Читать «История Консульства и Империи. Книга II. Империя. Том 4. Часть 2» онлайн

поворачивал в прежнем направлении, протекая вдоль довольно высоких холмов, и впадал в приток Самбры. Дорога из Шарлеруа, по которой подходили французы, пересекала его по маленькому мосту и затем выходила на большую дорогу из Намюра в Брюссель в местечке под названием Пуэн-дю-Жур, близ Сомбрефа. Этот неглубокий, но топкий ручей, окаймленный ивами и высокими тополями, был подходящим полем боя для неприятеля, желавшего помешать нам занять большую дорогу. За ручьем и деревнями, которые он пересекал, участок полого поднимался до самого края дороги, которую хотели оборонять пруссаки, и представлял собой амфитеатр, заполненный 80 тысячами человек. На вершине откоса виднелась мельница Бри, а за мельницей, в складке местности, пряталась и деревушка Бри, из строений которой видна была одна колокольня.

Пруссаки расположились для сражения следующим образом. Дивизия Штейнмеца из корпуса Цитена, оттесненного накануне из Шарлеруа, занимала деревни Сент-Аман, а дивизия Хенкеля из того же корпуса – деревню Линьи. Несколько прусских батальонов расположились в деревнях, а остальные были плотно расставлены на откосе за ними. Дивизии Пирха II и Ягова служили резервом, первая – войскам, оборонявшим Сент-Аман, вторая – войскам, оборонявшим Линьи. Эта первая линия составляла около 30 тысяч человек. Дивизии Типпельскирхена, Браузе, Крафта и Лангена из корпуса Пирха, помещенные в небольшом местечке на большой дороге, формировали вторую линию, готовую поддержать первую и также составлявшую около 30 тысяч человек. Третий прусский корпус, корпус Тильмана, подходил в ту минуту из Намюра, и Блюхер поместил его на крайнем левом фланге перед Пуэн-дю-Журом, в том месте, где дорога из Шарлеруа выходит на дорогу из Намюра. Так он хотел защитить коммуникацию с Намюром и Льежем, по которой должен был подойти корпус Бюлова и всё его снаряжение. Мера предосторожности была разумной, но парализовала лучшую часть армии. План Блюхера состоял в том, чтобы хорошенько защитить пункт, в котором дорога из Шарлеруа пересекает большую дорогу из Намюра, то есть Пуэн-дю-Жур и Сомбреф; затем следовало оборонять Линьи и Сент-Аман, и наконец, поскольку Блюхер никогда не был лишен самонадеянности, прорываться за Сент-Аман, оттеснить Наполеона на Шарлеруа и даже сбросить его в Самбру, если помогут англичане и фортуна. Но прусский военачальник тешил себя пустой иллюзией, ибо кампания 1815 года, которая должна была закончиться так славно для него, не должна была столь же славно начаться, и по крайней мере 16 июня победа еще раз собиралась подсластить наши неудачи.

Хотя французы должны были хорошо видеть участок от Сент-Амана до Линьи, расположенный амфитеатром, обзору препятствовал густой ряд деревьев вдоль ручья, и они едва различали через отдельные просветы сгрудившиеся войска пруссаков. Посередине равнины Флёрюса, ближе к нашему правому флангу, возвышалась мельница, хозяин которой, встревожившись за свою собственность, пришел попросить за нее. С шапкой в руке, взволнованный тем, что оказался лицом к лицу с Наполеоном, он помог ему подняться по шатким лесенкам к крыше мельницы, откуда можно было свободно рассмотреть поле сражения, выбранное неприятелем. С высоты Наполеон отчетливо видел 30 тысяч солдат Цитена, построенных в деревнях Сент-Аман и Линьи и на откосе за ними, выше, на дороге из Намюра в Брюссель, такой же численности корпус Пирха, а также подходившие из Намюра войска Тильмана, начинавшие заполнять холмы напротив нашего крайнего правого фланга. Численность неприятельской армии Наполеон оценил в 90 тысяч человек и не ошибся, ибо в действительности она составляла 88 тысяч, после легких потерь, понесенных накануне. Он сразу понял, что видит прусскую армию, едва успевшую сосредоточиться, но не успевшую, однако, объединиться с англичанами.

И Наполеон решил без промедления атаковать ее, взявшись за дело следующим образом. На крайнем правом фланге, у холмов, опоясываемых ручьем Линьи, он решил ограничиться явными, но не серьезными отвлекающими атаками, дабы удержать там часть сил Блюхера, внушив ему тревогу за коммуникации с Намюром; правым флангом, состоявшим из пехоты Жерара, мощно атаковать Линьи; левым флангом, состоявшим из войск Вандама и Жирара, так же мощно атаковать деревни Сент-Аман[15], а гвардию держать в резерве и передвинуть туда, где сопротивление окажется самым труднопреодолимым. Чтобы обеспечить наибольший успех сражения, которое было бы не особо выгодным, если бы свелось к простому захвату позиции, Наполеон задумал привлечь войска Нея, дабы успех стал решающим. Поле битвы представляло удлиненный треугольник, вершина которого находилась в Шарлеруа, а стороны опирались на дорогу из Намюра в Брюссель: одна – в Катр-Бра, другая – в Сомбрефе. Наполеон, противостоявший пруссакам, и Ней, противостоявший англичанам, располагались на сторонах треугольника и как бы опирались друг на друга на расстоянии трех лье. Поскольку Нею предстояло сразиться с еще немногочисленным неприятелем, он мог легко отрядить 12–15 тысяч из своих 45 тысяч человек: они могли повернуть, захватить с тыла Линьи и Сент-Аман и окружить наибольшую часть прусской армии. Будь этот маневр исполнен своевременно, ни Маренго, ни Аустерлиц, ни Фридланд не сравнились бы результатом с готовившимся сражением, и мы, разумеется, весьма нуждались в том, чтобы так и случилось!

Чтобы произвести запланированный маневр, дорог было вполне достаточно, ибо помимо множества пригодных проселочных дорог, ведущих из Франа к деревням Сент-Аман, легко было, отступив немного по дороге в Катр-Бра, выйти на старую римскую дорогу, которая пересекает описанный нами треугольник и проходит возле Сент-Амана, перед тем как выйти на дорогу из Намюра в Брюссель.

Спустившись с мельницы, откуда он так верно оценил положение, Наполеон тотчас отдал приказы к атаке. Вандам с тремя дивизиями, взяв влево от дороги из Шарлеруа, стал развертываться перед Сент-Аманом, имея на крайнем левом фланге дивизию Жирара, которой он командовал в этот день, и немного дальше – кавалерию Домона. Жерар[16] с 4-м корпусом, пройдя прямо вперед половину лье по большой дороге, затем, повернувшись правым флангом вокруг левого, стал строиться перед деревней Линьи, сформировав с Вандамом почти прямой угол. Груши с легкой кавалерией Пажоля и драгунами Экзельмана крупной рысью погнал неприятельских тиральеров к самому подножию холмов, омываемых ручьем Линьи. Наконец, вся гвардия, построившись плотными колоннами, расположилась перед Флёрюсом, между Вандамом и Жераром. По ее фронту стоял артиллерийский резерв, на одном из флангов – ее собственная конница, а на другом – превосходные кирасиры Мило.

Построенные в боевые порядки 64 тысячи солдат оставались неподвижными более часа, ожидая раскатов пушек Нея. Прежде чем начинать сражение на равнине Флёрюса, Наполеон хотел дождаться начала боя в Катр-Бра, дабы Ней успел обернуться и на пруссаков. В два часа он послал маршалу сообщение, уведомляя, что начинает атаку на прусскую армию, расположившуюся перед Сомбрефом, и что Ней, со своей стороны, должен оттеснить всех,