Читать «Пеший камикадзе, или Уцелевший» онлайн

в шахте, если заглянуть в дверной проём второго этажа ничего не разглядеть, а проём на первом во избежание несчастных случаев, вероятно, ещё строителями предусмотрительно заставили щитом, рядом с которым складывали строительный мусор в мешках, смастерив кучу почти в человеческий рост. Впрочем, позднее одна из перегородок при неизвестных обстоятельствах обвалилась и погребла под собой и выход — вход и накопившиеся строительные отходы.

Предметом совещание, которое инициировал Александр Ходарёнок стало анонсированное накануне лидером партии «Новоросы» Олегом Загумённым проведение митинга на площади Ленина и принятие присяги бойцами батальонов «Кальмиус» и «Оплот» при участии бывшего нардепа Украины Олеся Цаервола и премьер — министра Республики, вернувшегося из российской столицы.

Часом раннее командир батальона «Восток» провёл поверку личного состава, строго — настрого запретив присутствие бойцов своего подразделения на мероприятии, объяснив это наличием информации о готовящихся диверсиях и провокациях со стороны Вооружённых сил Украины и уже битый час рассказывал командирам рот о популизме подобных шагов и их последствиях, пустых амбициях и просчётах своих политических партнёров и оппонентов в одном лице. Наконец добравшись до оперативной обстановки, заговорил про боевые действия, которые с раннего утра велись в пригороде Славянска, где украинские военные спорадически обстреливали Семеновку и Черевковку, а с горы Карачун и со стороны посёлка Закотное — район Артема и поселок Ямполь, потешаясь над тем, что командующий ополчением и армией самопровозглашённой народной республики Игорь Кильватер с раннего утра сделал ряд сумбурных экстренных заявлений: о многочисленных жертвах и пожарах в жилых кварталах, о противнике, который массированно обстреливал из гаубиц Краматорск, напомнил о правоприменении опубликованного им приказа о военно — полевом трибунале за оставление боевых позиций, введённый им на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР «О военном положении», датированный сорок первым годом прошлого века, и последнее, в котором акцентировал внимание мирового сообщества на том, что если Россия не примет срочных и безотлагательных мер, Украина решительно добьётся своего. Очевидно, что за этими словами скрывалось вполне прозрачное послание в адрес российского правительства, что Украина может одержать победу над Россией.

Игоря никогда не впечатляли разговоры о государственных заговорах или кулуарных интригах, но ему вдруг стала нравиться близость к военачальникам, которые, как ему казалось, занимались военным стратегическим планированием, что являлось одной из областей высшего военного искусства в вопросах войны, на ряду с её ведением и исследованием, охватывающим теорию и практику подготовки к войне, её закономерности и достижения победы посредством целеполагания, общего плана и систематического внедрения мер противодействия противнику с учётом постоянно меняющихся обстановки и обстоятельств. Длительное время Игорь выполнял особую военную работу в очень узкой и специфической сфере военной деятельности, вектором которой была борьба с террористами всех мастей и представителями организованной преступности и он редко задумывался над тем, кто строил планы той или иной специальной операции, кто получал информацию, анализировал и проверял её, кто принимал ответственное решение и отвечал за результат.

К одиннадцати дня Ходарёнок проголодался. С самого утра он выпил чашку чёрного кофе без сахара и больше ничего. Громкое голодное урчание желудка вынуждало его временами повышать без видимых причин голос, что не могли не отметить присутствующие. И Ходарёнок это понимал, но ничего поделать не мог, получалось самопроизвольно. Для обеда время было ещё ранее, а для завтрака совсем уже позднее, что было достаточным поводом для неспешного пустословия и пересказа новых вымученных теорий и прочей брехни, которые следовало делать медленно и неторопливо, чтобы митинг на Ленина успел завершиться.

Развлекая присутствующих фантазиями сомнительных заговоров на происходящие военно — политические события в Украине, длящиеся уже второй час к ряду, комбат неожиданно переключился на личность министра обороны ДНР, представив его как историка — архивиста, монархиста, реконструктора военно — исторических событий и большого поклонника Белого движения времён Гражданской войны, за что тут же наградил его прозвищем «белый юнкер» и «рядовой — полковник запаса», который сегодня в своём бункере был подвержен панике, ясно готовящей Ходарёнку о том, что министр с высокой вероятностью готовится в недалёком будущем оставить Славянск, совершив марш на сто двадцать два километрам в тыл по трассе на машинах с кондиционерами, по подобию Великого Сибирского Ледяного похода Русской армии Колчака почти вековой давности, преодолевшей зимой две с половиной тысячи километров конно — пешими от Барнаула до Читы в ужаснейших погодных условиях при температуре достигавшей местами отметки минус пятидесяти градусов по Реомюру в полудикой природе необъятной страны, разворовывая по пути крестьянские хозяйства в поисках тепла и пищи и отбиваясь от отрядов Красной армии и ополченцев. Поход, который завершит ничтожное число выживших.

«Историк — архивист… рядовой — доброволец… реконструктор военно — исторических событий… офицер, не окончивший военных академий, — скучал Медведчук, перебирая регалии Кильватера, — что мог знать о стратегии и управлении армией министр обороны рядовой — доброволец Кильватер? Очевидно же, что слишком мало, чтобы руководить ополчением или армией и победить? Министр обороны по типу… Хотя, нет, тот даже «срочку» не отслужил… — Игорь скучал. — А как же все эти манёвры: оборона, наступление, контрнаступление в масштабе армий, дивизий и так далее? Даже взводом командовать учат пять лет внутри взвода, роты, батальона? — затем всё происходящее вдруг странным образом напомнило ему информчасы, что проводили с военнослужащими срочной службы в «Витязе», на которых без устали втирали в бритые головы юнцов, что наш главный враг — Америка. И вдруг он в полной мере осознал, что всё вокруг происходит определённым образом, срежиссированным теми, кто в сущности осуществлял пресловутое стратегическое управление скопищем быдловатой армии, каким было ополчение Донбасса, подавляя в них желание критически мыслить и воспитывая в ведомых как стадо животных и малограмотных людях покорность для индоктринации и их мобилизации против вымышленных угроз, какими сейчас казались украинские ультраправые националисты.

Через два с лишним часа комбат наконец выпустил командиров из совещательной комнаты.

— Какие планы на вечер? — спросил Котов Медведчука.

— Да, собственно, никаких? А что?

— Сегодня в десять вечера сборная Германии играет против сборной Ганы, ты с нами?

— С кем — с нами?

— Я, — принялся Котов загибать пальцы, — Жорин, Абхаз, Глеб Кулёмин…

— Где собираетесь?

— Как обычно в «Сепаре», где ещё?

— Не знаю… — задумался Медведчук.

— Чего не знаешь, где «Сепар»?

— Не знаю — могу или нет.

— А! Ну, узнай? — предложил Кот.

— За кого болеем?

— За фашистов, конечно! За Мюллера, Клозе, Крооса, Швайнштайгера… — снова пошли в ход толстые пальцы. — А в Гане я никого не знаю? — и добавил. — Комбат тоже будет.

— Гонишь?

— Чо сразу гонишь? Не фига не гоню. Локацию знаешь, приходи, сам