Читать «Мой совсем неласковый джинн (СИ)» онлайн

Третий, правда, таким уже не был. Быстро догадавшись, что если буду помалкивать, то получу от процесса куда больше удовольствия, оставила свои попытки вызвать мужчину на диалог и сосредоточилась на нашем с ним совместном действе.

Но как не старалась, расслабиться так и не получилось. Все же не каждый день у меня секс с незнакомцем. Тем более таким! И пусть я сейчас сплю, кажется, словно здесь все и правда реальное. Как холод, так и болезненные ощущения внизу живота, которые, по мере того как кто-то, явно увлеклись процессом, постепенно начал ускоряться, игнорировать становилось все сложнее.

— Эй, полегче. Я же не резиновая, — выпалила, не выдержав.

Удивительно, но на сей раз мужчина не стал наказывать меня за чрезмерную болтливость и почти сразу остановился.

Не успела облегченно выдохнуть, стоило его орудию пыток выйти из меня, как оказалась моментально поднята с кровати и усажена любовнику на колени.

Наученная горьким опытом, что лучше не задавать лишних вопросов (тем более, что мне, кажется, все равно на них не ответят), принялась с любопытством наблюдать, что же этот тип вознамерился делать дальше. А он тем временем принялся ласково поглаживать меня по внешней стороне бедер, одновременно заводя сначала одну, а потом и другу ногу себе за спину. Когда же, придерживающая меня в районе лопаток рука спустилась чуть ниже, тем самым вынудив еще больше отклониться назад, не выдержала и мертвой хваткой вцепилась в мужские плечи.

Но эта выходка, кажется, сильно разнилась с тем, что задумал любовник. Поняла это, когда он перехватил мои запястья и завёл мне за спину. Крепко удерживая их там той же рукой, на которой я теперь чуть ли не лежала, мужчина неожиданно склонился к моей груди и накрыл губами правый сосок. От того, что он принялся с ним вытворять дальше, запрокинула голову и томно застонала. Уверенные движения горячим влажным языком вокруг моей сразу же сделавшейся твердой и невероятно чувствительной горошинки вперемешку с прохладным дыханием и периодическими надавливаниями на неё все тем же языком не просто сводили с ума, а едва не лишали рассудка. И определённые ограничения в движениях только усиливали этот эффект. Ведь я по-прежнему была лишена возможности коснуться мужчины. Не то, что его погладить. А так хотелось. Но попытки высвободить руки, как я не старалась, не увенчались успехом. Посему, все, что в данный момент оставалось, это покрепче обхватить любовника за талию ногами и, нетерпеливо ерзая у него на коленях, начать тереться своими влажными нижними губками об упирающийся в них член.

Вот только в ответ на мои действия соблазнитель лишь перекинулся на вторую грудь и с не меньшим энтузиазмом продолжил свою пытку.

Кажется, именно в этот момент мне стало окончательно все равно, где я, с кем и насколько неправильно все сейчас происходящее. Вконец обезумев от захлестнувших меня ощущений, единственное, чего я сейчас хотела, это снова почувствовать любовника внутри себя. И плевать на болезненные ощущения. Но как не старалась, пребывающее в полной боевой готовности и направленное вверх мужское достоинство продолжало лишь дразняще скользить по внешней стороне расщелинки, никак не желая проникать внутрь.

Кажется, я ошиблась в оценке реакции мужчины на свое последнее замечание. Неужто обиделся и теперь решил таким вот оригинальным способом отомстить мне за то, что остановила, не дав завершить начатое?

Только я полностью уверилась — эти сладкие издевательства ещё не скоро закончатся, как почувствовала, что меня чуть отодвинули, а на изнемогающие от желания нижние складочки легла мужская ладонь.

— Да-да-да, пожалуйста. Ну, пожалуйста. Сейчас, — простонала, поддавшись на встречу лениво касающихся моего клитора пальцев.

Я и надеяться не смела, что мужчина выполнит мою просьбу. Но он все же сделал это. Да так, что я чуть было не закричала от восторга, стоило ощутить внутри себя хоть что-то, что можно было сжать внутренними мышцами. М-м-м, а как волшебно меня теперь там массировали, не передать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

Состояние на грани, когда даже медленно и неизбежно подступающий оргазм уже не так важен, как все ему предшествующее, настолько это приятно. С каждым мгновением все больше теряя контроль над собственным телом, которое нацелилось лишь на получение и продление удовольствия, я продолжала активно двигаться на встречу умелым пальцам. А уж когда их заменило что-то, большое и твердое… То, что было создано, чтобы дарить и получать удовольствие вместе со мной, чуть было не заплакала от счастья. Сидя теперь верхом на мужчине и неожиданно получив полную свободу действий, обняла его вновь ставшими свободными руками за шею и принялась двигаться, сама выбирая наиболее удобный и приятный для себя ритм. От болезненных ощущений не осталось и следа. Лишь желание, страсть и твердое намерение не останавливаться, пока не достигну вершины блаженства. Все это смешалось в такую гремучую смесь, от чего в буквальном смысле крышу сносило. А ещё неожиданно открылось второе дыхание. Но, прежде чем я успела им воспользоваться, меня уже снова опрокинули на кровать, подмяли под себя и, перехватив инициативу, продолжили яростно врываться в моё лоно, одновременно сильно рискуя раздавить. Тяжесть мужского тела, с каждым толчком продолжавшую только усиливаться, заметила не сразу. Когда же мне стало сложно дышать, попыталась хоть что-то предпринять. Но элементарно не смогла даже руки между нами просунуть. Мужчина так сильно прижимался ко мне, что казалось хотел впитать в себя. Или же сам во мне раствориться. А тем временем, по мере того как он становился тяжелее, многообещающее удовольствие и желание в теле начало сходить на нет.

— Слезь! Пусти! Слышишь? Мне больно! Прекрати, — успела прокричать хриплым едва слышным голосом, прежде чем припечатавший меня к кровати тип закрыл рот поцелуем.

В этот самый момент и началась откровенная паника. Забившись в тщетных попытках вырваться из ловушки, в которую так опрометчиво угодила, с ужасом поняла, что фигура надо мной начала таять и расползаться во все стороны, заодно окутывая меня во всю эту черноту. Ноздри залепило чем-то вязким и плотным. Глаза от налипшей на лицо дряни тоже пришлось закрыть. Лишившись возможности дышать, испугалась ещё сильнее. Но уже едва ли могла что-то предпринять, будучи намертво приклеена к кровати чёрной больше всего походящей на смолу субстанцией, которой раньше являлся практически доведший меня до безумия и самого невероятного за всю жизнь оргазма мужчина. Уже теряя сознание, подумала, неужели не мог чуток подождать, пока я не кончу. Умерла бы счастливой. А так одно сплошное разочарование. Чёрт, ну почему? Не хочу! Помогите! Кто-нибудь! Пожалуйста!

Но тело, которое уже бились в предсмертных конвульсиях, продолжало все больше слабеть, а сознание — ускользать, пока окончательно не отключилось.

***

Распахнув глаза и поняв, что снова в состоянии двигаться, принялась яростно отбрыкиваться от того, в плену чего оказалась. Быстро оттолкнув подальше от себя покрывало, отползя от него на противоположную сторону кровати, постаралась отдышаться и хоть немного успокоиться после всего только что пережитого.

— Ну и что это сейчас такое было? — спросила сама у себя спустя пару минут.

Ответ на вопрос скрывался где-то в скомканном в неровную кучу одеяле. Когда же он там не обнаружился, вспомнила, что пока выбиралась из пуховой ловушки, в которую сама же накануне и закуталась, слышала глухой удар. Осторожно подползя к краю кровати и взглянув вниз, сразу увидела то, что искала. Чёрная записная книжка лежала на полу и казалась теперь совершенно обычной. Во всяком случае, никаких признаков жизни она больше не подавала.

“Пусть это все будет обычный сон. Пожалуйста, просто сон,” — мысленно взмолилась я, прежде чем вслух чуть неуверенно и тихо произнести:

— Эй, ты живой?

Вопрос прозвучал двусмысленно, будто мне очень хотелось услышать на него положительный ответ. К счастью, блокнот никак не отреагировал, от чего я тут же заметно приободрилась и, осмелев окончательно, с презрением в голосе задала ещё один: