Читать «Ведущая сила всенародной борьбы. Борьба советского рабочего класса на временно оккупированной фашистами территории СССР, 1941–1944» онлайн
Виктор Николаевич Земсков
Страница 37 из 79
Разведывательная деятельность стала фактически повседневной практикой подпольщиков-железнодорожников.
В г. Льгове Курской области с ноября 1941 по февраль 1943 г. действовала подпольная комсомольская организация во главе с С. С. Аникановым. Комиссар этой организации И. А. Николаев держал постоянную связь с группой железнодорожников станции Льгов-2, знакомил их со сводками Совинформбюро. Его слушателями и надежными помощниками в разведывательной деятельности были рабочие М. Р. Аниканов, М. Н. Ветров, К. Ф. Малеев, В. Я. Таран, И. М. Тевяшев. От них И. А. Николаев получал ценные сведения о противнике, о скоплении вражеских эшелонов. Одним из активных организаторов подполья во Льгове был Н. Т. Федулов. До войны он работал в вагонном депо станции Льгов-2, был передовым производственником. Во время оккупации Н. Т. Федулов стал комиссаром подпольной комсомольской организации. Он сам не раз посылал из ракетницы сигнал, помогая нашим бомбардировщикам находить цель[348].
Постоянно занималась разведкой подпольная группа в г. Коростене Житомирской области, возглавляемая рабочим железнодорожного депо Калиновским. Благодаря подпольщикам разведгруппа И. Ф. Потуржанского ежедневно имела точные данные о вражеском гарнизоне в этом городе. Связной Любиченко, работавший на станции Белокоровичи, систематически передавал партизанам сведения о движении поездов и характере грузов. На станции Помошная Кировоградской области сведения для партизан собирала вся семья телеграфиста В. И. Гаджиенко — он сам, сыновья Иван, Владимир и дочь Надежда. В Молдавии партизанскими разведчиками были на станции Злоти стрелочник Н. М. Сазонов и его жена Д. И. Сазонова, жена вагонника И. И. Данилова, жена стрелочника А. Я. Апанасенко, стрелочник станции Бессарабская Т. С. Алексеев и десятки других железнодорожников. Сведения, полученные ими, партизаны передавали по радио командованию фронта[349].
Член Скидельской подпольной комсомольской организации (ныне Гродненская обл.) И. Н. Синица по заданию группы устроился для сбора сведений о движении вражеских поездов стрелочником на станцию Черлены, где до войны трудился рабочим. Благодаря ему скидельские подпольщики регулярно сообщали партизанам данные о численности гарнизонов противника, о передвижении вражеских подразделений по железной дороге и шоссе[350].
Командиром одной из разведгрупп на Минском железнодорожном узле был рабочий депо комсомолец Ю. М. Бури-Буримский. Под руководством Логойского райкома партии успешно проводила разведывательную работу на железнодорожном узле группа, возглавляемая Д. И. Безменом. Путевые рабочие станции Лотва Могилевской области Д. С., И. С. и Ф. С. Грищенковы ежедневно передавали в партизанскую бригаду «Чекист» данные о движении поездов, о характере перевозимых грузов. Железнодорожники не ограничивались только наблюдением. Они старались добыть во вражеских эшелонах образцы грузов. Например, подпольная группа железнодорожников Оршанского узла во главе с Ф. Е. Ковтуном в 1943 г. достала и передала в партизанский отряд образцы новых немецких артиллерийских снарядов[351].
В Витебске активную разведывательную работу вел сцепщик вагонов А. Е. Словас. До войны он работал дежурным по станции Витебск, но за допущенные аварии был осужден к лишению свободы. Когда над Родиной нависла угроза, он отбросил в сторону «обиды». Возвратившись в израненный Витебск, А. Е. Словас устроился работать сцепщиком вагонов на железнодорожной станции и стал искать возможность бороться с врагом. Здесь он встретился с подпольщиком Г. Н. Озеровым, работавшим стрелочником. Когда они хорошо узнали друг друга, Озеров поручил Словасу собрать сведения об укреплениях гитлеровцев в районе от деревни Гришаны до Юрьевой Горки. Данные, полученные Словасом, через партизанскую бригаду М. Ф. Бирюлина были переданы в Москву.
Командованию партизанских формирований и советских войск нужны были точные сведения о движении эшелонов на Оршанском направлении. Сведения было необходимо передавать три раза в неделю — в воскресенье, среду и пятницу. Это задание также было поручено А. Е. Словасу. Но для его выполнения партизанскому разведчику нужно было перейти на работу в Ленинградский парк станции Витебск. Дав взятку табельщику немцу Мезингеру, Словас добился перевода. Здесь он вскоре организовал небольшую, но активную подпольную группу из железнодорожников и с ее помощью собирал сведения о вражеских перевозках. В начале 1944 г. А. Е. Словаса угнали в Австрию, где впоследствии он был освобожден советскими воинами[352].
Об эффективности разведывательной деятельности витебских подпольщиков-железнодорожников свидетельствует запись в дневнике мобилизованного в фашистскую армию немецкого коммуниста П. Кренер-Шрадера, находившегося осенью и зимой 1941 г. в Витебске: «Самолеты прилетают теперь не в одно и то же время, как раньше, а лишь ко времени прибытия и разгрузки эшелона. Создается впечатление, что кто-то докладывает советскому командованию о времени прибытия эшелонов. Раньше бомбы сбрасывались просто на железнодорожные пути, теперь они летят прямо на вагоны. Все ломают себе голову, откуда противник узнает о прибытии воинских эшелонов»[353].
Важную разведывательную работу вели подпольщики Одесского порта. С помощью портовых рабочих они выясняли, в какое время, с каким грузом, по какому маршруту направлялись вражеские корабли, их водоизмещение, вооружение и состав команды. Добытые подпольщиками сведения передавали советскому командованию по радио разведчицы Е. Н. Бутенко и Н. М. Зайцева. Одно время их рация работала на батареях, купленных у гитлеровских солдат якобы для изготовления карманных фонариков. В феврале 1944 г. в Одессу прибыла с Большой земли связная Е. Адамчук (до войны — ученица ремесленного училища), доставившая батареи и запасные части для рации. Подпольщики Одесского суперфосфатного завода собирали сведения о передвижении войск и расположении зенитных батарей противника, о погрузочно-разгрузочных работах в порту. По поручению руководителя подпольной группы суперфосфатчиков О. Е. Бойцуна рабочие А. А. Бабий и В. И. Негинов не раз выезжали в Раздельную, Котовск, Тирасполь, где вели наблюдение за передвижением вражеских войск. Полученные сведения передавались по радио советскому командованию[354].
Много рабочих входило в состав разведывательно-диверсионных групп. Так, членами разведгрупп, действовавших в оккупированной части Ленинградской области, были ленинградские рабочие-коммунисты А. П. Козлов и П. В. Паршин, плавильщик-литейщик ленинградского завода «Большевик» комсомолец П. А. Коротецков, шофер Я. А. Койнов. В Ленинграде в рабочих семьях выросли отважные разведчицы-радистки М. Н. Максимова и В. У. Чеботарева.
В. У. Чеботарева была радисткой разведгруппы, действовавшей в Тосненском районе. В один из декабрьских дней 1941 г. фашисты взяли ее с поличным, во время радиосеанса. Вместе с нею был арестован и хозяин конспиративной квартиры — лесник Дед Вася (фамилия не установлена). В начале 1942 г. в донесении на имя рейхсфюрера СС Гиммлера начальник полиции безопасности и СД докладывал, что 1 января в Тосно казнены разведчица-радистка В. У. Чеботарева и лесник по прозвищу Дед Вася. Подобного рода донесения лично Гиммлеру поступали только в исключительных случаях.
Дело заключалось в следующем. Старший следователь во время допроса Чеботаревой и Деда Васи нередко приставлял ствол парабеллума к их груди и безуспешно требовал признаний. Иногда он оставлял пистолет на столе. Чеботаревой удалось завладеть им и выпустить по двум гестаповским офицерам всю обойму. Гибель двух следователей