Читать «Контракт со смертью» онлайн

думал заводиться. Местные подсказали ближайшую мастерскую, эмчээсник на «галстуке» дотащил машину до Нижней Серебрянки, где местный левша в пять минут вернул её к жизни.

Если бы не обстоятельства, то задержались бы на Луганщине дольше, пока не сделали всё намеченное, но увы… Так что через пару-тройку суток придётся возвращаться. Как говорится, нет ничего хуже неоконченных дел… Но о работе там, за «лентой», чуть позже, а пока о нежданных «радостях» дома. Впрочем, почему нежданных? Вполне ожидаемых: с сентября началась суета в чиновничьих кабинетах по поводу сжигаемого изнутри зуда: что бы сделать такое, чтобы затянуть удавку на шее помогающих армии и живущих в ожидании победы?

Облечённые в приказы и распоряжения запреты минобороны и силовиков объяснимы: на роток надо поскорее набросить платок. Ну как же иначе? Вторая армия мира на поверку оказалась не очень-то… Запретов показалось мало, и теперь дело за удавкой: поступающие средства надо забрать у волонтёров и направить их в фонды, фондики и подобные структуры под приглядом чиновников. Иначе поступающие на банковские карты средства будут расценены налоговиками как доходы со всеми вытекающими последствиями. Они прекрасно знают, что основной поток техники поступает к волонтёрам через рынок — машины, снаряжение, оборудование, одежда, бельё и т. д. Но в фондах штаты, которые надо содержать, а то на фоне волонтёров очень уж непрезентабельно они выглядят. Через фонды власть выглядит запредельно заботливой. Они, и только они, могут знать, в чём нуждается армия и что вообще необходимо для победы.

К примеру, в ЛНР одним московским гуманитарным фондом были направлены несколько тонн (!) книг, а именно документы партсъездов в пяти томах, сочинения В. И. Ленина и тому подобная «актуальная» макулатура. Для историков, наверное, интересно. Для студентов, корпящих над курсовой или дипломом, да и то узкопрофильных. Разве волонтёры растратили бы на эту макулатуру собранные копеечки? НИ-КО-ГДА!

В марте, возвращаясь с фронта, заехал в одну сельскую администрацию: хотел помочь жителям, бедствующим за «лентой». Отказали довольно грубо: не наши они, администрация района не велела кому-либо, кроме солдат, оказывать помощь. Оказалось, что и бойцам получить гуманитарку здесь целая проблема: заявка, подпись командира, распоряжение администрации и т. д. В здании несколько комнат были буквально завалены упаковками воды, коробками с медикаментами и горой до потолка резиновых сапог. Обыкновенная резина без утеплителя — лет десять таких не видывал. Обуть в них армию — обезножить её от ревматизма. Слава богу, солдаты от такой щедрости отказались, а вот чиновники казённых средств не пожалели, купили этот хлам, а заодно порадели родному человечку.

2

Речь не о тех волонтёрах, которые работают в так называемых волонтёрских организациях за зарплату — эдакая доброта душевная за мзду. Говорю о тех добровольцах, тысячах и миллионах наших неравнодушных людей, которые сами через все чинимые преграды бескорыстно помогают своим защитникам. Давно подбирались к ним, начиная с четырнадцатого. Что только ни делали на погранпереходах ретивые таможенники! Что только ни вытворяли в республиках местные власти — отнимали грузы, запрещали принимать интернатам, детсадам, школам привозимые продукты, книги, медикаменты. Казалось бы, теперь-то не надо везти через границу — наши они теперь республики, российские! Границ нет, а препоны остались. Неистребимый бюрократ живет исключительно на запретах и разрешениях, ибо власть, даже самая микроскопическая, — его питательная среда. Микробы, паразиты на теле общества.

Кстати, фотоотчёты, килограммы исписанной бумаги и маразматический бред армейских чиновников по рукам и ногам спеленали воюющую армию. Подбил танк — подавай три свидетеля и фото. «Квадрик» сделал съемку — раскадрируй, на ксерокс и в штаб подай, да ещё с описанием: где, когда, кем и чем сбит. Систему не изменить — она скорее задушит. Это всепожирающий самогенерирующий монстр.

3

Мы редко выставляли фото с передачей гуманитарки армейцам: унизительно это выглядит и для фотографируемых, и для фотографирующих. Как-то один из бойцов, усмехаясь, ехидно поинтересовался: это вам не верят или нам? Стыдно, конечно, но вороватый чиновник — наша историческая данность, вот и живём мы в неверии и в недоверии с подачи тех же чиновников. Теперь два варианта: собирать накладные, чеки, расписки, проводить документирование передачи гуманитарки, фото- и видеофиксации либо вообще отказаться от волонтёрской работы. Ну а если «скромно» обеспеченная армия сама решит разобраться с вороватым тылом? Придут оборванные и голодные фронтовики и спросят. Что тогда? Правильно, не придут и не спросят. Не придут и не спросят потому, что перемелют их там, перемолотят и некому будет спрашивать. А оставшимся быстро набросят платок на роток.

Что мы привезли на этот раз? Генератор, маскировочные сети и костюмы, что передала Елена Викторовна Сафронова. Зимние, белорусского производства, теплейшие бушлаты и штаны (пятнадцать комплектов за тридцать девять с лишним тысяч рублей), бинокль (около пяти тысяч рублей, зато оптика не пластик, а стекло), теодолит (около двенадцати тысяч рублей), маскировочные («снег») костюмы, носки, перчатки, тактические носилки — всё на средства, собранные Союзом писателей и приобретенные на средства, поступившие на карту Веры Петровны, «кошки» противоминные со шнуром, тактические носилки другого вида и что-то еще от Виталия Писанкова (передаём друг другу без описи, на доверии, а это теперь наказуемо), медикаменты, тёплое бельё (не помню, кто принёс), конфеты, медикаменты и что-то еще в четырёх или пяти сумках от Светланы Владимировны Горбачёвой конкретно Свете Чиняковой в Горловку и краснодонцам для ополченцев.

Конечно, не всё перечислил, потому как опись не составляли, по памяти писал, но, надеюсь, передавшие гуманитарку и деньги верят нам, верят, что всё переданное дойдёт по назначению. Кстати, наше нахождение за «лентой» и расходы на бензин финансируются исключительно из своего кармана, и НИКОГДА даже не возникала мысль воспользоваться собранными на гуманитарку деньгами. НИКОГДА!

Витя Носов всё-таки снимал передачу привезенного в разведподразделение. Для отчёта перед дарителями, а теперь пригодится для отчёта перед налоговой. Вот как-то так…

4

Вообще-то жизнь наша изобилует встречами, открытиями, обретениями, разочарованиями, удивлениями… И на этот раз произошла мимолётная встреча с удивительным человеком — генеральным директором Всероссийской государственной библиотеки иностранной литературы имени М. И. Рудомино Павлом Николаевичем Кузьминым.

Сидел в кабинете директора Луганской республиканской библиотеки (одни директора и всё библиотек!) интеллигентного вида, в элегантном костюме не менее элегантный мужчина с благородной сединой, лет пятидесяти с хвостиком, в очках, пил чай вприкуску с конфетами да печеньем, вёл учёную беседу, когда вчетвером ввалились мы — в бушлатах, небритые, проездом с фронта на фронт. Не вихрь, конечно, ворвался, но и не лёгкий бриз, притянувший всё внимание к нам. А зря: Павел Леонидович, стремящийся уйти в тень, оказался на