Читать «Антология Сатиры и Юмора России XX века. Том 29. Семен Альтов» онлайн

вечерам приставал к прохожим. Предлагая щенка, переходил с долларов на рубли, опускаясь до символических цифр. На лицах прохожих проступало на миг человеческое, но, вздохнув, отходили. Еще один рот в доме никто себе позволить не мог.

Первый щенок, однако, принес пять тысяч рублей. На рынке обкуренный парень предлагал желающим урвать счастье в наперстки.

— Мужик, по глазам вижу, везучий. Ставлю пятьсот рублей! Угадаешь — твои.

Юра знал, что обманут, но деньги были очень нужны. Он зажмурился и угадал! Угадал второй раз! И третий! Через пять минут карманы были набиты деньгами.

Парень сказал:

— Ставим по пять тыщ! Угадаешь — твое! Не угадаешь — пардон!

Бунькин собрал волю в кулак и не угадал.

Юра протянул щенка:

— Доберман-людоед. Идут по тысяче долларов. Сдачи не надо!.. — И побежал.

Дома Юра вывалил выигрыш на стол:

— Одного пристроил!

Ирины щеки впервые порозовели.

Второго щенка Бунькин всучил ночью в парадной пьяному под угрозой ножа за две тысячи.

Третьего удачно метнул в открытое окно зазевавшейся «Вольвы».

Осталась пара щенков.

Ирина ела геркулесовую кашу из одной миски с «людоедами» и сразу ложилась. У нее дергалось все, кроме ног.

Юра тоскливо обвел глазами ободранную, загаженную щенками квартиру, лежащую трупом жену и, перекрестившись, пошел к речке.

Скормив щенкам шоколадку, поцеловал и швырнул в воду. Сам упал на песок, чувствуя себя убийцей.

Через минуту что-то ткнулось в голову. Мокрые щенки, отряхиваясь, сыпали в глаза песком.

Бунькин прижал обоих к груди, зажмурился и метнул в реку подальше.

На этот раз силенок малышам не хватило. Они взвыли, что означало одно: «Помогите!»

Сработал инстинкт. Юра бросился в воду и вытащил утопающих. Щеночки икали, хватали лапами, не веря, что хозяин хотел утопить.

Бунькин плакал. Щенки слизывали слезы с небритой щеки.

Послышался вой. В воде барахталась чужая собака. Сработал инстинкт. Юра полетел в воду.

Это был кокер-спаниель, судя по дорогому ошейнику, из хорошей семьи.

В это время Ира, лежавшая дома пластом, вскочила. Долгожданная тишина резанула слух. Оглядев пустую без щенков комнату, зарыдала.

— Он утопил их! Зверь!

Распахнулась дверь, вошел мокрый Юра. Ира с ходу влепила пощечину:

— Убийца!

Бунькин отшатнулся, щенки попадали на пол.

— А кто третий?!

Юра прочитал на ошейнике: «Арамис» — и получил вторую пощечину.

— Псарню устраиваешь!

Вечером, похлебав из одной миски, впятером уселись у телевизора.

Дикторша читала: «Передаем объявления. Пропал кокер-спаниель по кличке Арамис. Просьба вернуть за вознаграждение. Телефон 365-47-21».

Бунькин умудрился в прыжке чмокнуть жену и при этом записать телефон на обоях.

Юра набрал номер.

— Вы потеряли собаку по имени Арамис? А сколько… Сколько я хочу? — Бунькин задохнулся. Откуда он знал, сколько он хочет. — Три… тысячи… долларов!» Пауза.

Юра хотел выпалить: «В смысле три тысячи рублей!», но мужской голос произнес: «Совсем оборзели! В девять у метро «Маяковская»!

Через час Юра вернулся:

— Ирка! Три тысячи долларов за одну собаку! Для начала неплохо!

Бунькины расплатились с долгами, приоделись, накушались всласть. Ира перестала дергаться, похорошела. Они ходили взявшись за руки и без причины смеялись. Прохожие говорили с завистью: «Гляньте! Рэкетир с проституткой!»

В понедельник около часу дня доллары кончились.

Два дня Юра молча курил оставшиеся дорогие сигареты. На третий день ушел из дома с мешком.

Вернувшись за полночь, вывалил на пол двух псов.

— У кого взял?

— Завтра по телевизору скажут — у кого.

Но никаких объявлений о пропаже собак не было. И так всю неделю.

Бунькин приволок еще пять собак. Итого в доме их было девять, с хозяевами — одиннадцать. От лая Ира оглохла. Плюс к тому всех надо было кормить и выгуливать.

— Скоты, — психовал Бунькин. — Пропала любимая собака — плевать! Не люди, а звери!

У Иры опять начал дергаться глаз. Юра чувствовал: она скоро сляжет навсегда.

В воскресенье в дверь позвонили. Дама в шубе с таксой в руках улыбнулась: «Мне сказали, здесь гостиница для собак. Я на неделю в Париж. Лизонька ест мясо парное, спит под одеялом с соской. Пятьсот долларов хватит?»

Юра кивнул, вернее, у него чуть не отвалилась башка.

— Завтра зайдет подруга. У них сенбернар. Собака сложная, заплатит дороже.

Бунькин уставился на свежие доллары. Собаки сбились в кучу вокруг таксы и сплетничали.

Юра тряс полуживую супругу, шурша перед носом купюрами:

— Открываем гостиницу «Собачьи радости»!

Собаки задрали хвосты. Судя по всему, предложение было принято единогласно.

Завтрак на траве

На окраине немецкого города Дроссельдорфа лагерь для прибывших из России эмигрантов. Комфортабельные вагончики — отдельная квартирка на колесах со всеми удобствами.

Тут наши немцы из Казахстана, евреи из разных мест, но в основном люди прочих национальностей, которые правдами и неправдами выправили документы, что якобы они чистокровные немцы или евреи, и рванули в Германию в надежде на лучшую жизнь. Наивно думая, что счастье — понятие географическое.

Время такое: одни уезжают из России, другие остаются. Причем те, кто уехал, считают себя умнее тех, кто остался. И наоборот. Дай бог, чтобы все оказались умнее!

Вчера новая партия из России приехала. Решили это дело отметить, как у нас принято.

Трое армян из Казахстана, с документами, что они чистокровные немцы, выставили ящик армянского коньяка, причем настоящего! Не на продажу, а для себя. Вкус райский, тянет грецким орехом, и чем больше пьешь, тем умнее становишься!

Цыгане из Махачкалы, естественно, «немцы», умыкнули барана, а может, протащили через таможню с собой. Чеченец — по документам приобский баварец — пырнул барана ножом, содрал шкуру. Узбеки из Ташкента, косящие под евреев, тушу барана разрезали. Зашкварчало, запахло пловом до невозможности. Грузин, по немецкой фамилии Енукидзер, шашлык замариновал. В итоге над лагерем такой запах сгустился, перелетные птицы от головокружения кувыркались, юг с пловом путая.

Люди слюной истекли. Наконец в восемь вечера все было готово. Расположились рядом в лесу, то ли в парке. У немцев не поймешь: порядок как на плацу, деревца под линеечку, кусты стрижены под полубокс, травка равнение на юг держит, о мусоре можно только мечтать. Красиво, но чересчур чисто, не по-людски!

Ясное дело, костерок развели, баранину на шампуры насадили, над углем вертят, поливают вином, лук, помидоры, зелень… Все перечислить слюны не хватит.

И, наконец, коньяк по бумажным стаканчикам выплеснули.

Ну, с богом! Чокнулись! Выпили! Ах! Закусили! М-м-м… Хороша страна Германия, не хуже России.

Кто ж знал, что там, в этой Германии, каждый кустик чей-то и без разрешения бесплатно не везде ступать можно. А ломать ветки, костры жечь в