Читать «Расследования Екатерины Петровской и Ко. Том 1» онлайн

добрые, да за что ж это мне? Сам ты вор, Алешка! Когда МТС приватизировали, кто больше всех солярки задарма уволок — думаешь, не видели? А кто за свеклой на тракторе ездил — не ты, что ль? Свекла-то совхозная, а вы со всей родней ее там мешками таскали!

Закипела бы новая свара на тему «а ты кто такой?», если бы не отец Дамиан, снова громовым голосом приказавший односельчанам угомониться и дать возможность милиции работать.

Однако милиция (все, кроме Колосова) лишь плечами пожали: дрянь какая-то — ясное дело: шизик-фетишист, коллекционировавший в качестве фетишей предметы женского туалета, интимной гигиены и части трупов убитых им животных. С ним на эту тему пусть психиатр разбирается, а мы…

А Колосов приподнял с земли клетчатый узелок с кошачьей головой. Вот, значит, какое хобби у гражданина Куренкова… Причудливое — так скажем…

— Вы знали, чем сын у вас занимается? — спросил он у несколько поостывшей матери Куренкова.

— Нет, что вы! Да он вообще тихой, послушный. Только когда выпьет, чудит, а так…

— У вас бумаги от врача имеются какие-нибудь дома? Ну справка, выписка из карты? Я хочу его диагноз, посмотреть. — Колосов галантно взял женщину под локоток. — Пойдемте, пока тут суть да дело, покажете. И заодно уж позвольте на кухню вашу посмотреть. Это не обыск — не пугайтесь. Я просто хочу ножи посмотреть, чем он это делал. — И он уронил на землю узелок с головой кошки Мурки.

— Да пожалуйста. Мне скрывать нечего. У нас в дому воры сроду не водились, а чтоб кур по соседям таскать… А Петька — больной. И доктор в больнице так и говорит: дурак он у вас набитый! А мест в лечебнице сколь лет нет свободных, чтобы полежать" полечиться:.. — всхлипнула Куренкова. — А он тихой, безропотный у меня. Тридцать годов уж скоро стукнет, а ни-ни, ни с одной девкой не баловался… Может, что в голову-то и стукнуло…

Колосов кивал. Странно, но у него вдруг появилось предчувствие, что приехал он на эту совершенно не нужную ему кражу не напрасно.

15

УРАГАН

Этот день — пятница, закончившаяся для Москвы тем страшным ночным ураганом, аналога которому не припоминали старожилы, прошел для всех героев этой истории по-разному.

Катя с самого утра с головой погрузилась в материалы для будущей статьи об организации поисковых мероприятий по «делу обезглавленных». Только тут она поняла с удивлением, какой гигантский объем проделанной работы по розыску убийц кроется за тем уклончиво-раздраженным колосовским «понятия не имею, что делать».

С момента обнаружения первых жертв в Чудинове были уже проверены сотни подозреваемых — ранее судимые, лица, состоящие на учете в психдиспансерах, бомжи. Велись масштабные поиски светлых «Жигулей» — каждый участковый, патрульный и сотрудник ГИБДД Подмосковья был ориентирован об их приметах. По компьютерному банку данных проверялись поголовно все владельцы «Жигулей» первой, третьей и пятой моделей. На дачных станциях, в местах отдыха, на вокзалах, во всех увеселительных забегаловках: бильярдных, в залах игровых автоматов, в уличных летних кафе, а также на вещевых и продуктовых рынках и ярмарках — везде, где только можно было встретить приезжих, дежурили сотрудники милиции в штатском, фиксирующие всех, вступавших в контакт с «лицами восточных национальностей», — пусть это была банальнейшая покупка дыни на рынке у приезжего узбека. Катя впервые поняла и то, сколько, оказывается, людей, сколько сотрудников — и в области, и в Москве — уже подключено к этой поисковой операции. А она-то видела одного только Колосова — то он приезжает, то уезжает. И вроде ничегошеньки не делает, а у него, оказывается, все нити в руках — и сколько разных…

В отделе по раскрытию убийств она узнала, что его сотрудники теперь фиксируют и все случаи пропажи без вести лиц «восточной национальности». Колосов не желая ждать нового трупа — он ориентировал свой отдел на работу в том числе и по делам пропавших без вести — то есть «невидимок». Можно было также предполагать (хотя Кате в розыске об этом даже и не заикались), что по всем версиям ведется и напряженная негласная работа. Все это напоминало по масштабам операцию «Лесополоса», когда искали знаменитого маньяка, но… Кате отлично было известно и то, что на «Лесополосу» ушли годы. Неужели все так сложится и с делом обезглавленных?

Но лишь только она обращалась к отчетам, справкам, рапортам, компьютерным распечаткам о том, сколько лиц проверено, какие машины осмотрены, сколько водителей опрошено в целях установления возможных очевидцев, какое количество сотрудников милиции задействовано в рейдах и проверках, патрулировании и наблюдении, ей начинало казаться: да не может быть, чтобы такой грандиозный коллективный труд пошел прахом! Они найдут их, непременно найдут. Задержат по приметам машину на дороге, или установят свидетеля, который их видел и запомнил тогда в Кощеевке, или просто еще как-то выйдут на них, этих ублюдков, по своим «негласным каналам» — ведь у розыска много методов и средств воздействия на ситуацию, о которых они прессе не говорят. Они задержат их — может быть, даже завтра, если только…

В этот день — пятницу — в Москве стояла страшная духота. Вместо неба было какое-то мглистое марево, сожженное солнцем, пропитанное парами бензина. Но закат, напротив, был чист и божественно красив. Катя никогда не видела такого красного солнца, садящегося в такие багряные, словно плащ триумфатора, облака. Они, подобно горе, громоздились на западе. От них глаз нельзя было отвести, но на сердце от всего этого великолепия становилось тревожно: солнце, а теперь уже верхний край его, видимый над горизонтом, было похоже на вулканическую лаву, а его последние вечерние лучи — на зарево дальнего пожара.

* * *

Этот день — пятницу, отмеченную ураганом, Белогуров запомнил на всю оставшуюся жизнь. Жаждал забыть, хотя бы для этого кувалдой пришлось вышибить из мозгов, но…

— Иван, а я и не слышал, как вы вошли… Да что это с вами? Больны?

Белогуров захлопнул дверь и прислонился к ней мокрой спиной. Его о чем-то спрашивают… Сейчас семь утра. Он — в своей новой квартире на Ново-Басманной улице, той, где ремонт, долгожданной, вожделенной квартире, за которую столько уплачено бабок — площадь сто пятьдесят квадратных метров, три комнаты-залы, холл, две ванных, кухня и лоджия — зимний сад… В квартире идут последние работы: мастера устанавливают кухню, подключают встроенную технику, в ванной облицовывают стены испанскими панелями; под терракоту. А надзирает за всем здесь Якин — тот, что стоит сейчас перед ним; они знакомы