжались с 10.10 и до 16.50. Сначала 16 Ил-2 из 7-го ГШАП и 210-го ШАП сбросили на стоявшие у причалов суда фугасные и осколочные бомбы. Затем в 14.13 четверка штурмовиков с бреющего полета вылила на них гранулированный фосфор. Летчики отчитались о двух поврежденных баржах, а сам рейд прошел без потерь.
В 13.35 порт атаковали 10 Илов из 190-го ШАП, сбросившие 26 фугасных и 16 осколочных бомб. Потом их сменила следующая группа в составе 7 Ил-2 из 622-го ШАП.
Всего штурмовики 214-й и 230-й ШАД выполнили 47 вылетов, а флотские – из 8-го и 47-го ШАП, а также 23-го ОШАП – 63. Удар по базе нанесли и 6 Пе-2 из 40-го БАП ВВС ЧФ. Ими было сброшено около 35 тонн бомб (12 ФАБ-250, 124 ФАБ-100, 145 ФАБ-50, 228 АО-25М-35, 125 АО-25, 24 АО-10 и 114 АО-8), вылито 350 кг фосфора и 105 кг дымовой смеси, выпущено 12 PC-132 и 299 РС-82!
Советские истребители выполнили 101 самолето-вылет на сопровождение штурмовиков и 79 – на расчистку воздушного пространства. Еще 30 самолето-вылетов было совершено на воздушную разведку.
При этом собственные потери советской авиации оказались незначительными. Зенитным огнем в районе Камыш-Буруна был сбит Ил-2 младшего лейтенанта Бориса Александрова из 3-й эскадрильи 47-го ШАП ВВС ЧФ (экипаж погиб), еще 5 штурмовиков получили повреждения, из которых два затем совершили вынужденные посадки на брюхо уже на Тамани.
В 11.38 пара Ме-109 атаковала четверку Ил-2 из 47-го ШАП и незначительно повредила три из них. Сопровождавшие их пара Як-1 и пара Як-7Б из 9-го ИАП запоздали с помощью, но потом младший лейтенант Анатолий Гудинский доложил об уничтожении в районе Камыш-Буруна одного мессера.
В 16.50 немецкими истребителями были атакованы 5 Ил-2 из 23-го ОШАП, которые в тот день были последней группой, атаковавшей порт Камыш-Бурун. Прикрывавшая их пара Р-39 из 57-го ГИАП вступила в бой, и юго-западнее озера Тобечикское лейтенант Владимир Шикалов сбил 1 Ме-109. При этом в воздушном бою была повреждена и одна «Аэрокобра», пилот был ранен, но благополучно вернулся на свой аэродром.
Большинство же групп Илов вообще