Читать «Радуница» онлайн
Арина Теплова
Страница 28 из 46
Умаявшись за трудный опасный день, Саша, прикрывшись старым кафтаном, который нашла на гвозде за печкой, закрыла глаза, почти не осознавая от усталости, где она и что с ней происходит. Сонно зевая, она лежала на жесткой лавке и ощущала, как в ее груди приятным теплом греет Сварожья руна. Несмотря на жесткую узкую постель, она мгновенно уснула крепким сном до самого утра.
Проснулась Саша внезапно от странного ощущения, словно ее кто-то целует…
Распахнув глаза, она удивленно уставилась в голубые глаза Колядара, который, склонившись над нею, целовал ее прямо в губы.
– Ты что? – опешила она, вмиг проснувшись и оттолкнув его руками, села на лавке. Он выпрямился и прищурился.
– Хотел проверить, жива али нет? Может, тебя тоже морок сморил, и не дышишь уже?
– Не дождешься! – ответила она, отмечая, что за слюдяным окном уже светало.
– Надо же… А я думал, ты как лягушка болотная по вкусу, ан-нет. Даже цветами какими-то пахнешь. Наверное, и впрямь не кикимора ты.
– Слушай, как там тебя?! – задохнулась она от негодования, и даже его имя вылетело у нее из головы. – Царевич Коля! Ты, вообще, умеешь обращаться с девушками? Говоришь что не попадя! Неотесанный ты мужик! И как тебя там какие-то девицы хотели? Не знаю даже, и что в тебе хорошего разглядели?! Даже смотреть не на что!
– Все молвила? Али еще что придумаешь? – спросил он, ухмыляясь ее словесному выпаду. – Вставай давай да иди есть готовь. А то уже утро почти кончилось, а ты все дрыхнешь. А все голодны. Ты баба, или как?
– Из чего же готовить? У стариков-то только мука и сушеная морковь вон за печкой. Да и нехорошо стриков объедать.
– Я уж на охоту сходил да зайцев поймал. Вон, на столе лежат.
– Зайцев? – опешила она, подходя к мертвым тушкам двух зайцев. Смотря с ужасом на них, она добавила: – Ты что, их убил?!
– А что? Есть что-то надо же. Нам силы нужны, еще долго идти.
– Вот бы на тебя гринпис! Бедные животные!
– Чего это они бедные? – поднял брови он. – Послужат на доброе дело.
– Какой же ты кровожадный. Что они тебе сделали?
– Ты это чего? Воспитывать меня вздумала? – нахмурился он. – Ты даже не начинай мне тут! Что, думаешь, я не знаю, что в твоем мире животных ради забавы убивают? Охотники всякие, которые стреляют из длинных палок, оттого что им от скуки пострелять захотелось да животных погонять по лесу. А живодерни ваши, где стадами коров убивают, чтобы мясо всем в достатке было?! Чего смотришь?! Думаешь, всего не знаю? Много чего я про твой мир ведаю! Так что давай, иди зайцев готовь! И хватит на меня своими глазюками серебристыми пялиться!
– И не пялилась я на тебя.
– Пялишься, и еще как, ах мурашки по коже! Никакого стыда да скромности девичьей у тебя нет. Постоянно смущаешь. И кто тебя так открыто да в упор глядеть-то научил?
– Что я, по-твоему, должна глаза в пол держать? – опешила Саша.
– Было бы неплохо, но от тебя такого точно не дождешься!
– А ты прямо и ждешь? – улыбнулась она.
– Больно нужна ты! – огрызнулся он в ответ. – Иди есть готовь. Хорс уже огонь в печи разжег, а Велес за водой пошел. Ягиня коней накормила. А ты до полудня спишь, лентяйка, да еще и пререкаешься со мной, чтобы трапезу не готовить!
– Как же их готовить, они же все в шерсти? – насупилась Саша, прикоснувшись к зайцу.
– Освежуй их да разделай их, как надобно. Вон котелок, да ухват в печь поставь. Что, у вас там в вашей Федерации все бабы такие неумехи, как ты? И даже сготовить зайцев не умеют?
– Умею я, – пролепетала она глухо.
Тут в избу вошла Ягиня и сказала:
– Ты не переживай, Александрина, я помогу тебе освежевать их.
Ягиня помогла Саше разделать зайцев, и они сварили вкусную похлебку из мяса, муки и приправ, которые видели над печкой у хозяев. Плотно поев и оставив еще половину большого котелка похлебки в печи на тот случай, если хозяева вдруг проснутся, все начали собираться в путь. Дорога предстояла долгая да непонятная, которая шла через непролазную чащу, по словам Хорса, который знал, где находится заповедная ивовая роща. Именно там и спрятал злой Карачун любимую Хорса, которая могла им помочь.
Колядар как раз поправлял сбрую Индрика, отведя его в сторону, когда Велес ласково гладил белую кобылу с крыльями. Кобыла же недовольно мотала головой и с каким-то опасением посматривала на Индрика, находящегося на другой стороне двора.
– Красавица! – произнес Велес восхищенно, гладя кобылу по густой гриве. В это время Ягиня и Саша, помыв посуду, вышли во двор. А Велес все нахваливал кобылу: – Грива-то твоя густая да переливается вся.
– Руки убери! – вдруг тихо вымолвила кобылица по-человечьи.
– Светлые Боги! – прокричал Велес, отпрянув от говорящей кобылы.
Ягиня и Саша приблизились к нему, также отчетливо услышав слова кобылы.
– Хватит и того, что это бешеный огнескал меня окучивает! – недовольно вымолвила кобыла, окатив Велеса предостерегающим взглядом темных глаз, и чуть отодвинулась от него. Велес же замер с открытым ртом, а кобыла тихо продолжала: – Так и норовит прижаться, а теперь еще и ты со своими ласками!
– Ты по-человечьи молвить умеешь? – опешил Велес.
– Это сестрица моя, Девана, – объяснила Ягиня, подходя. – Она за зверьми в нашем лесу следит, чтобы никто не причинял им вред. Это я Девану попросила, чтобы она кобылицей обернулась. И помогла нам этого бешеного усмирить.
– Так ты девица? – сделал вывод Велес.
Кобыла отошла за угол избы, чтобы Индрик не увидел ее, и, стукнув копытом о землю, вмиг обратилась в красивую высокую девушку с темными глазами и каштанового цвета волосами. В короткой курточке и юбке до колена, в высоких сапожках, с перекинутыми стрелами через плечо, она оказалась довольно изящной и юной.
– Только ради сестрицы милой я и обернулась кобылицей, чтобы Индрик делал что вам надобно. Если бы не попросила она меня, в жизнь бы не приблизилась к этому ироду с рогом! Он ведь проходу мне не дает, одержимый. Ягиня, сестрица, нет у меня сил больше! – взмолилась Девана. – Этот бешеный коняга всю ночь так и норовил меня прижать куда, да…
– Хорошо, я поговорю с ним строго, – заверила ее Ягиня. – Только ты, милушка, опять кобылой стань, будь добра, а то, неровен час, увидит он, что ты девица, и ох тогда что будет!
Кивнув, Девана вновь обратилась белой кобылицей, и через миг