Читать «Мои неотразимые гадюки. Книга 1» онлайн

было обо что заморачиваться. Глючило-то не только в её башке – на неё свалилась и проблема с глюками Машки. В этом новом… месте они были родными сестрами – отсюда идентичность мордах. И непонятными нелюдями оказались обе.

Если натренированная ударами судьбы Инга смогла выстоять перед её очередным сюрпризом, то Машка спеклась моментально. Не желая принимать эту дерьмовую реальность, девчонка упиралась и хандрила. Хотела к маме и отбрыкивалась от иных, более насущных желаний. Благо, хоть приказы старших исполняла безукоризненно, а то бы давно спалилась сама и спалила Ингу. Они с Катей, как могли, поочерёдно сюсюкали с Машкой, вдалбливая ей теорию выживания. Следили за каждым её вздохом – особенно в присутствие посторонних. Буквально, хватали за жабры, когда Татона пыталась её приласкать. В первый раз это закончилось грандиозной истерикой и попыткой побега.

А куда тут бежать? Инга отнюдь не полиглот, но по-английски шпрехала сносно. Кое-что понимала из парле франсе и даже итальяно. С почти профессиональной уверенностью могла утверждать: их нового языка она не слыхала ни в реале, ни по телеку. Кроме того родной русский у них выходит неподражаемо корявым. Некоторые буквы вообще с трудом артикулируются, будто этих звуков в тутошней природе не водится. Подобная разбалансировка присутствовала и на Земле, но это не Земля – резюмировали «годящиеся в матери» дамы.

И выдвинули дополнительный резон: большая медведица на небе отсутствовала. Дон, было, припомнил, что и в южном полушарии Земли она не видна. Но особо не упирался. Вот было что-то такое, что убеждало его в истинности выводов: не язык, не звёзды – в которых он «не бум-бум» – а внутреннее чутьё. Ладно бы, у него одного, так у девчонок та же ерунда. А женское чутьё, говорят, похлеще любого радара, на чём мужики и прокалываются по любому поводу. Короче, факт своего инопланетного нахождения все приняли безоговорочно, что их несколько успокоило – такая вот странность.

Они протрещали почти до вечера. Их никто не трогал, если не брать в расчёт периодические набеги служанок с одеялами, лекарствами и перекусами. Мать Пакса-Дона и Паксаи-Катерины тоже подходила несколько раз. Гладила детей по головам, выспрашивала, как они себя чувствуют. Вымученно улыбалась, старательно стирая с лица тревогу. Катя с Ингой столь же старательно демонстрировали оптимизм и прибывающее с каждым часом здоровье. Дон моментально подключился к этой игре, дабы им всем не прописали каких-нибудь дополнительных лечебных процедур. Вот чего им сейчас точно не хватало, так это консилиумов с привлечением чужих дядек.

Но, последний – уже под вечер – визит матери напряг всех. Татона была непривычно собрана и сумрачно деловита. С таким лицом объявляют либо смертельную болезнь, либо визит ревизора – кого оно касается и цепляет за живое. Но и тут они с девчонками выдержали удар, достоверно изобразив напуганных детишек. А может, они таковыми и стали со всей этой чертовщиной. Просто, пока что не отдавали себе отчёта в очередном завороте судьбоносной бредятины.

Глава 3

А с завтрашнего дня начинаем новую жизнь

Дон поразился, какое количество доброкачественной инфы удалось нарыть Инге с Катей за три дня, что он провалялся в беспамятстве. Прямо, не сходя с этих перин. Всё-таки сказывались навыки бизнес леди при поддержке профессиональной проводницы – Штирлицы отдыхают. Девчонки – теперь язык не поворачивался обзывать их тётками – не просто наподслушивали кучу разговоров. Они провели колоссальную аналитическую работу и вывалили на него уже готовые выводы. Даже истерика припухла, пока мозги были вынуждены работать в авральном режиме – почище, чем в золотые денёчки сессий

Для начала его просветили: кто тут кто. Их с Катей отец был богатым уважаемым торговцем и столпом местного общества. Общество представляло собой приграничный городок некоего королевства, облепленный несколькими хуторками. Что примечательно, хуторки таились в лесах – этих тут навалом, что можно было легко понять по комментам окружающих. Натурально, засилье всякой дремучей экваториальной растительности – судя по отдельным представителям флоры, торчащим в огородах и садах. А вот деревень в округе не водилось – не было здесь подобной моды на сельскохозяйственные объекты. Сельскохозяйственные работники жили в городке за офигительными стенами.

Что касается городка, так тут и вовсе сплошная мелодрама. Инга с Катей числились молочными сёстрами, что здесь котировалось так же высоко, как кровное родство. Но, у Инги с Машкой… То есть, у каштарий Лэйры и Лэти отец и старший брат являлись каштарами – представителями местной воинской элиты, имеющей большой вес в обществе. Этакие воины-феодалы со всеми отсюда вытекающими. Владения каштаров входили в состав неких провинций, которыми управляли каштартаны – что-то вроде баронатов в составе графства или герцогства. Скажем, их городок Лээт находился в провинции Нуоб. А та, в свою очередь, входила в состав цээрата – королевства – Хашаш, где король, соответственно назывался цээром.

Вот и всё, что Инга с Катей успели нарыть в разрезе местной геополитики. Традиции «потрещать на кухне о политике», как явления культурной жизни, тут вообще не существует. Местный народ интересует одно: крепка ли рука у их каштара. Тот ведь обязан защищать своё население от набегов и диких зверей, которых тут, натурально, бесчисленные стада. Все эти толпы зверья так и норовят кого-нибудь сожрать – отсюда и стены, которых не постеснялся бы Московский кремль.

Каштар Лэрин из рода Лээт – откуда произошло название городка – слыл одним из самых крутых феодалов. О его подвигах на поле брани сложили несколько легенд, чем лээтцы страшно гордились: вставляли это обстоятельство и в благословения, и в проклятья с угрозами. От первой жены он имел двоих детей. Старший брат Лэйры-Инги и Лэти-Машки звался Лэксом – такая у них тут фишка: вставлять родовое имя в собственные у всех членов семьи. Лэкс практически ровесник Дона: реального, а не этого перерожденца. На пару лет помоложе, но уже получил статус каштара и числился наследником, который должен был заменить отца в роли градо и землевладельца. А его сестру Лэрис планировалось отправить замуж с приданым подмышкой.

Что-то около десяти лет назад их мать умерла, и каштар Лэрин женился на матери