Читать «Тюмень без секретов, или Как пройти на улицу Павлика Морозова» онлайн

раскрыт колчаковской контрразведкой: сотрудничавшего с большевиками судового механика расстреляли.

Почему не прогремел взрыв на «Иртыше»? Потому что красный диверсант во время стоянки парохода в Тобольске влюбился в Нину Савиных, дочь лоцмана на «Иртыше», и не захотел рисковать жизнью будущего тестя.

Тобольский судоводитель Григорий Савиных был знаменит на весь Обь-Иртышский речной бассейн. Мудрый, трудолюбивый, состоятельный, многодетный, непьющий, некурящий и весьма набожный. Среди иртышских речников имел шутливое прозвище «Лампада». В его каюте висели иконы, горели лампады. Перед навигацией и после ее завершения он устраивал на судне торжественный молебен. Не просто было добиться расположения внешне сурового лоцмана. Но речнику–чекисту Вронскому–Водопьянову удалось: Савиных помог ему угнать «Иртыш» в расположение красных войск, а его красивая, умная, начитанная и смелая дочь стала женой героя.

Лже-Водопьянов понимал, что в одиночку и даже при содействии гражданской судовой команды не справиться с двумя десятками вооруженных колчаковских егерей-десантников. Насторожило заговорщиков и появление на Тавде быстроходного товаро-пассажирского парохода «Ласточка» (на нем 29 июня 1914 года доставили в Тюмень в больницу раненого в селе Покровском религиозной фанатичкой Хионией Гусевой царского фаворита Григория Распутина. – А.П.). В очерке Бажова «Восстание на пароходе “Иртыш”» отмечено: «Рано утром на третий день к “Иртышу” без свистков подошел, будто подкрался, небольшой пароход “Ласточка”, поспешно сбросил груз, затем отвалил к “Александру Невскому”, ссадил дополнительную команду во главе с начальником речного боевого участка и сейчас же ушел обратно».

Какой груз «сбросила» «Ласточка» на палубу «Иртыша»? Сейчас известно – ценности Екатеринбургского государственного банка, вывезенные на железнодорожную станцию Тавда недалеко от пристани Каратунка, где стояли посредине реки два колчаковских парохода.

22 августа «Александра Невского» отозвали на Тобол – сорвать переправу красных на правый берег реки. Еще через день им пришлось выдержать тяжелый бой у Березовского Яра и у Иевлева.

И тогда Вронский–Водопьянов решил: «Пора!». Не ночное нападение на часовых, не арест офицеров, не захват парохода с ценным грузом – все это мифологизировано позднее по заказу Уральского областного комитета ВКП(б). Действовали проще, но тоже с риском для жизни: механик Ларькин спустился по течению от нижней пристани до села Тавдинского, занятого к тому времени 455-м полком 2-й бригады 51-й стрелковой дивизии, и предупредил красноармейцев о появлении в их расположении вражеского парохода.

Судовая команда держала такое давление пара, чтобы в любую минуту двигатель мог работать на полный ход. Когда колчаковцы уснули, а часовые дремали на постах, на «Иртыше» выбрали якорь... На тавдинской пристани предупрежденные о заговоре красноармейцы перебрались в предрассветном тумане на борт судна...

Не раскрывая перед речниками своего настоящего имени, Вронский-Водопьянов взял на себя командование пароходом.

Боестолкновения «Иртыша» с колчаковской флотилией на реке Тавде, описанного со слов его участников писателем Бажовым, не было. Находившегося на «Александре Невском» начальника 1-го дивизиона Обь-Иртышской флотилии капитана 2-го ранга Гутана при появлении «Иртыша» ввели в заблуждение развевавшийся на судовой мачте Андреевский флаг и погоны на переодетых в белогвардейскую форму красноармейцах. Пароходы сблизились бортами... Затем абордаж, короткая рукопашная схватка, допрос и расстрел.

Профессор Рощевский не зря сомневался в достоверности воспоминаний участников тех событий. Изучив содержание приказов по 2-й бригаде и 51-й дивизии о переименовании захваченных красными колчаковских пароходов, он правильно заключил, что «Александр Невский» не имел повреждений и находился «в плавучем состоянии».

Единственное настоящее речное сражение между красной и белой флотилиями произошло 14 сентября 1919 года на Иртыше в 20 верстах к северу от Увата. «Александр Невский», переименованный в «Водопьянов», а затем в «Карл Маркс», встретился с двумя пароходами противника – «Алтай» и «Мария», был атакован и затонул.

Генеральный директор ЗАО «Тюменьподводречстрой» Виктор Савченко собирается поднять этот затонувший пароход и после реставрации поставить у бывшей пристани Тюмень напротив здания конторы «Товарищество Игнатова–Курбатова» по улице Госпаровской, 3 (до 1922 года улица Набережная).

Под чужим именем

Когда «Карл Маркс» шел ко дну, Вронский в вагоне литерного поезда вез в Москву ценности, захваченные им на «Иртыше». Судовой команде сообщили, что Водопьянов погиб от коварного выстрела при захвате «Александра Невского» и похоронен в братской могиле в селе Иевлево вместе с погибшими при переправе через Тобол красноармейцами. Туда же местные жители схоронили выловленные из реки тела расстрелянных на пароходах колчаковцев, включая капитана 2-го ранга Гутана.

Вместо него начальником 1-го дивизиона Обь-Иртышской речной флотилии Колчак назначил старшего лейтенанта Вадима Макарова, сына знаменитого флотоводца вице-адмирала Степана Осиповича Макарова, погибшего в 1904 году в ПортАртуре при подрыве на минах броненосца «Петропавловск»[9].

В Москве на Лубянке, в ведомстве Дзержинского, с нетерпением ожидали курьера Сибчека – об этом свидетельствуют контрольные шифротелеграммы в транспортные ЧК о прохождении поезда, в котором Вронский вез золото. Для содержания разросшейся до четырех миллионов человек Красной армии требовались большие средства, а золотой запас бывшей царской России был захвачен белыми 5 августа 1918 года в Казани и увезен в Самару. Перед отступлением с Волги в Омск, где разместилась ставка Колчака, белые вывезли 8399 ящиков с золотом, 2468 мешков и 18 сумок «звонких монет и драгоценностей».

Сдавшему по описи ценности с парохода «Иртыш» Вронскому дали в ВЧК новое задание: под видом окончившего с отличием в ноябре 1917-го Вторую Омскую школу прапорщиков Константина Карасева внедриться в отдел контрразведки бригады генерал-майора Ивана Красильникова и выяснить речные маршруты эвакуации кладовых Омского государственного банка.

Но пока Вронский–Карасев добирался до Тюмени, колчаковский фронт рухнул, чтобы никогда уже не возродиться. Части 51 -й стрелковой дивизии Блюхера 21 октября заняли Тобольск. 14 ноября 27-я стрелковая дивизия Блажевича вошла в Омск[10]. Потерявший поддержку сибиряков, Колчак сложил с себя полномочия 4 января 1920 года и подписал указ об утверждении генерала Антона Деникина «Верховным правителем Российского государства», а всю полноту власти на восточных задворках Гражданской войны передал атаману Забайкальского и Сибирского казачьих войск.

А еще через десять дней отступавшие по Транссибу белочехи, чтобы отплыть из Владивостока на родину, передали на станции Инокентьевской под Иркутском оппозиционному «Политическому центру» Колчака и председателя Совета министров Омского правительства Виктора Пепеляева вместе с золотым запасом – 5143 ящика