Читать «Я великий друид которому 400 лет! Том 1» онлайн
Дмитрий Дорничев
Страница 32 из 89
Там была общая комната. Зал. Большой стол, заставленный закусками. На нём спал немолодой лысеющий мужчина… Отец Любавы. На полу кричала полная женщина с синяком вместо лица, а на диване Любава с разорванным сарафаном, из-за чего большая грудь девушки была обнажена. Щека распухла, да и из носа текла кровь.
Ну и там же был какой-то пьяный мужик, который уже стянул с себя штаны да пытался усмирить брыкающуюся девушку. Думаю, с очевидной целью…
Подскочив, я схватил мужика за плечо и дёрнул назад, сбрасывая его на пол.
— Ах ты! Не мешай! — крикнул он на меня. — У нас уговор! Её отец продал мне её! Я ему поляну, а он мне разрешает свою дочь оттрахать!
— В нашей стране запрещено рабство. Если ты действительно «купил её», то я сейчас же вызываю полицию и тебя упекут за решётку. Так же, как и его, — кивнул я на спящего.
— Не девку я купил, а секс купил!
— Раз купил, то вот его и «люби», — указал я на спящего. — А если ты считаешь, что можешь купить секс с другим человеком без его согласия, то мы возвращаемся к рабству, и добро пожаловать в тюрьму.
— Да иди ты! Я трахну её! — вскрикнул мужчина и набросился на меня с кулаками, но тут же получил в рожу.
Глаза мужчины закатились, а затем он с грохотом рухнул на пол. Всё же худым он не был уж точно.
— Спасибо… — ко мне со спины прижалась Любава и захныкала. Пришлось стоять как истукан, ибо не пошевелиться.
— Меня Настя позвала. Её благодари. А этого… — я кинул взгляд на «покупателя». Его рот был в крови, и, думается, я выбил ему половину зубов в челюсти. — Хватит с него, но, если приблизится к тебе, скажи, я сделаю так, что до конца жизни передвигаться он будет лишь на инвалидной коляске.
Освободившись из женского захвата, схватил мужчину за ногу и вытащил из дома, а затем выбросил на улицу. Ну и на живот перевернул, чтобы не захлебнулся кровью. А её было немало.
Лечить я его не буду, а вот женщин надо бы. Так что сперва сбегал домой, взял там настойку одну и мазь да вернулся. А там крики и вопли…
— Скотина! Урод! Да как ты мог⁈ — кричала мать Любавы, колотя мужа. А тот спал как убитый.
— Тёть Лер, не трогайте вы его, — громко сказал я, входя в зал. — Он не долечился, поэтому из-за лекарств его от алкоголя сильно «торкает». Давайте я вами займусь.
Усадив женщину на диван, напоил отваром и обработал лицо с помощью мази. Марлевых повязок здесь не было, как и бинтов. Семья Любавы не очень богата. Я бы сказал бедновата. Выживают на подсобном хозяйстве, которое полностью на Любаве, да на пенсии родителей.
— Ая-я-я-яй… — шипела женщина.
— Терпите, — я мазал опухшее лицо. Сильно её ударили… Пришлось даже ману использовать. Благо, её у меня теперь больше стало.
Мана плюс мазь равно опухшее лицо, постепенно ставшее нормальным. Ну если не считать цвета кожи… Но главное, что осложнений не будет.
А вот Любаву пришлось выковыривать из комнаты…
— Выходи давай, — я стучал в дверь, на которой видны следы повреждений, а также пятна. Похоже, в неё чем-то бросались…
— Не трогайте меня, — ответил плачущий голос.
— Если не трону, то у тебя лицо опухнет и будет болеть.
Ответа не последовало, но зато вскоре щёлкнул замок на двери. Осторожно открыв её, я вошёл в комнату. Довольно небольшую. Её треть занимала полутораспальная кровать. Остальное — это старенький стол со стулом и полочки с книгами да учебниками. Видимо, со школы остались.
Также были ростовое зеркало на стене, шкаф и комод у кровати. На комоде кстати лежали книги. Старые потёртые и, судя по всему, перечитанные тысячу раз. Пушкин и ещё что-то, не разберу из-за потёртости.
Ну и сама Любава была. Она, одетая в одну лишь сорочку, сидела на кровати и плакала. Сорочка, кстати, тоже старая, потёртая и с дырами. Да и маленькая она. Оттого выглядит коротко, а большая грудь едва ли не вываливается наружу.
Нос более не кровоточил, а вот щека распухает… Так что я взял стул и сел напротив Любавы. А она резко стянула с себя сорочку, оставшись голышом. И уставилась на меня.
Вот дурочка малолетняя. Сама трясётся от страха, но хочет проверить меня?.. Что у неё в голове творится-то?.. Впрочем, неважно. Я просто беру мазь и мажу её щёку.
Глава 9
Некое пространство.
Чёрный.
Это было чёрное пространство, в котором в невесомости парил чёрный мужской силуэт, а перед ним, словно на экране телевизора да со звуком транслировалась картинка с Земли.
В этот самый момент Любава стянула с себя сорочку, обнажая красивое тело…
— Ой, дурак! Да ты посмотри, какие там сиськи? Шик, а не дойки! Хватайся за них! Сделай бр-р-р-р, уткнувшись в них лицом. Сосочки потереби хотя бы! Да тьфу на тебя. Скучный старикашка!
Чёрный фыркнул и, взмахнув рукой, развеял экран.
— Ску-у-у-учно! До новой игры ещё тысяча лет… — вздыхал он и парил по пространству. — Лечь спать? Нет, эта зараза белая без моего присмотра снова дичь начнёт творить. Бабы… Надо было сожрать её и стать всебогом. Но, нет, повёлся на сиськи….
— Ты опять фантазируешь? — раздался женский голос, и половина пространства стала белой комнатой с удобной мебелью.
Там и оказалась светловолосая красавица. Ею была невероятной красоты молодая девушка, которая присела на большую кровать, и туфельки на её ногах, вспыхнули золотым светом, да исчезли.
— Явилась-таки! Долго, я уже почти с ума сошёл от скуки! — воскликнул Чёрный, поплыл к белому пространству да спрыгнул на белый пол.
— Я вижу. И слышу… — сказала та и стрельнула в мужчину недовольным взглядом. — Ты зачем старику память вернул⁈
— А ты зачем её заблокировала? Ты нарушила договор!
— Ну а чего он меня шлюхой называет⁈ — белая богиня надула губки и с обидой уставилась на Чёрного.
— А как называть женщину, которая едва ли не со