Читать «Фантастика 2025-57» онлайн
Елена Артемова
Страница 318 из 2145
Ощупав пальцами всю поверхность скалы от обрыва, до той высоты, куда хватало рук, не нашел ничего, ни щелей, ни норы. Монолит, глыба. Но почти отчаявшись и собравшись было спускаться на вечерние посиделки, махнул левой рукой — и она прошла мимо камня, да так, что я чуть не потерял равновесие. Тут оказалось что-то похожее на ту нишу, к которой я приладил балаган внизу. Скала прямо передо мной и та ее часть, что была отдалена, имели абсолютно одинаковую окраску и узор, и отличить их друг от друга я не мог даже глядя в упор. Присев и поводив рукой в нише, нашлось и продолжение тропинки — уступ шириной полметра, наверное, померить дальше мне пальцев не хватало. Прижавшись к стене, я осторожно перешагнул на уступ, который глаза по-прежнему отказывались замечать — вот это я понимаю, защитная окраска! Длиной площадка была не больше пары метров и вряд ли шире метра, не разгуляться. И в углу, том самом, куда с обрыва не доставали пальцы, нашелся долгожданный лаз. Своды арки сходились под острым углом, вершина была высотой мне по грудь. Я опустился на четвереньки и направился внутрь, держа в вытянутой руке фонарь.
Сзади завыл волк. Но в голосе не было тоски или угрозы: мне показалось, он азартно подбадривал меня, словно футбольный болельщик — игрока любимой команды, вышедшего один на один с вратарем в решающем матче.
Глава 22. На всю жизнь хватит не только мистики.
Лаз уходил вниз с легким уклоном. Неровные камни стен и свода чуть поблескивали в луче фонаря. Было сухо и чисто, в лицо тянуло легким ветерком. Интересно, если тут не водятся летучие мыши и всякая прочая живность — нет ли тут опасности? Может, метан какой-нибудь или излучение? И вообще, так далеко на Севере разве бывают летучие мыши? В общем, после сложных арифметических и логистических расчетов днем мозг устал и занялся привычным любимым делом: искать риски и угрозы на ровном месте.
После пары поворотов ход стал просторнее, я выпрямился в полный рост и продолжал неторопливо шагать, внимательно осматривая стены. Еще не хватало свернуть в какой-нибудь незаметный коридорчик, и аукаться тут потом всю ночь. Я вообще одним глазком только глянуть зашел, у меня дома чай стоит не питый и рыба лежит не еденная! А вот веревочку какую-нибудь или уголек можно было, конечно, и захватить. Всегда так — умная мысль приходит несвоевременно. Хотя, грех жаловаться, конечно. Ко многим она вообще не заглядывает.
Я посмотрел на часы. Спуск в недра шел уже двадцатую минуту. Если в ближайшее время ничего интересного, кроме виляющего коридора, не покажут — точно домой пойду. И есть хотелось все сильнее. С этой мыслью я добрался до крутого, почти под прямым углом поворота направо, куда и свернул. Все равно вариантов пока не было. Следом показался левый поворот. Темнота и совершенно одинаковые стены не позволяли определить не то, что стороны света, но и направление движения. Казалось, оступись или моргни, отведи пальцы от стены, за которую все время держишься — и ни за что не догадаешься, откуда пришел. Нет, лес я определенно люблю больше, чем пещеры. Там хоть солнышко есть.
За очередным поворотом я замер как вкопанный: в дальнем конце коридора из арки слева тянулся луч света, ложась нестерпимо ярким в темноте пятном на правую стену. Я и до этого ступал медленно, а тут и вовсе перешел в режим ленивца. Проем был выше моего роста, но не широкий, от силы метр. Из-за него я выглянул, как шпионы в старых фильмах: сперва полглаза, потом целый, потом медленно вышел в створ арки целиком. Под ногами была площадка примерно 3*2, вроде большой лоджии – даже что-то вроде парапета имелось по кругу. Я подошел к краю.
Да, реалисту со скептиком не позавидуешь. Они едва пришли в себя после плача и плясок, и тут меня замело к третьему подарку Откурая. Надо непременно узнать у местных, как они тут поминают и свечки ставят. Клянусь, я закачу такую тризну, что вся Белая Гора будет стоять на ушах. А потом прослежу, чтоб повторяли каждый год, всем улусом. Щедрый дед заслужил.
В памяти зазвучали слова «Клондайк», «Эльдорадо», «Сухой Лог», «Алдан» и почему-то «Мангазея». Заиграла расстроенными струнами хриплая песня про Вачу – речку с мелью, где стараются артелью. Я уперся локтями в парапет, потому что под коленками вдруг стало легко и щекотно, а на таких ногах не то, что ходить – стоять и то лотерея. Передо мной был подземный зал, где давешних Дугласов легко поместилось бы штуки три, с запасом, не впритык. И с целыми, а не обломанными наполовину крыльями. Верхний свод, дальний от меня, прорезали три трещины, словно огромный дракон снаружи пытался ворваться, но лишь проделал подобия неровных узких и высоких готических окон. Они-то и позволяли осмотреть центральную часть зала. А там было на что взглянуть.
Откуда-то из под моей ложи из горы тек ручей. Небольшой, метра два шириной. Посреди зала он распадался на множество струй и потоков, которые катились дальше по площадке размером чуть больше поляны, на которой я построил бурый балаган. Поверхность шла под уклоном, и ручейкам ничего не мешало, кроме того, что они принесли с собой из-под горы. Свой тяжёлый груз вода оставляла на камне и бежала дальше, огибая то, что было оставлено раньше. Если говорить технически — это была природная драга для промывки золотоносной породы. Если говорить как есть — это было самое удивительное чудо природы из всех, что я видел. В самом прямом смысле слова — золотое дно. А на нем — причудливые объемные узоры. Тоже золотые. И если представить, что красота копилась здесь не меньше четырехсот лет, а скорее всего — гораздо больше, то просто дыхание перехватывало. Я решил, что спускаться туда точно не буду. Скептик начал было что-то нудить про пирит, «золото дураков», но на него снова некому было обратить внимание. Потому что вдоль стен этого волшебного зала я заметил россыпи камней, на которых