Читать «Юмористические академки» онлайн

Зато ставрисы за столиком напротив ресепшена даже не пытались вести себя тихо. Две женщины подобной варварской расы легко заменяли десятерых туристов. Они гомонили, размахивали руками и молотили ладонями по голубой столешнице. Но это выглядело сущей безделицей по сравнению с четверкой мужчин той же расы. Варвары с квадратными челюстями, упрямыми лбами и могучими торсами едва ли не били себя в грудь, как Тарзаны. И это в обычной, тихой, дружеской беседе. Когда же компания принималась спорить, казалось, что ставрисов становилось вшестеро больше.

Человеческие женщины из магических миров, да и мужчины вели себя поспокойнее. Одни играли в карты, другие читали, третьи беседовали о прошедших экскурсиях. Одевались как привычные мне на Земле туристы. Мужчины – в футболки, цветастые рубашки и шорты с огромным количеством карманов. Женщины – в сарафаны разной степени открытости. Не столько в зависимости от красоты фигуры, сколько в зависимости от желания выставиться и способности щадить эстетические чувства окружающих. Мужчины – по природе своей беспощадные воины, поэтому никого вокруг не жалели. Смело выставляли напоказ и волосатые животы, и тощие ноги, надевая такие куцые шорты, в каких не всякая стриптизерша выйдет. Глядя на них, я понимала таннов с их шуточками о сильном поле человечества. Даже защищать земных мужчин передумала. Сами ведь откровенно напрашивались.

Эмоции всех цветов палитры, самой разной консистенции и мощи парили в воздухе, взлетали к потолку, кружили под сводом и ложились под ноги ровным слоем. Хочешь – собирай и переводи в энергию.

Вышла демонстративно заняла центральный столик. Усадила меня рядом с собой и ткнула пальцем в стулья напротив – ненавязчиво намекала таннам располагаться. Студенты после такого жеста бросались за парты, как заполошные. Охранники недобро переглянулись, набычились, и Нейт выпалил:

– Мы сами решим, где садиться!

– Ты там поосторожней, женщина варваров! – добавил возмущенный Дэйн.

Вышла, как обычно, и бровью не повела.

– Решать вы можете сколько угодно. Но рефери в состязании назначена я. И тот, кто не прислушивается к моим нежным просьбам, заработает минусы в борьбе за Нату.

Я воззрилась на ставристку с не меньшим удивлением, чем только что на нее смотрели охранники. Хотя бы потому, что не припоминала – когда это успела назначить рефери.

Вышла повела могучими плечами и заявила вначале мне, а потом и охранникам:

– Нет, я, собственно, ни на чем не настаиваю. Хочешь – сама руководи этими бронтозаврами. Или как там у вас на Земле называли громил, у которых мозг размером с грецкий орех?

Таннам сравнение опять не понравилось. Нейт собирался что-то сказать, Дэйн тоже не планировал оставаться в сторонке. Варвары вдохнули побольше воздуха, словно собирались сразить Вышлу не метким пассажем, а попросту сдуть ее с места подальше. Но в эту минуту отель тряхнуло. Как-то нехорошо и даже основательно.

Пол резко подскочил под ногами, стулья и столики последовали его примеру. Только вмонтированная в здание стойка ресепшена не оторвалась от «корней» и осталась «на родине». Нестройно звякнули на потолке светильники. Один плафон задрожал, сорвался и со свистом полетел вниз – кажется, задумал недоброе. Но в великосветском присутствии таннов и Вышлы только у них была лицензия на недоброе. Ставристка почти ухватила светильник, но ей пришлось срочно удерживать столик, что поехал навстречу судьбе – к столику с эйли. Такого Вышла допустить не могла совершенно. Больше, чем варваров из других племен она не любила только расу эйли. И презрительно называла их «феечки». Видимо, в ее представлении худшего оскорбления просто не существовало в природе.

С Дюймовочкой у Вышлы был пакт о «не попадании». Они никогда не попадали в одно место и в одно время. Как эйли и ставристка это обеспечивали, никто в академии так и не догадался. Но факт оставался фактом: преподавательниц ни разу не видели в одном месте и даже в одном коридоре!

Даже удивительно, как они пересекались для уроков макияжа, о которых рассказывала ставристка. Видимо, встречались в таком месте, где разрушения уже не так заметны. Вроде Стоунхенджа.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

Плафон выскользнул из ладони Вышлы. Ставристке не удалось переплюнуть Юлия Цезаря. Не получилось делать два дела одновременно: мешать столу сходить в гости к компании «феечек» и ловить скользкий овал из синего стекла. Дэйн пригнулся и собирался поймать плафон, но Нейт оказался гораздо ловчее. Схватил стеклянный овал на лету и победно поднял его над головой… Тут столик эйли, словно нарочно, самолично поехал в нашу сторону, и компания за ним принялась тормозить ногами.

Взжгр… З-з-зжг…

От этого звука несколько человеческих мужчин, причем один даже вполне мускулистый и без животика, с нечастными лицами схватились за челюсти. Столик не слушался эйли и стремительно приближался. Девушки пригнулись и с ужасом ждали столкновения. Словно не ожидали от спутников Вышлы ничего хорошего или хотя бы мирного. Еще долбанут плафоном – так, без всякого повода, дабы разрядить обстановку приятным звоном стекла о голову.

Тем временем от дверей к постояльцам поползли кадки с пирамидальными деревцами – похоже, решили получше познакомиться. Одна дернулась и приблизилась к нам. Дэйн ловко зафиксировал ее ногой, зачем-то схватил и потряс в воздухе.

Видимо, демонстрировал, что не только у Нейта есть оружие поражения «феечек»… На кадку с деревом перепуганные эйли отреагировали, как на ядерную бомбу: закрыли головы руками и затихли.

Сеттлин на ресепшене беспокойно переглядывались, будто понимали, что происходит, и абсолютно этому не радовались. Вышла тоже не особенно удивилась. Танны повели могучими плечами и сообщили как бы между делом:

– Ответка энергии. Преступники забирают чужие эмоции против правил, доводя жертв до кататонии. Природа отвечает соответственно. Надо быстрее расследовать дело. Иначе курорты превратятся в аттракционы-квесты. Хотя-я-я… – Нейт немного подумал, покрутил в руках плафон, помахал им. Эйли не выдержали напряжения момента – схватили стулья, стол и потащили в другой конец зала. Танн покосился на кряхтящих «феечек» и… водрузил «оружие» на наш столик. – Повеселились бы. Скука же смертная!

Кажется, кроме таннов и Вышлы, веселиться никто особенно не жаждал. Вокруг нас образовалась свободная зона. Ставристка с размаху плюхнулась в кресло, охранники последовали ее примеру. Предметы мебели тихо скрипнули и затихли – похоже, во избежание последствий.

– Эм… А я могу узнать, что случилось? И чем нам всем это грозит в итоге? – спросила я оптимистичных варваров. Как ни странно и ни удивительно, но, перейдя на четвертый курс академии, я впервые слышала о пресловутой «ответке».

Танны переглянулись и впервые за вечер ответили с потрясающим единодушием:

– Вот пусть твоя преподавательница и объясняет! У нее работа такая, сама выбрала. Объяснять бедным студентам-ластикам то, в чем и сама разобраться не силах. Разве не в этом главный талант преподавателя? Ну кроме способности всех строить… эм… как генерал собственную армию.

Вышла стрельнула в таннов таким взглядом, словно собиралась превратить их в головешки и потом еще растоптать для верности.

– Значит, так. – Она сложила руки на столе, и я обратила внимание на ухоженные ногти. Надо же! Варвар варваром, а маникюр-то по расписанию! Прямо незадолго до дискотеки. – Эмоции – это часть окружающей нас среды. Даже те, что внутри чужих аур. Они как бы внутри, но и снаружи. Мы ощущаем их потому, что любое чувство, порыв, стремление выплескиваются наружу. Рано или поздно покидают ауру. Вселенная заточена на обменные процессы. Она питает существ энергией, укрепляет ауры, дарит силы и обратно забирает любые эмоции. Но самые сильные, вроде тех, на которые мы охотимся, способны разрушать или менять пространство. Это – как если бы вместо фонтана из трубы вылился мировой океан. Или вместо праздничного фейерверка взорвалась ядерная бомба. – Вышла томно вскинула глаза, словно представила. – Вот вышел бы фейерверк уж так фейерверк! – произнесла мечтательно и, как это за ней водилось, немедленно вернулась с небес на землю. – Так вот. Забирая такие эмоции, мы лишь делаем добро Вселенной. Но те, кто ворует другие, глубокие, да еще и берет все подчистую, вот они злостно нарушают равновесие. Вселенная ждет себе, ждет, когда вернется энергия, а ее нет и нет – кто-то стыбзил. Естественно, возникают всяческие катаклизмы. Вроде штормов магического значения.