Читать ««Ваш Рамзай». Рихард Зорге и советская военная разведка в Китае. 1930-1932 годы. Книга 2» онлайн
Михаил Николаевич Алексеев
Страница 127 из 178
Последняя фраза, безусловно, отражала точку зрения «Рамзая» по данному вопросу. Что же касается позиции «Пауля», который готов был ехать в советский район, то она совершенно непонятна. Полгода он добивался приезда жены и, добившись этого, собрался уезжать из Шанхая, или он рассчитывал взять её с собой, что, впрочем, маловероятно.
Реакция Центра последовала незамедлительно:
«В Шанхай. Тов. Паулю.
3/XI 1932 г.
Категорически воспрещаю Паулю, куда-либо ехать и впутываться в дела местной корпорации. Поймите же, что это может превратиться в провокацию против нашего Союза. Для поездки постараюсь перебросить [с] Севера Вага (Отто Браун. – М.А.). Старик».
4 ноября 1932 г. всё ещё Зорге подписал телеграмму, отправленную в Центр: «Войдт приехал. Срочите, какие ему пароли даны и для чего они даны. № 343.
Рамзай».
И не удивительно, ведь Войдт был его детищем, именно он рассмотрел в нём большие потенции для разведывательной работы.
В этот же день – 4 ноября – сотрудники резидентуры поздравили своих коллег в Центре с наступающими праздниками: «По случаю 15-й годовщины Октябрьской Революции шанхайская резидентура шлёт Разведупру горячий товарищеский привет и вносит в фонд постройки самолета-гиганта „Советский Дальний Восток“ 75 амов. Деньги привезёт Рамзай. № 342.
Рамзай, Пауль, Джон, Зеп, Луиза».
7 ноября 1932 г. Карл Римм доложил о «приёме караула»: «Кассу от Рамзая в сумме 12534,74 амов наличными и 504 амов подотчётными – принял. Приняты также все связи. Рамзай по указанному маршруту выезжает в субботу 12 ноября. № 349.
Пауль».
12 ноября Рамзай простился с Шанхаем, в котором провёл без малого (двух месяцев) три года.
«Москва, тов. Берзину.
Шанхай, 13 ноября 1932 года. Рамзай выехал 12 ноября из Шанхая в Японию. 21-го должен быть во Владивостоке. Хабаровск, если нужно, может его там встретить. № 355.
Рам.
II
Нужно предупредить
Владивосток.
15/XI Берзин».
«Москва, тов. Берзину.
Шанхай, 13 ноября 1932 года. Рамзай получил на месте подъёмные 220 и под отчёт 600 амов. Новый техник ещё не появился. № 356.
Пауль».
Насколько тяжело морально было Рамзаю в последние месяцы, свидетельствовал Клаузен Макс в «Отчёте и объяснениях по моей нелегальной деятельности в пользу СССР», написанным им в 1946 г. в Москве:
«РИХАРД рассказал мне однажды о разговоре, который он имел с ПАУЛЕМ. Было время, когда РИХАРДУ в Шанхае пришлось очень трудно. РИХАРД сказал об этом ПАУЛЮ и попросил его, чтобы он застрелил его, когда ему будет действительно опасно. „Я это сделаю“, – ответил ПАУЛЬ (выделено мной. – Авт.). РИХАРД высоко ценил ПАУЛЯ».
О том, какой след в душах людей оставлял Рихард Зорге, вспоминала Урсула Гамбургер: «Неожиданно зазвонил телефон. Я сняла трубку. Раздался голос Рихарда Зорге. Рихард сказал, что до полудня он два часа меня дожидался и неоднократно звонил, однако никто не отвечал. Он хотел со мной попрощаться. Я схватилась за стул, стоящий рядом с письменным столом, и опустилась на него. Рихард спросил, слушаю ли я. Он хочет поблагодарить меня за товарищескую заботу о нём и о других. Это лишь начало, сказал он, мне ещё многое предстоит сделать. Я должна обещать ему, что и в дальнейшем буду держать ушки на макушке. И всё, всего хорошего, до свидания.
В соседней комнате меня ожидали гости. Я посмотрела на стул и не могла представить, что Рихард просто уехал, что больше не будет сидеть на этом стуле, говорить со мной, слушать меня, давать советы и смеяться вместе со мной. Как же я заблуждалась! Только теперь мне стало понятно, как дорог он мне был».
26 ноября 1932 г. был сдан в типографию 27 том Большой советской энциклопедии (подписан к печати 16 августа 1933 г. и в том же году увидел свет) со статьёй, посвящённной Фридриху Альберту Зорге, деду Рихарда.
Глава 6. «Он начал свою деятельность буквально на голом месте… и добился определённых результатов, заложив основу нашего нелегального… аппарата» (Бронин)
«XII. Использование шпионов.
<…>
20. Требуется ли сокрушить армию, или осадить город, или лишить жизни какого-либо отдельного человека, необходимо всегда начать с установления личности помощников и адъютантов, а также привратников и стражников на службе у полководца. Нашим шпионам должно быть поручено определить и проверить таких людей».
Сунь Цзы. Искусство войны.
6.1. «Рамзай» и его связи
Что собой представляла разведывательная сеть шанхайской резидентуры к моменту отъезда Зорге домой?
Ответ даёт часто цитируемая «Характеристика лучших связей шанхайской резидентуры», составленная Зорге в январе 1933 г. уже в Москве, и отражавшая состояние резидентуры на 1 октября 1932 г. Приведённая нумерация была очередной раз в части отдельных «связей» изменена и ничего не имела общего с прелагаемой тем же «Рамзаем» ранее, в том же году в его оргписьмах №№ 11 и 12 от июня и августа, соответственно (в основном были сохранены первые номера). Не исключено, что было учтено пожелание «Пауля» принимать агентуру с новыми номерами.
Следует напомнить, что у Центра и «Рамзая» понятие «связь» имела расширительное значение. «Связь» в контексте изложения могла означать «агент» или «связь с агентом». Источники, от которых поступала информация и которые у «Рамзая» назывались «связью», далеко не всегда являлись агентами – агентами источниками информации, агентами-курьерами. И, более того, перспективы, что они станут таковыми, были минимальными, если не нулевыми. Это были личные связи, и не только Зорге, которые на доверительной основе давали информацию. К этой категории лиц следовало отнести и немецких инструкторов, ряд журналистов и дипломатов, японских военного атташе и консула, китайских политиков и военных. Были и такие лица в разведывательной сети «Рамзая», вероятность зачисления которых в агентурную сеть была весьма маловероятна. К таким лицам относился № 113 – китайский министр иностранных дел Ло-Вен-Кан (Ло Вэньгань), которого «Рамзай» ошибочно назвал министром юстиции. И, конечно, № 114, которого Зорге включил в число своих «связей». Под этим номером проходил Чан Кайши, который даже при самой буйной фантазии не мог стать агентом. И тот, и другой являлись источниками информации у Сун Цинлин.
Говоря о своих «связях», Зорге к ним относил и среду, в которой вращались интересовавшие его персоналии, являвшиеся носителями разведывательных сведений. К такой среде относились немецкая колония и германское генеральное консульство; колония русских иммигрантов-белых; группа японских фашистов и т. д. Это та среда, в которой находились и