Читать «Мимик должен умереть!» онлайн

что уровни моего персонажа пока не росли. Это так задумано или мне не хватает заработанного опыта?

Развиваться требуется быстро, потому что «Комарик», как я назвал дрон, не имел такого же функционального многообразия, как РИ-7, он был просто видеокамерой с датчиками и моторчиком. Ни металлоискателя, ни рентгена, ни лидара в комплект не входило. Но зато камера была дальнозоркая, засекающая минимальное движение или блеск оптического прицела. Она работала в режиме прибора ночного видения, тепловизора, могла «подсвечивать» цели для других устройств. Например, для ракет, роботов или автоматических турелей. В идеале мне хотелось бы использовать в связке РИ-7 и «Комарика» – эффективность моей разведки значительно бы выросла.

Нашлась у «Комарика» еще одна задокументированная особенность –он мог создавать голографические иллюзии, причем очень достоверные, фиг отличишь. Для такого фокуса он должен сфотографировать объект и занести образ в память. Я попробовал на Венике. Сделал дроном его фотографии и, пока он отошел, запустил режим иллюзии – дрон нарисовал парня рядом со мной. Я его в упор разглядывал, но не мог понять, что это голограмма – просто мой дружище, замерший на месте.

В дроне, как выяснилось, установлен большой накопитель для различной видео- и аудиоинформации, в теории голограмму можно сделать динамической: она будет двигаться и говорить! Но я пока не понял, как это работает.

В полшестого вечера мы добрались до базы, быстро перетаскали с Веником яблоки и, наспех приняв душ, я собрался на свидание с Дашей.

– Можно приду с девушкой сегодня? – спросил я Веника, как хозяина жилья, чисто для проформы. Но он уперся и категорически отказал мне в этом праве.

– Ты ничего не понимаешь! – взволнованно возражал он. – У нас будут проблемы. Если меня побьют – не страшно, я привык. А ты подумал, что будет, если пострадает Маша?

Но ключ от планетария он мне дал – это и был обещанный для дамы сюрприз. Я побежал к Коменданту, чтобы решить проблему с жильем, но его не застал, и хмурый сержант Максим предложил мне только одну из квартирок, куда офицеры водили дам легкого поведения.

– Вам зачем? – равнодушно спросил он.

– Да хочу выспаться, но дома не дают, а завтра мне в дальний дозор.

Этот ответ его полностью удовлетворил, он принял мои триста рублей и предупредил: «Сегодня, возможно, будет громко. Все номера сданы, большой отряд вернулся с вылазки». Я его словам внимания не придал, в этом балагане, прикидывающемся военной базой, всегда шум и гам.

В полседьмого на втором ярусе я ждал Дашу с букетиком полевых цветов, которые насобирал по дороге с армейских складов. Но её все не было, я уже весь изматерился: «Ну сколько можно собираться?».

Через полчаса она не пришла, и через час она не пришла. Я оставил «Комарика» следить за местом встречи, а сам поднялся на крышу и стал смотреть на звезды. Ждал часов до десяти, скорее уже, и не ждал, а просто разглядывал небо в телескоп Веника. Потом выкинул букетик с крыши: «На кого бог пошлет», – и отправился в свою комнату в гостинице. Ну а что? За неё же уплочено.

Едва лег в постель, сразу понял – тут, и правда, сегодня шумно, сержант не соврал. В соседнем номере громко занимались любовью, слышались девичьи стоны и мужской смех. Я удивился, что там был явно не один мужчина, но определенно одна дама.

Вот люди развлекаются! Совсем без тормозов! Под эти звуки веселья и разврата я и уснул. Сон пришел беспокойный, видимо, из-за нервов, все-таки завтра первый раз выхожу в дозор. И сразу в дальний.

Проснулся под утро, еще до солнышка. Компания из соседнего номера все продолжала зажигать, но пока я одевался и собирался, притихла. Участники оргии вышли на соседний с моим номером балкончик. Мне стало интересно, и я послал «Комарика» посмотреть, кто так шумит.

Твою ж..! Да в жопу ту Караганду! На балкончике курила сигарету растрепанная Нэла, закутанная в простыню, в окружении трех голых мужиков: один постарше, а двое – молодые ребята. Я автоматическим движением выхватил из виртуального хранилища пистолет и одним движением пальца снял предохранитель. Копец вам, ребята!

…Но моя рука с пистолетом опустилась вниз, и я его чуть не выронил, когда услышал их разговор. Они общались как старинные хорошие друзья. Парни рассказывали Нэле об удачном бое против имперцев. Она хохотала над их шутками и радовалась успехам.

– Ладно, я все! Спать хочу, – сказал один из молодых парней. — Нэла, я оставлю тебе пятьсот рублей на тумбочке. Профессор, буду в казарме.

– Да мы тоже по крайнему кругу и спать, – ответил ему старший в их компании.

– Не-не-не! Витя, останься на последний круг, – игриво проговорила Нэла. – У меня ко всем вам сделка. Есть разговор. Деловой!

– Пойдем, деловая! – Профессор шлепнул её по попке, и вся компания, веселясь, зашла в свой номер и захлопнула дверь.

Я простоял молча, наверное, пять минут. Как так-то? Вместо свидания со мной Нэла пошла на потрахушки «со своим парнем». Цветочки, блин, нарвал. Планетарий подготовил – звездочки смотреть. Дебил так дебил. Сказочный! Обидно было очень. Она же, ко всему прочему, как я понял, за деньги это делает. Да и пресловутый «мой парень» оказался сразу тремя сексуальными партнерами. Вот же Караганда, как я влип! На душе стало погано-погано.

Так случились мои первые сильные негативные эмоции после обретения чистой памяти. И ударили они по мне соответствующе: чувствую себя как подросток, получивший от девушки первый раз отказ в грубой форме. Почему-то затряслись руки, и я убрал пистолет в хранилище от греха подальше, чтоб себе же в ногу случайно не шмальнуть. Ничего не хотелось делать, просто стоять, тупить и раствориться в жалости к себе.

Какой на хер жалости? Формально-то я неправ: сам собирался забрать девушку у Профессора. Но все равно обидно. Очевидно, что сама Нэла решила не уходить. И что вообще за сделка, про которую она говорила? Может, меня убить или имущество забрать? Ощущение опасности сразу вывело меня из состояния прострации.

Я же не влюбленный юноша! Я – убийца со сроком наказания в двадцать пять лет, у меня руки по локоть в крови! Я, блин, в тюрьме. Даже хуже – в штрафбате! Меня не может заставить страдать обман первой встречной девчонки.