Читать «Очерки из будущего» онлайн

часовом механизме незаменимого устройства, так что в любое время, определенное при настройке, раздавался сигнал, и, если поднести незаменимое устройство к уху, фонограф передавал свое сообщение, которое в любое последующее время могло быть вызвано и повторено. Для всех людей, на которых возложены серьезные обязанности, зависящие от точности памяти, эта особенность незаменимого устройства делала его, по мнению Холеджа, и в самом деле совершенно очевидным, действительно незаменимым. Для инженера железной дороги он служил не только в качестве хронометра, так как в состав незаменимого устройства входят часы, но и неусыпной сигнализации, которой он мог доверить свои распоряжения, и, пока его разум был полностью сосредоточен на текущих обязанностях, он мог быть уверенным, что ему напомнят в любой момент правильное время движения поездов, которых он должен контролировать, и перевода стрелок, которые он должен делать. Для незаменимого делового человека напоминающее приспособление было не менее необходимым. С ним его заметки никогда не пропадут по неосторожности, и, как бы он ни был поглощен своим делом, ему не грозит опасность забыть о назначенной встрече.

Кроме того, благодаря этим портативным запоминающим устройствам жена теперь могла доверить мужу самые специфичные сообщения портнихе. Все, что ей нужно было сделать, – это прошептать сообщение в незаменимый телефон мужа, пока он завтракал, и поставить будильник на час, когда он будет в городе.

– И таким же образом, я полагаю, – предположил я, – если она хочет, чтобы он вернулся в определенный час из клуба или ресторана, она может рассчитывать на то, что его незаменимый телефон напомнит ему о домашних обязанностях в нужный момент, причем в таких выражениях и тонах, которые сделают полный отказ от супружеской верности единственной альтернативой послушанию. Это очень умное изобретение, и я не удивляюсь, что оно пользуется популярностью у дам, но не приходит ли вам в голову, что изобретатель, если он мужчина, был слегка невнимателен? Требования американской жены до сих пор было деспотизмом, который можно было смягчить плохой памятью. По-видимому, теперь больше нет методов его усмирить.

Холедж рассмеялся, но его смех был немного натужным, и я предположил, что высказанные мною размышления вызвали некоторые воспоминания, и не совсем веселые. Однако, к счастью, обладая переменчивым характером, он вскоре оживился и продолжил свои восхваления искусственной памяти, обеспечиваемой незаменимыми вещами. Несмотря на критику, которую я высказал в их адрес, признаюсь, я был не на шутку тронут описанием их преимуществ для рассеянных людей, главным из которых являюсь я. Подумайте о том, какой выигрыш в спокойствии и силе интеллекта получает человек, который садится за работу, совершенно свободный от этого проклятого облака в голове от вещей, которые он должен держать в памяти, чтобы сделать, и может избежать полного забывания, только тратя в десять раз больше времени, чем требуется для их выполнения, чтобы убедиться путем частых напоминаний, что он их не забыл! Единственный способ, которым одна из этих мелочей когда-либо прилипает к сознанию, – это болячка, которая медленно заживает. Если человек не забывает о чем-то, то лишь по той же причине, по которой он помнит о песчинке в своем глазу. Я сознаю, что мой собственный разум полон звенящих цикад запомнившихся вещей, и еще долго он был бы переполнен ими, как дуршлаг, если бы некоторое время назад, в целях самозащиты, я не отказался нести ответственность за то, что забыл что-либо, не связанное с моими обычными делами.

Твердо веря, что мой поступок в этом вопросе был оправданным и необходимым, я не остался равнодушным к одиозу, который он на меня навлек, и мог только приветствовать средство, которое обещало позволить мне вернуть уважение моей семьи, сохранив при этом возможность использовать свой ум для профессиональных целей.

Как самое удобное вместилище для хранения записей идей и предложений, незаменимая вещь также очень понравился мне как человеку, который живет писательством. Как удобно, когда вдохновение приходит к человеку ночью, вместо того, чтобы вставать и будить семью, чтобы сохранить его для потомков, просто прошептать его на ухо незаменимому устройству у своей кровати, а утром узнать, что это мусор, которыми обычно являются такие несвоевременные мысли! Как часто, кроме того, такая машина сохраняла бы во всей своей первой живости наводящие на размышления мысли, предполагаемые детали и другие достойные сохранения представления, которые приходят в голову полностью погруженную в сочинение, но не имеют никакого отношения к тому, о чем идет речь в данный момент! Я решил, что у меня должна быть незаменимая вещь.

Книжный магазин, когда мы туда приехали, оказался самым необычным из всех книжных магазинов, в которые я когда-либо заходил – в нем не было ни одной книги. Вместо книг на полках и прилавках стояли ряды маленьких коробочек.

– Почти все книги сейчас, видите ли, фонографируются, – сказал Холедж.

– Судя по толпе покупателей книг, перемена, похоже, стала популярной, – сказал я.

И действительно, места у прилавка было заполнено такими покупателями, каких я никогда не видел в книжном магазине.

– Люди у этих прилавков – не покупатели, а заемщики, – ответил Холедж; затем он объяснил, что в то время как старомодная печатная книга, которую читатель держал в руках, повреждалась при использовании, и поэтому ее нужно было либо покупать сразу, либо брать в аренду по высоким ставкам, фонограф, который не держал книгу в руках, а просто вращал в машине, почти не повреждался при использовании, и поэтому книги с фонограммами можно было одалживать за бесконечно малую цену. У каждого дома был ящик для фонографа стандартного размера и регулировками, которые подбирались для любых фонографических цилиндров. Я предположил, что фонограф, во всяком случае, вряд ли мог заменить книги с картинками. Но здесь, похоже, я ошибся, так как оказалось, что иллюстрации были адаптированы к фонографическим книгам простым планом расположения их в непрерывной панораме, которая с помощью соединительного механизма разворачивалась за стеклом корпуса фонографа, как того требовал ход повествования.

– Но, благослови меня Господь! – воскликнул я, – никто, конечно, не довольствуются лишь тем, что одалживает свои книги? Люди должны хотеть приобретать свои собственные книги, чтобы хранить их в своих библиотеках.

– Конечно, – сказал Холедж. – То, что я сказал о заимствовании книг, относится только к текущей литературе эфемерного рода. Каждый хочет иметь в своей библиотеке книги постоянной ценности. Вон там находится отдел заведения, предназначенный для покупателей книг.

У указанного им прилавка было меньше народу, чем в отделе выдачи книг, и я выразил желание осмотреть некоторые фонографические книги. Пока мы ждали когда нас обслужат, я заметил, что некоторые из покупателей были очень разборчивы в своих