Читать «В плену у страсти роковой. Дочери Древней Руси» онлайн

без сна. Теперь он был от меня еще дальше, чем прежде. И все-таки я стала его женой, хотя еще вчера бы в то не поверила. Но когда он пришел ко мне во вторую ночь, никакой ненависти не было. Осталось только равнодушие. А когда не появился на третью, я возмутилась, хотя точно не могла понять, почему.

Как мало надо было для счастья. Человек, за которого тебя выдают замуж, должен провалиться ко всем чертям, или оказаться в твоих объятиях? И то, и другое не так уж плохо. Но мне пока его не с кем было сравнивать. И тогда я вспомнила о моем спутнике Юрии, с которым столкнулась когда-то. И поняла, что страдал он из-за меня тоже. И когда в полдень все куда-то разбрелись, я решила навестить его в темнице. Я и сама не понимала, почему мне вдруг захотелось его увидеть. Но меня туда пропустили. Он сидел в погребе за решеткой в полном одиночестве, казался изможденным, странно бледным, хотя каким еще тут можно было быть?

– Ты стала женой этого слюнтяя? – спросил он удивленно, – и как оно там, замужем, счастлива?

– Мне нравится этот город, – отвечала я ему.

– Но твой муж устремился в Новгород, хотя тебе тоже понятно, что он никогда не сможет там задержаться.

– Ты не должен сидеть здесь, – бросила я ему.

– Но не стоит рисковать, рано или поздно они меня отпустят сами.

Я пока ушла из темницы, но все время думала о том, что еще можно сделать для него. Ясно, что я должна освободить его. И в эту ночь князь Михаил не пришел. Я сначала расстроилась, а потом облегченно вздохнула. Зато на пороге появилась князь Мстислав.

– Ты больше не сердишься на меня? – спросил он, – мне пришлось так с тобой поступить.

– Я рада, что он не спит со мной, – искренне говорила я.

– Значит, он не смог тебе показать всю прелесть этих отношений. Он с самого рождения никогда и не на что не был способен. Одна только похоть и слабость в душе и осталась у несчастного.

Старик помолчал немного, а потом продолжил:

– Может быть, ты узнаешь о том, но не с моим сыном. А это прекрасным может быть, уж поверь мне, я знаю, что говорю.

Я поверила, слишком много людей говорили о том же самом тогда. Но он даже не вспомнил о Юрии, а я не решилась ему напомнить, боялась навредить тому.

Невозможно сказать, как бы все было дальше, если бы мой свекор не помер через месяц. Это был тот день, когда я могла спасти Юрия. Я должна была это сделать, потому что другого такого случая может и не быть. Я понимала, что со своим мужем справлюсь как-нибудь. Охранник ушел куда-то под шумок. Дверь камеры распахнулась.

– Уходи, – прошептала я, и сама последовала за ним.

На улице стояла тьма кромешная. Я провела его до тайного выхода из города. Он присоединился к куда-то спешившим всадникам, растворился во тьме.

Я вернулась назад, во дворец, хотя судьба моя была совсем иной теперь, но никто не мог знать, что там на самом деле происходило. И ребенок шевелился в своей утробе. Вернее, шевелиться в то время он еще не мог, но я чувствовала, что он уже зародился во мне. С князем Михаилом в те дни мы совсем не виделись, он был поглощен делами. Мне его было жаль в какой-то мере. Я смотрела на мертвого князя, которого привыкла считать своим дедушкой. И пыталась понять, где был и что делал в это время Юрий. А кто его знает. И странно тревожно становилось на душе.

Когда ночью он неожиданно пришел ко мне, я притворилась спящей. Он сидел на другой стороне постели и не ложился.

– Что случилось? – решила я все-таки поговорить с ним.

– Андрей Венгерский заявился, по завещанию отца он станет тут князем теперь.

– Тебя это очень расстроило? – зачем-то спросила я.

И в первый раз мне стало жаль его. Это был единственным раз, когда он показался мне близким человеком. Но с рассветом от чувств не оставалось и следа.

Глава 6 В новом мире

Короля Андрея я увидела на следующий день. Он показался мне высокомерным и суровым. И ни слова не произнес по-русски. Он торопился домой, объявив Михаила своим наместником, и долго перечислял все, что тот должен был сделать. Какое-то время еще мы жили в Галиче довольно спокойно.

Но без старого князя мир казался унылым и никчемным. Никаких чувств не было у меня в душе. Это даже не тревожило вовсе. Я думала с тревогой только о своем ребенке, не хотелось, чтобы его судьба была хоть в чем-то похожа на мою. Михаил в это время был с какими-то женщинами. Он словно хотел насладиться властью и страстью, которою король Андрей мог у него в любой момент отнять.

Но меня это не волновала, я ничего к нему не чувствовала, как и раньше, и даже привыкла считать, что и все остальные так живут. Тогда мы и узнали о том, что Киев захвачен и разгромлен ханом Батыем.

Отец мой вместе с матерью туда отправились, чтобы отстроить город заново.

Странно, как она мечтала стать княгиней. А я презирала этого человека, потому что этого так и не случилось.

Михаил открыто стал жить в то время с другой, тоже хотевшей урвать себе власти. Я же вернулась в монастырь, чтобы там, в тишине и спокойствии родить своего ребенка, не понимая, что еще можно для него сделать в моем плачевном положении.

Думы мои были грустными, я не любила мужа, и вряд ли буду любить его ребенка. Но мне нужно было о нем заботиться, потому больше этого некому было делать. Я знала, что не смогу бросить его среди чужих, как это сделала моя матушка. Она не сможет меня в этом упрекнуть, даже если и захочет, и моя дочь тоже не сможет. Я знала, что теперь уже точно никто не станет меня искать, и никому нет до меня дела.

Монастыри везде одинаковы. Этот был не хуже и не лучше других. В начале я даже радовалась, что вернулась туда. Ничто бы в целом свете не смогло меня так развеселить. Но вскоре мне стало скучно. Я успела полюбить город и княжеские палаты, и власть. Она оказалась очень сладкой штукой. И представить себе, что наглая безродная баба пользуется тем, что принадлежит мне, было очень горько и противно. Незаметно пришел час рожать. Я не знала, как это бывает, ни разу прежде не видела, как рожают другие, потому не боялась. Хотя, когда подкатила боль и ужас, то проклинала все и всех на свете. И не было мужчины, который бы взял моего ребенка на руки и стал бы им любоваться. Даже отец родной ничего не знает обо мне, а что говорить о чужих?

Но еще больше я удивилась, когда увидела, как матушка среди ночи вошла ко мне. Если бы она уже умерла, я бы решила, что это привидение, но она была жива.

И я обрадовалась по-настоящему в первый раз в жизни.

– Меня Юрий сюда провожал, он сказал, что ты освободила его из темницы, – услышала я ее голос.

Я была страшно смущена и все еще молчала. Просто не знала о чем говорить. Тогда он и появился на пороге кельи. Но как это произошло, ума не приложу. Мы смотрели друг на друга. Потом появились монахини, и он исчез.

Все это перевернуло мой мир совершенно. Матушка рассказала, как я появилась на свет в Новгородском монастыре.

Но сейчас была пасмурная осень, и в любой миг готов был пойти дождь. Матушка сидела рядом со мной. Где-то поблизости был Юрий. Оказывается, я не одна, и у меня есть близкие люди. Она с восторгом говорила об отце,