Читать «Рита, или Топор за сценой» онлайн

Анна Николаевна заметила на высоком сугробе под одиноко стоящим уличным фонарем маленькое черное пятнышко. Это был котенок. Замерзший и истощенный, он уже не подавал голос. Мимо равнодушно проходили люди, а он обреченно сидел, сжавшись в комочек, и, если б не световое пятно от уличного фонаря, возможно, и Анна Николаевна прошла бы мимо, не заметив его. Она, не раздумывая, поспешила на помощь несчастному созданию. Неловко подвернулась нога и женщина упала на затоптанный снег, превратившийся в грязную серую кашу. Поднявшись, и слегка отряхнув новый пуховик, Анна Николаевна засунула маленькое, дрожащее существо себе за пазуху, и поспешила к проходной бараночного завода. Опаздывать нельзя. Световое табло над входом напоминало, до начала смены осталось несколько минут.

Уже в раздевалке при цехе по выпуску продукции, Анна Николаевна достала из-за пазухи свою находку и предъявила котенка товаркам. Он уже отогрелся и вернулся к жизни. Женщины окружили Анну, с любопытством разглядывая найденыша. Кто-то принес в блюдце хлеб, размоченный в молоке, кто-то догадался подсунуть котенку под нос плошку с разбитым сырым яйцом. Он ни от чего не отказался и с жадностью съел все, что ему дали. Одна из женщин, всегда хмурая Надежда Тимофеевна, пенсионерка, вынужденная продолжать работать, чтобы помогать детям и внукам, недобро глядя на котенка, сказала:

- Он вам сейчас все углы засерет. У нас пищевое производство как-никак. Принесла, вот домой к себе его и забирай. – пробурчала она Анне.

- Я ему место отхожее найду, туда и лоток поставлю. Домой мне нельзя, у нас ребенок маленький. Я у начальника смены попрошу хоть зиму у нас перезимовать, а там видно будет. – примирительно сказала Анна Николаевна. Она не любила конфликты ни дома, ни на работе.

- А кто это? Мальчик или девочка? Поинтересовалась молоденькая работница цеха Люся Петрова.

- Парень. Я назову его Уголек. Он черненький. Поэтому и заметила его на белом снегу.

- Хорошо, что хоть не кошка, а то потом котят куда девать? Кому они нужны. ЛюдЯм самим есть нечего. – буркнула под нос Надежда Тимофеевна. Вскоре раздался гудок, означавший начало смены и все пошли на свои рабочие места.

Вернувшись после работы домой, Анна Николаевна рассказала матери о своей находке.

- Вот, нечаянно в самую грязь у заводских ворот упала, пуховик надо срочно постирать, пока пятно не застарело.

- До утра не высохнет. – резонно заметила мать Евдокия Павловна.

- Я завтра на смену в старом пальто пойду. Как хорошо, что машинку стиральную в кредит взяли. Теперь никаких проблем со стиркой.

- А его можно стирать? Ты узнавала. – поинтересовалась мать.

Анна Николаевна кивнула: - Можно, сказали на синтепоне. Такие можно стирать.

Она засыпала в машинку стиральный порошок. Включила программную стирку и процесс пошел. Да, настоящее удобство, так раскрепостившее женщин от этой утомительной работы, отнимавшей столько времени и сил.

Когда стирка закончилась, Анна Николаевна достала из машинки пальто. Какого было ее изумление, когда она увидела, что вещь безнадежно испорчена. «Синтепон» весь съехал в подол, образовав внизу подобие мокрой подушки. А верхняя часть бывшего пуховика, осталась без утепленной прокладки. Анна схватила ножницы, чтобы слегка подпороть подкладку и посмотреть, что же произошло. Оказалось, что вместо синтепона под тканью были… женские прокладки! Естественно, что при стирке, они сбились в ком. Оставалось одно – выбросить обновку, которой Анна так радовалась, когда покупала. Было обидно до слез и очень жаль потраченных денег.

На следующий день Анна пошла на то место, где рядом с проезжей частью, она с рук купила у мошенников заведомо негодную вещь. Но, куда там! Их след уже давно простыл. Бывали и такие случаи в самом начале перестроечных времен. Таковы были гримасы «дикого» капитализма, нагрянувшего к нашим доверчивым людям в начале 90-х годов.

Глава 27 Всеобщий любимец и сердцегрей

Темушке уже восьмой месяц пошел. Шустрый, улыбчивый мальчик. Стоит, держась за спинку кроватки, ножками перебирает, ходить очень хочется. Весь день он с прабабушкой Дуней. Она и кормит, и гуляет, и спать укладывает, а Анна, в надежде побольше принести денег в дом, часто остается на сверхурочную работу. На хлеб и хлебобулочные изделия всегда есть спрос, а тут при их бараночном заводе открыли цех по производству кондитерских изделий: печенья, пряников, тортов. Вот, Анна и подрядилась: соглашалась на любую работу, лишь бы внучка чем-нибудь порадовать; будь то одежка, игрушки, соки, фрукты. Ребенок растет, растут и траты на него. У дочки в Москве на последнем курсе училища заработков нет и то к новому году посылочку для сынка прислала: книжки, игрушки, колготки. Обещает при первой же возможности приехать, проведать Темушку.

Не забывала Анна и о своем подопечном Угольке. Бывший доходяга, подобранный с улицы чуть живым, в тепле и сытости за какие-то два месяца вырос во вполне себе распрекрасного молодого красавца. Анна и работницы цеха делятся с Угольком кто чем мог; голода и холода животинка не испытывает и лишь когда спит на своей мягкой подстилке в укромном уголке, часто вздрагивает во сне, нервно перебирая лапами, будто убегает от преследователей: собак, ворон, колес машин. У маленького одинокого существа на улице полно врагов и куча возможностей лишиться жизни. Как знать, может он видит сны из своего подзаборного детства и вновь переживает тот ужас. А, в целом, никаких к нему претензий со стороны трудового коллектива нет: котик исправно ходит в лоток, в уголке женского туалета. Дверь с наружной стороны на шпингалет не закрывают и у него всегда есть возможность сделать свои дела там, где положено. Анна следит за чистотой, вовремя спускает в унитаз содержимое лотка и тщательно промывает его. А после того, как в молодом кошаке проснулся охотничий инстинкт к ловле мышей, начальник Виктор Иванович разрешил его нахождение в вверенном ему цеху и дал добро на включение Уголька в трудовой коллектив. Кот, каким-то непостижимым чутьем, догадался кто здесь главный и, демонстрируя, что не зря ест «хлеб», выкладывает тушки пойманных, уже бездыханных мышей на кафельный пол узкого прохода, по которому следует в свой кабинет начальник. Виктор Иванович любит кошачье племя, но оставил Уголька исключительно за его трудолюбие с соблюдением рамок приличия на рабочих местах. Он уважает и поощряет котика; приносит ему из дома: то кусочек колбаски или куриные потрошка, то рыбную мелочь после рыбалки. Кот знает это и всегда гордо восседает возле своих трофеев, уложенных аккуратно в ряд, не давая