Читать «Освобождение Крыма (ноябрь 1943 г. - май 1944 г.). Документы свидетельствуют» онлайн

Начавшийся восьмибалльный шторм вынудил многие конвои либо повернуть назад, либо остановиться, некоторые конвои опаздывали. Командующий операцией по эвакуации контр-адмирал Шульц вынужден был перенести эвакуацию с 11 на 12 мая. Предстояло еще сутки выстоять на "аварийном рубеже" под массированными ударами советских войск. Вот как описал бывший начальник штаба ВМС Германии на Черном море Г. Конради последние дни эвакуации: "Большое скопление людей на тесном пространстве м. Херсонес и наплыв новых войсковых частей все больше затрудняли погрузку на суда. В ночь на 11 мая на причалах началась паника. Места на судах брались с боя. Суда были вынуждены отваливать, не закончив погрузки, так как в противном случае они могли затонуть".[156] [116]

Пробившиеся на мыс Херсонес немецкие и румынские войска с нетерпением ожидали подхода большого каравана судов для эвакуации в Румынию в ночь на 12 мая.

Дело WF-03/5072, лл. 923–924:

Копия

Приложение № 7 к документу 49-го горно-стрелкового АК, оперотдел, № 2/44, сов. секр. от 16.05.1944 г.

Относительно: Посадка на корабль руководящего штаба 49-го горно-стрелкового АК в ночь с 11 на 12 мая 1944 г.

Утром 10.05 состоялся обмен мнениями между командиром корпуса и морским командованием на КП корпуса "Максим Горький II" относительно посадки на корабль штаба корпуса. Было решено, что это мероприятие будет проходить таким же образом, как это было сделано в ночь с 10 на 11 мая с командующим армией и его ближайшим окружением, а именно, на скоростных катерах, к которым они были доставлены на плавсредствах недалеко от берега южнее "Максима Горького II". Морской комендант Крыма предоставляет два скоростных катера, на одном из них будет находиться и сам комендант. Командир корпуса высказал пожелание вместе с морским комендантом на этом катере после посадки на него провести контрольную поездку вдоль берега и причалов, чтобы лично убедиться, как проводится посадка на корабли, и в случае необходимости оказать помощь. Была договоренность, что на этом катере будет развернута корпусная радиостанция для связи с дивизиями. Была также оговорена возможность связи с борта скоростного катера через связь моряков с командующим флотом на Черном море и группой армий. На основании этих переговоров был составлен список лиц — участников руководящего штаба корпуса и через коменданта крепости (передаточный штаб) он был представлен морскому коменданту.

11.05 имели место дальнейшие переговоры между командиром корпуса и морским комендантом. Командир корпуса обращал внимание на то, чтобы не повторялись просчеты, имевшие место при посадке на корабль командующего армией в прошедшую ночь. Морской комендант заверил, что посадка штаба корпуса на корабль к наступающей ночи будет лучше подготовлена и обеспечена.

Во время переговоров морской комендант предложил, чтобы посадка началась в 20.00, ибо она будет продолжаться полтора часа и, таким образом, скоростной катер до восхода луны сможет уйти из зоны артогня противника и прожекторов. Командир корпуса заявил, что перенос своего командного пункта он не будет делать, но все же согласился, что с 20.00 все работники, без которых можно будет обойтись, будут грузиться на корабль.

Во второй половине дня 11.05 морской комендант сообщил, что он в 20.00 на борту одного скоростного катера выйдет в море, чтобы лично руководить подачей кораблей к причалам. Он заверил, что, согласно договоренности с командиром корпуса, в 20.00 будут готовы два скоростных катера для посадки штаба корпуса, а также плавсредства для доставки людей на катера.

В 20.00 люди, не нужные на КП, были отправлены для посадки на корабли. Около 21.30 должна была быть развернута радиостанция на скоростном катере, и командир корпуса, несмотря на ранение, начал передвижение к месту посадки. Начальник штаба корпуса с частью людей оставался на переднем КП до 22.30. До этого времени на месте посадки не было ни слышно, ни видно ни скоростного катера, ни баркасов. Противник действовал: отдельные артснаряды с восточного направления рвались вблизи места посадки; частичное освещение одним прожектором с мыса [117] Фиолент, а также отдельные сбросы бомб и обстрел бортовым оружием с самолетов вокруг, но все это было незначительным. Через представителей моряков — один офицер с группой радистов (два человека), которые находились вблизи места посадки, и через работников штаба корпуса стало известно, что около 20.00 морской комендант на скоростном катере в сопровождении двух скоростных катеров вышел в море, но, в связи с огневым воздействием противника, в 21.30 катера далеко отошли от берега. Безусловно, мы рассчитывали, что после окончания обстрела они немедленно вернутся обратно.

Передний край обороны в 23.00 был оставлен войсками. Руководящий штаб корпуса ждал появления катеров до 11.15 12.05, но напрасно: они не появились. Затем мы отправились к причалу пешком, где основная масса людей с 2.00 до 4.00 была посажена на баржи и другие плавсредства.

Действительно, руководящему штабу корпуса не удалось, как было договорено, погрузиться на скоростные катера, а поэтому не было связи с командованием флота на Черном море и с группой армий и не удалось проследить за посадкой на корабли лично.

В первом часу ночи 12 мая разведчики 85-го гвардейского стрелкового полка 32-й гвардейской стрелковой дивизии гвардии сержант И. Копылов и красноармеец Н. Федотычев захватили в плен немецкого солдата,[157] который сообщил, что есть приказ войскам с четырех часов 12 мая начать отход на м. Херсонес для эвакуации. Такие же данные сообщили и пленные, захваченные в эту ночь на других участках.

Командующий войсками фронта генерал Ф. И. Толбухин, с целью воспрепятствовать отходу и эвакуации войск противника, принял решение начать ночной штурм его обороны.

После короткого налета, в котором участвовало до 1 000 орудий и минометов, войска Приморской армии генерал-лейтенанта К. С. Мельника, 10-го стрелкового корпуса генерал-майора К. П. Неверова из 51-й армии, и 19-го танкового корпуса полковника И. А. Поцелуева, при поддержке гвардейских минометных частей и ночной авиации в 3 часа ночи начали наступление, прорвали оборону противника и начали его преследование.

С рассветом 12 мая ночных бомбардировщиков сменила дневная авиация. Войска противника продолжали оказывать упорное сопротивление, но выстоять не смогли.

Первыми подняли красный флаг на Херсонесском маяке танкисты 6-й отдельной гвардейской танковой бригады полковника В. Ф. Жидкова.

Находившиеся в бухтах суда противника, которые привел контрадмирал Шульц, были потоплены огнем артиллерии, гвардейских минометных частей и бомбо-штурмовыми ударами авиации.

Стремительные действия войск 4-го Украинского фронта и Черноморского флота сорвали запланированную эвакуацию противника. К 12 часам 12 мая 1944 г. советские войска закончили пленение немецко-румынских войск в районе м. Херсонес: всего 21 200 солдат и офицеров, в том числе командующий войсками противника в районе м. Херсонес командир 73-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Бёме, командир 111-й пехотной дивизии генерал-майор Э. Грюнер. Среди убитых обнаружен труп командира 336-й пехотной дивизии генерал-майора Хагемана. [118]

За период прорыва Севастопольского укрепрайона и окончательной ликвидации остатков крымской группировки противника с 7 по 12 мая его потери составили только убитыми более 20 000 солдат и офицеров. Взяты в плен 24 361 солдат и офицеров.[158] 13 мая 1944 г. в журнале боевых действий группы армий "Южная Украина" ее командующий генерал Шернер записал, что "он лично убежден в том, что флот оказался не в состоянии организовать вывоз последних войск, многие суда проявили полную неспособность к действиям, многие суда вернулись порожняком".

Он требовал, чтобы прокурор расследовал вопрос об эвакуации из Крыма.[159] Выводы Шернера подтверждаются многими документами немецкого военного архива, относящимися к последним дням эвакуации.

Много месяцев после трагедии 17-й армии продолжалось расследование ее обстоятельств и переписка по этому поводу. Армия обвиняла флот, флот армию.

Дело WF-03/5072. лл. 891–893:

Совершенно секретно.

Только для командования

Командующий 17-й армии

Оперотдел, № 2360/44. сов. секр.

Штаб, 16.05.1944 г.

Штамп: Дневник боевых действий.

Приложение № 5402. д

Относительно: № 2338/44 от 13.05.1944 г.

Касается: Действий ВМФ при эвакуации Севастополя.

Штамп: Вх. № 1953/44, 17.05.1944 г.

"Южная Украина"

Командующему войсками группы армий "Южная Украина"

В дополнение к отправленному донесению армии об отсутствии организации ВМФ при эвакуации с мыса Херсонес прилагаются доклады коменданта крепости Севастополь (ему была поручена подготовка посадки на корабли), а также командира 770-го инженерно-понтонного полка. Из этих докладов видно: