Читать «Эпоха сериалов. Как шедевры малого экрана изменили наш мир» онлайн
Анастасия Ивановна Архипова
Страница 10 из 154
26 «Ап ancestor of mine maintained that when you eliminate the impossible, whatever remains, however improbable, must be the truth» (Star Trek 6: The Undiscovered Country, 1991). Эти слова Холмс произносит в «Знаке четырех» (гл. 6): «…отбросьте все невозможное, то, что останется, и будет ответом, каким бы невероятным он ни казался» (пер. М. Литвиновой).
27 См., напр.: видеоинтервью с Т. Герритсен (https://www.youtube.com/ watch?v=2_hEF8URbdM).
28 «Гнев Хана» (2-й фильм из шести фильмов, снятых в 1979–1991 гг. на основе сериала «Звездный путь», с сохранением оригинального каста сериала 60-х годов); сериал «Доктор Кто» (Десятый доктор), серия «Конец времени» (The End of Time, 2009/2010).
29 Те же евангельские аллюзии эксплуатируются, например, в сериале «Кости» (ребенок главных героев рождается в «хлеву» (конюшне по сюжету), девочка названа Кристиной (Christ)); в сериале «Подозреваемый» Машина, искусственный интеллект, называет своего создателя #отцом и готова принести себя в жертву, если так будет угодно отцу. В этом шоу Машина неоднократно называется «богом», и ограничивающие ее всемогущество «встроенные» в нее нравственные ограничения резко контрастируют с жестокой вседозволенностью «ложного бога» – другого ИИ, чье имя (Самаритянин) позаимствовано из известной евангельской притчи.
30 Библиотека Наг-Хаммади: «Сказал мне Спаситель: “Тот, которого ты видишь у креста, радостного и улыбающегося, есть живой Иисус. А тот, в чьи руки и ноги они вбивают гвозди, это его плотская оболочка, которая всего лишь отражение”》(«Апокалипсис Петра»); «Они видели, что я был подвергнут мучениям, (но) это был другой. Это был их отец, который пил желчь и уксус, а не я. Они били меня тростью, (но) это был не я. Тот, кто нес крест на плечах своих, – это был Симон. Это был другой, на которого возложили терновый венец. Я же радовался в вышних над всем владением архонтов и семенем их заблуждения и тщеславия. И я смеялся над их невежеством» («Второй трактат Великого Сифа», перевод И.С. ЕГоренкова). [Цит. по: сайт «Русская апокрифическая студия» http://apokrif. fullweb.ru/nag_hammadi/].
31 Уотсон у Конан Дойля, наблюдая за Холмсом, приходит к схожему выводу: «….я вдруг подумал, каким страшным преступником он мог бы быть, если бы направил свой талант и свою энергию не в защиту закона, а против него» («Знак четырех»).
Майкл Эмерсон, сыгравший Гарольда Финча в «Подозреваемом», незадолго до того прославился своей работой в сериале «Lost» (2004–2010), где он снялся в роли хитроумного, жестокого, но по-своему притягательного «злодея», одно из множества имен которого – Дин Мориарти (отсылка к роману Керуака, но также и к небезызвестному профессору). Отблеск тревожной харизмы этого персонажа, несомненно, ложится и на образ холмсианского героя в «Подозреваемом», во всяком случае, такое сближение производится в соответствующем фандоме. Фандомам в целом свойствен пристальный интерес к другим ролям актера, воплотившего полюбившегося персонажа, это хорошо прослеживается, например, по фандому «Шерлока».
32 В начале сериала зрителя намеренно сбивают с толку, чтобы он принял Майкрофта за Мориарти.
#мориарти1
Мастер: Как же славно, что ты меня называешь по имени. Доктор: Так ты сам же его и выбрал.
(«Доктор Кто», 3:12 – «Барабанная дробь») * * *Поезд как раз тронулся, когда Холмс произносил эти слова. Выглянув из окна и посмотрев назад, я увидел высокого человека, который яростно расталкивал толпу и махал рукой, словно желая остановить поезд. Однако было уже поздно: скорость движения все увеличивалась, и очень быстро станция осталась позади
(«Последнее дело Шерлока Холмса»)2. * * *Шерлок: Как звали моего фаната?!
Таксист: Мориарти!
(«Шерлок», 1:1 – «Этюд в розовых тонах»)А был ли профессор?
Вообще-то никакого Мориарти не существует. Еще в 1970-е годы Николас Мейер, автор романа «Семипроцентный раствор», показал, что эта фигура – проекция страхов и глубинных комплексов самого Холмса, плод его больного воображения, одурманенного наркотиками. Наши источники – интерпретаторы, сценаристы, зрители и писатели фанфикшена – остро чувствуют это отсутствие, ставя на место главного злодея самые разные вещи, от злого рока до самых фантастических и невероятных персонажей. Эту пустоту заложил конечно же сам автор канона, максимально скрыв его от глаз хроникера Холмса, Джона Уотсона. Нам вместе с Уотсоном приходится верить Холмсу – по словам Моффата и Гейтисса, величайшему обманщику3. Мориарти в «Последнем деле Холмса» – тень, зловещий силуэт, неведомая сила, стоящая за покушениями на жизнь Холмса; бегущий за поездом «высокий человек» – единственная характеристика, которую дает Уотсон его внешности. Что само по себе странно – все лица, попадающиеся на глаза хроникеру, очень тщательно и достоверно описаны4. Этот темный двойник, эта смерть, следующая по пятам за героем, лишь отчасти выступает из мрака.
Даже если мы поверим в существование реального профессора Мориарти, рассказ Холмса о его гибели вызывает сомнения по сей день. В самом деле, он ли лежит на дне Рейхенбахского водопада? Ведь и Холмс смог убедить всех в своей гибели и вернулся живым-здоровым на Бейкер-стрит. Чтобы окончательно нас запутать, Уотсон, начиная свой рассказ о «Последнем деле», предваряет его словами:
Однако недавно опубликованные письма полковника Джеймса Мориарти, в которых он защищает память своего покойного брата,