Читать «Позывной: «Варяг». Спасти Севастополь!» онлайн

«В прошлой жизни» эта резиденция князей Юсуповых приютила советскую делегацию во время Ялтинской конференции, но ныне положение было таково, что руководство Объединенных Наций – СССР, США и Великобритании – не собиралось, чтобы прорисовать черты послевоенного мира. Слишком велик был перевес Советского Союза, занявшего не только Норвегию и Данию, да Венгрию с Польшей, да Чехословакию с Австрией – это пустяки, – но и Францию, Италию и Германию.

Англосаксам удалось «освободить» Западную Францию да страны Бенилюкса, но это выглядело, как жалкая двойка пик по сравнению с флеш-роялем.

Правда, в наметившемся конфликте вокруг и около Проливов у англичан и американцев были выгодные позиции – Румыния, Болгария, Греция и Югославия находились в их зоне оккупации. Да и Турция больше на Запад смотрела. В войну она сильно подыгрывала Гитлеру, исправно снабжая рейх хромом и прочим ходовым товаром.

Вот так, размышляя о роли Балкан в истории, Жилин и прошел в Юсуповский дворец.

Охраны было немерено. Сдав оружие, Иван пошагал следом за Поскребышевым.

Сталин был один в своем кабинете. Несмотря на осень, за окном было зелено и тепло – Крым! Вождь стоял у окна, без своей обычной трубки, и смотрел на близкое море, где дрейфовал крейсер.

– Здравствуйте, товарищ Рычагов, – первым поздоровался он.

– Здравия желаю, товарищ главнокомандующий.

Иосиф Виссарионович усмехнулся. Даже себе он не признавался, что ценит маршала за то, что ни лести не было в нем, ни страха. Уважение было, и такой респект стоил дорого.

– Думаю, вы в курсе того, что затеяли дядя Сэм и Джон Буль, – проговорил вождь.

– Да, товарищ Сталин. Впервые наши враги сошлись с нами напрямую.

Главнокомандующий покивал.

– Доложите о ситуации на Западном фронте.

– Фронта, можно сказать, больше нет – противника не стало. Готовим флот, подтягиваем десантные корабли, авиация устраивает налеты – бомбим базы флота в Росайте и Плимуте, авиазаводы в Ковентри, Манчестере, Бирмингеме.

Сталин покивал, потянулся ко рту, но вовремя вспомнил, что трубка не с ним, поморщился и сложил руки за спиной.

– Вы как-то рассказывали, товарищ Рычагов, что в 50-х годах у Советского Союза тоже были проблемы с Проливами…

– Да, товарищ Сталин. Турки угрожали нам тем, что перекроют Босфор. Тогда наш министр иностранных дел Громыко сказал, не без иронии, что мы откроем Босфор с помощью ракет. Ну, Королев только начал строить ракеты, так что придется отворять Проливы с помощью обычных ключей – авиабомб и орудий главного калибра.

– Хорошее решение, – кивнул вождь. – Плохо, что временное. Нам нужен постоянный конт-роль над Проливами.

– Ровно тридцать лет назад, товарищ Сталин, Англия и Франция подписали секретный договор, признававший за Россией право на Румелию – европейскую часть Турции, маленький огрызок суши, вдоль которого тянулся западный берег Босфора, Мраморного моря и Дарданелл. Думается, что пришла пора реализовать тот давний договор. Иначе толку не будет.

Сталин помолчал.

– Согласен, товарищ Рычагов. Румелийская автономная область обеспечит нашему флоту беспрепятственный вход и выход из Черного моря в Средиземное и обратно. Русский князь Олег прибил свой щит на вратах Царьграда… Подготовьте план операции, товарищ Рычагов.

– Слушаюсь, товарищ Сталин.

– И еще… – Вождь нахмурился. – Скажите, товарищ Рычагов, что вас больше всего беспокоит в конфликте с империалистами?

Жилин подумал.

– Соединенные Штаты могли соорудить еще две-три атомные бомбы, товарищ Сталин. И целями новых ядерных бомбардировок наверняка станут города Советского Союза. Вмешавшись в войну на Тихом океане, мы заняли несколько островов сами или помогли их захватить японцам, лишь бы они не достались Америке. Теперь мы более-менее защищены с востока – штатовским стратегическим бомбардировщикам неоткуда взлетать. Но вот южное и западное направление… Тут сложнее.

– Лаврентий клянется, что уже в этом году у нас будет своя бомба. Мы ждем. Вопрос, однако, в ином. Сейчас мы активно поддерживаем Восточно-Туркестанскую Республику, где хватает богатых урановых рудников. Чан Кайши против нашего там присутствия, но, чем бы ни завершилась война этого генералиссимуса с Мао – победой или поражением, нам придется делать выбор: или уходить из Восточного Туркестана и отдавать его китайцам, или оставаться. А что бы сделали вы, товарищ Рычагов?

– Безусловно, остался бы, товарищ Сталин.

Вождь кивнул:

– Жду вас вечером, товарищ Рычагов. С планом операции «Царьград».

Глава 19

Налет

СССР, Севастополь, 3 октября 1945 года

Прикидывая, какие ключики подобрать к Босфору с Дарданеллами, Жилин не заперся в номере гостиницы, чтобы мучить мозг тактическими изысканиями, а отправился обратно в Севастополь, благо было недалеко.

Силы у СССР велики, но не безграничны, как и ресурсы. Тем более что сейчас самое важное – страну поднимать из руин, а война, пусть даже молниеносная, совсем ни к чему.

Когда за окном машины открылась бухта, Иван довольно улыбнулся.

«В прошлой жизни» тут все было иначе. Адмирал Октябрьский оказался обычным дураком, но дурость его выглядела как предательство – вместо того чтобы бороться с врагом, обстреливать немецкие позиции из главного калибра, он вообще не выводил корабли, зато ставил повсюду тысячи и тысячи мин.

Для кого, если единственным кораблем противника в войну была зачуханная румынская канонерка? Зато полдесятка советских пароходов подорвались-таки.

Октябрьский до того боялся Манштейна, что… А! Что толку вспоминать прошлое? Тем более что реальность изменилась – Крым так и не достался фрицам, и хваленому Манштейну надавали пинков. Любо-дорого.

И до чего ж приятно смотреть на уютный, белый Севастополь, не познавший осады и разрухи! Особенно когда знаешь, что приложил к этому руку.

На рейде стояла настоящая армада – линкоры «Парижская коммуна», «Александр Невский», «Киров» и два итальянских линейных корабля, еще не переименованных, – «Имперо» и «Джулио Чезаре». У причалов теснились «старые» крейсеры – «Червона Украина», «Красный Крым» и «Красный Кавказ» – вперемежку с «новенькими» – «Тренто», «Триесте», «Бользано» и «Горицией».

Ближе к северной стороне монументально серели два больших авианосца – «Советская Украина» и «Советская Белоруссия». Эти несли на палубе и в ангарах почти семнадцать эскадрилий истребителей, штурмовиков, легких бомбардировщиков и торпедоносцев.

В соседних бухтах маячили авианосцы полегче – «Орджоникидзе», «Аврора», «Дзержинский», «Щорс», «Чкалов» и «Камо». Каждый почти на сорок самолетов, а это, считай, авиаполк.

Это все была сила. Даже так – Сила! Силища. Флот.

Покинув машину на пристани, Иван пересел на катер, и тот живо домчал его до высоченного борта «Советской Белоруссии».

Жилин поднялся по трапу – прямо в объятия огромного загорелого человека, шумного и громкоголосого Ивернева, командира авианосца.

– Ну, наконец-то, товарищ маршал! – сказал каперанг густым архиерейским басом. – Пожаловали!

Рука Жилина утонула в твердой ручище Ивернева, и ее сжало так, что пальцы слиплись.

– Хорошо, что я не пианист, – проворчал Иван, – а то неделю играть не смог бы. Богатырь хренов…

Каперанг расхохотался, а после, хитренько улыбнувшись, спросил:

– Что? Проливы брать будем?

– С чего ты взял?

Ивернев самодовольно ухмыльнулся:

– А примета такая! Где маршал Рычагов появляется, там жди перехода в наступление. А тут турки нам козу показывают!

– Да уж, что козу, то козу… А чего не летает никто?

– Вчера учения закончились, перехват отрабатывали. Ты не думай, Пал Василич, что мы тут обленились да рассупонились. Не-е… Бдим! Вона, разведчик постоянно в воздухе, эсминцы в море снуют, как те челноки. РЛС на них добрые поставили. Если что приметят, сразу сообщат.

– Это правильно. Самое главное – «летающие крепости» не подпускать…

Иван сощурился, заметив на палубе группу людей в полувоенном и гражданском, с блокнотами и «лейками» в руках. Он узнал Константина Симонова и еще нескольких журналюг.

Тут командира вызвали на мостик, а Жилин прогулялся по палубе, где по линеечке выровнялись истребители «МиГ-15» – дежурная группа. Заправленные, с подвешенными ракетами, они были в полной боевой готовности.

Пилоты стояли тут же. Ни с кем из них Иван знаком не был, но вот его знали все.

– Здравия желаем, товарищ маршал! – белозубо улыбнулся летчик с облупленным носом и выгоревшими на солнце волосами цвета соломы.

– И вам не хворать.

В это время взвыла сирена, а на палубу выбежал командир корабля.

– Накаркал! – выдохнул Ивернев. – Чуть ли не сотня самолетов прет с юга на Крым! Девятку «Б-29» опознали!