Читать «Человек, который разгадал рынок. Как математик Джим Саймонс заработал на фондовом рынке 23 млрд долларов» онлайн

в том случае, если удавалось собрать достаточное количество информации. Пренебрегая данными о размещенных ставках, она позволяла получить более точный набор вероятностей – «подлинные шансы» на выигрыш в каждом забеге.

Келли вывел эту формулу благодаря более ранним работам Шеннона по теории информации. По вечерам Берлекэмп часто проводил время в гостях у Келли, играя в бридж, обсуждая науку, математику и многое другое, и в результате этого общения он заметил сходство между ставками на скачках и инвестированием в акции, поскольку в обоих случаях большую роль играла вероятность. Они также дискутировали на тему того, какие преимущества дают точные данные и правильные размеры ставок.

Работа Келли подчеркивала важность определения размеров ставок, важный урок, который Берлекэмпу предстояло усвоить в будущем.

«Я не питал ни малейшего интереса к финансам, но тут появился Келли с этой портфельной теорией», – говорит Берлекэмп.

Со временем он проникся тем, какой интеллектуальный вызов и денежные вознаграждения предлагает работа на финансовом рынке.

В 1964 году Берлекэмп оказался в глубокой депрессии. Его оставила девушка, и он погряз в жалости к себе. Когда Калифорнийский университет в Беркли предложил Берлекэмпу пройти собеседование на должность преподавателя, он не стал упускать представившуюся возможность.

«На улице постоянно шел снег, стоял сильный мороз, и мне нужен был отдых», – говорит он. И Берлекэмп, наконец, принял предложение о работе, защитил докторскую диссертацию в Беркли, став доцентом в области электротехники. Однажды, занимаясь жонглированием в своей квартире, он услышал постукивания этажом ниже. Две девушки, жившие по соседству, были недовольны тем, что он создает шум. Берлекэмп решил извиниться, что привело его к знакомству со студенткой из Англии по имени Дженнифер Уилсон, на которой он женился в 1966 году. (1)

Берлекэмп стал экспертом в области декодирования цифровой информации, помогал НАСА расшифровывать изображения, получаемые со спутников, которые исследовали Марс, Венеру и другие объекты Солнечной системы. Используя принципы, которые он вывел, изучая игры вроде «Палочек» и различные головоломки, Берлекэмп заложил основу новой области в математике под названием теория комбинаторных игр, и написал книгу под названием «Алгебраическая теория кодирования»[57], которая считается фундаментальной работой в данной области. Он также разработал алгоритм, который получил соответствующее название «алгоритм Берлекэмпа», предназначенный для факторизации многочленов над конечным полем и ставший важным инструментом в криптографии и других областях.

Берлекэмп едва ли мог следить за политической жизнью кампуса. Однако вскоре он оказался вовлеченным в ожесточенную борьбу за территорию между факультетами литературы и естественных наук.

«Меня осуждали за то, что я сидел за обеденным столом не с теми людьми», – вспоминает он.

Берлекэмп осознал, что межличностные отношения имеют множество неясных оттенков, которые порой ему было трудно различить. Математика, напротив, позволяла получать объективные и непредвзятые ответы, что казалось успокаивающим и обнадеживающим.

«В нашей жизни понятие истины весьма расплывчато и неоднозначно; вы можете выдвигать всевозможные доводы, например, ужасен или прекрасен президент или любой другой человек, – говорит он. – Вот поэтому я и люблю математические задачи – они предлагают конкретные ответы».

В конце 1960-х годов научно-исследовательская работа Берлекэмпа по теории кодирования привлекла внимание Института оборонного анализа, некоммерческой организации, в которой также работал Саймонс. С 1968 года он стал выполнять засекреченные задания для IDA, на протяжении нескольких лет работая над различными проектами в Беркли и Принстоне. В какой-то момент коллега познакомил его с Саймонсом, но они так и не поладили, несмотря на общую любовь к математике, а также опыт работы в МТИ, Беркли и IDA.

«Я занимался математикой по другим соображениям, – рассказывает Берлекэмп. – Джим испытывал неутолимое желание торговать на бирже и зарабатывать деньги. Он предпочитал активно действовать… Он постоянно играл в покер и суетился по поводу финансовых рынков. Я всегда воспринимал покер как отвлекающий фактор, занятие не намного увлекательнее бейсбола или футбола, если оно вообще представляло хотя бы какой-то интерес».

Берлекэмп начал трудиться в Беркли в качестве преподавателя по электротехнике и математике примерно в то же время, когда Саймонс создавал свою кафедру в Стоуни-Брук. В 1973 году Берлекэмп стал совладельцем криптографической компании и подумал, что Саймонс, возможно, захочет приобрести часть акций.

Джеймс не мог позволить себе инвестировать 4 миллиона долларов, но он стал входить в совет директоров компании.

Берлекэмп заметил, что он внимательно выслушивает выступающих на заседаниях совета директоров и дает разумные рекомендации, хотя при этом зачастую прерывает собрания, чтобы покурить.

В 1985 году компанию Берлекэмпа купила компания Eastman Kodak Company, которая работала над блочными кодами для спутниковой и дальней космической связи. В результате на его голову неожиданно свалилась сумма в несколько миллионов долларов, что привнесло в его брак новые сложности.

«Моя жена хотела купить дом побольше, а я хотел путешествовать», – говорит он.

Решив обезопасить свое новообретенное богатство, Берлекэмп купил муниципальные облигации с высоким рейтингом. Но весной 1986 года прошел слух о том, что Конгресс может отменить безналоговый статус этих ценных бумаг, и они сильно упали в цене. В итоге закон не был принят, но опыт научил Берлекэмпа, что иногда инвесторы ведут себя нерационально. Он подумывал о том, чтобы инвестировать деньги в акции, но прежний сосед по комнате в студенческом общежитии предупредил его, что руководители компаний «обводят акционеров вокруг пальца», а значит, в большинстве случаев рискованно инвестировать в акции.

«Присмотрись к товарным рынкам», – посоветовал его университетский друг. Берлекэмп знал, что торговля сырьевыми товарами сопряжена со сложными фьючерсными контрактами, поэтому он позвонил Саймонсу, единственному знакомому, который хотя бы немного разбирался в этой области, и попросил дать совет.

Этот телефонный звонок, по-видимому, обрадовал Джеймса.

«У меня как раз есть для вас отличное предложение», – выдал он и пригласил молодого человека в Хантингтон-Бич, хотя бы пару раз в месяц, чтобы научиться самостоятельно торговать и заодно узнать, может ли его опыт в области теории статистической информации принести пользу Axcom.

«Вам стоит пообщаться с Джимом Аксом», – сказал ему Саймонс. «Ему не помешает помощь такого специалиста, как вы».

Прежде Берлекэмп презрительно относился к торговле на бирже, но теперь его поглотила идея преодолеть новый вызов в своей жизни. В 1988 году он с огромным нетерпением отправился в офис на Хантингтон-Бич. Но не успел он сесть за стол, как к нему подошел Акс с явным недовольством на лице.

«Если Саймонс хочет, чтобы вы работали в нашей компании, то выплачивать вам зарплату будет тоже он», – сказал Акс, обращаясь к Берлекэмпу, и добавил: «Я точно не стану платить».

Берлекэмп опешил. Акс хотел, чтобы