Читать «Стяжатель» онлайн

искал свидетелей трагедии, но исподволь готовился принять горькую правду. По счастливой случайности дочки Василия в этот момент гостили у старика, который сам настоял, чтобы Аниту с Настей оставили в поместье.

Надеяться на младшую ветвь родственников не имело смысла. Они жили в Пскове и не поддерживали отношения с «предателями».

В правнучках старик души не чаял и стремился максимально обеспечить их дальнейшую жизнь. Девушки имели хорошее приданое в виде приличных банковских счетов, а в данный момент получали высшее образование в Московском университете. Надеясь больше на свои связи, чем на девичьи желания и возможности, Петр Григорьевич подыскивал им достойную пару среди боярских родов. До аристократической верхушки ему, конечно, не добраться, но и того, что было — хватало для вдумчивого рассмотрения и выбора.

А чтобы девчонки не распустились, он приставил к ним свою личную гвардию из трех человек. Не каких-то там сопливых пацанов, а бывших егерей, нюхавших порох и умеющих пускать человеческую кровушку. На период обучения все они жили в Москве и приезжали только на каникулы. В общем, за Аниту и Настю Анциферов был спокоен.

Боровичи были небольшим городком, вечной спорной точкой между новгородцами и Русью. В семнадцатом веке Тверь отбила у зарвавшихся Борецких стратегический населенный пункт, теперь нависающий над Республикой вечным раздражителем. И не было лучшей идеи, как отдать Боровичи на догляд Анциферовым.

— Хозяин, — за спиной Петра Григорьевича незримой тенью вырос личный телохранитель Мишка с забавной фамилией Печенегов. Вроде бы в роду парня не было никого, кто бы спутался со степным разбойником. Посмотришь на скуластое лицо, вздернутый нос, серые глаза и светло-русые волосы, и сразу скажешь, что предки его из пермяков или другого племени, пришедшего с Уральского Камня. — Дальний пост передал, что к нам «осовцы» едут.

— Кто именно? — глядя в огонь, весело поедающий березовые чурбачки в камине, спросил Анциферов. — Чья голова пожаловала?

— Вяземский, — Мишка был спокоен, а значит, и властителю Боровичей не пристало суетиться. — Три машины. Ребята не смогли разглядеть, кого везет князь.

— А он кого-то везет? — вытянул ноги в теплых тапочках старик.

— Да. В машине с князем сидел еще один человек. Его не опознали. Вероятно, какой-то высокий гость.

— Ну, раз гость — надо привечать, — без всякого старческого кряхтения Анциферов поднялся с кресла, повел плечами, словно разминая мышцы, и развернулся. — Вели Людмиле готовить стол. Найди Лукьяна и накажи очистить двор. Понавезли дров выше крыши! Говорил же, одного трехтонника хватит!

Любил Петр Григорьевич посидеть возле камина. И дрова ему привозили отменные, березовые, что горят ровно и жар дают для костей подходящий, и это несмотря на полную систему отопления в имении со своей котельной.

— Сделаем, хозяин, — Мишка Печенег (еще одно прозвище у местных дружинников) кивнул головой и исчез из залы.

К тому времени, когда Петр Григорьевич переоделся, сменив домашний халат на приличествующий моменту костюм, в огромный двор имения въезжала колонна из трех черных внедорожников с аэрографией на боковых дверях в виде башки оскаленной собаки. Лихо развернувшись на асфальтовой площадке, выложенной большим квадратом возле двухэтажного особняка, машины остановились.

Анциферов в сопровождении Мишки, отдающего жестами последние приказания внутренним постам наблюдения, вышел на открытую террасу, неторопливо спустился по лестничному маршу вниз, подгадывая к тому моменту, когда распахнется задняя дверь среднего бронированного монстра, и наружу выйдет сам князь Вяземский. Бесстрастно отметил еще одного гостя, устроившегося за спиной опричника. Кто это такой, старик понятия не имел, но мгновенно почувствовал в нем столько Силы, что решил подпитать свою ауру. Ему это удалось, соединив энергетическими «жгутиками» прорехи в коконе. Петр Григорьевич, скорее, шутил, чем всерьез хотел проверить увиденное. Но молодой парень едва заметно улыбнулся и дал возможность отщипнуть своей мощи.

— Приветствую тебя, Петр Григорьевич, — нисколько не чинясь, как равный с равным, князь подал руку. — Примешь гостей?

— Мог бы и не спрашивать, — сжимая сухую жесткую ладонь Вяземского, проворчал наместник. — Всегда рад тебя видеть.

Наконец, его взгляд метнулся в сторону спутника князя. Опричник все понял правильно.

— Знакомься, Петр. Назаров Никита Анатольевич, молодой артефактор, гость самого государя, приехал из Вологды.

— Назаров? — старик даже не пытался наморщить лоб, чтобы вспомнить. — А откуда у вымершего рода молодой корень? Что-то я не понимаю…

— Потом поясню, — Вяземский с непонятно откуда взявшейся ревностью посмотрел, как Никита выступил вперед и протянул руку для пожатия, а затем удивился, как мгновенно разгладилась кожа на лице наместника. — В дом-то пустишь?

Чуть отступив в сторону, Анциферов дал возможность опричнику со своим гостем подняться по лестнице, а потом пошел следом. В зале уже все было готово для небольшого приема. Пусть завтрак уже прошел, а до обеда время не наступило, но Людмила — главная управительница кухонных работников и горничных — расстаралась, чтобы князь, приехавший из самой столицы, не говорил потом, что в доме Анциферовых плохо принимают гостей.

Вяземский не стал отказываться от угощения. После первой рюмки Петр Григорьевич напрямую спросил:

— Чем-то не угодил нашему князю? Или другая причина, что главный «кромешник» самолично наведался?

— Эх, Петр, — поморщился Вяземский, — все по старинке привык нас «кромешниками» обзывать. Сам-то помнишь, что твой дед в Опричной Службе не на последних ролях был?

— И помню, чего не помнить-то, — хмыкнул Анциферов. — Было дело. Слово боялись произнести, не то что подумать плохое. Уважение великое… Значит, все? Пора на покой? И слава Перуну, а то заждался.

— Да погоди ты, — князь Андрей Спиридонович махнул рукой, а Никита едва заметно улыбнулся, особенно налегая на соленые грибочки, видать, из свежего посола. Здесь тебе и рыжики, и грузди, усыпанные белыми колечками лука. Выбирай, что душе угодно. — Покой ему. Рановато собрался.

— А что тогда? — не угомонился хозяин. — Вон, молодого зачем-то с собой взял. Кстати, не пояснишь, откуда у Назаровых наследник взялся?

— Короче, Петр, остаешься ты на своем месте, — припечатал Вяземский, глядя на твердую руку наместника, разливающего из графина водочку. — Никто тебя не просит с казенного кошта. У тебя ведь внучки растут, учатся. Вот закончат свои науки изучать, выдашь их замуж — тогда и подумаем. А насчет Никиты Анатольевича… Слушай, да мотай на свой седой ус.

Через несколько минут, в которые уместился краткий рассказ Вяземского, Анциферов недоверчиво покрутил головой, снова налил в пустые рюмки горячительного.

— Ну-ка, молодой, выпей, — приказал он Никите. — Сидишь, скромничаешь. Ух, огорошил ты меня, Андрей Спиридонович. Такую сказку завертел — с трудом поверишь.

— Так поверил же?

— Может быть, — неопределенно ответил Петр Григорьевич, вперив тяжелый взгляд в Никиту. Он как будто хотел пронзить молодого волхва насквозь, пройдя через