Читать «Этот длинный, длинный день» онлайн
Юрий Витальевич Яньшин
Страница 63 из 81
Теперь, что касается моего, так называемого, волюнтаризма. Да, признаюсь. Мое покаяние не было запланировано. Это чистой воды экспромт. Но я об этом нисколько не жалею. Как не жалею и о данном мной обещании опубликовать данные об истинном финансовом положении членов Высшего Военного Совета. Кто-то из вас может сказать, что де революцию не делают в белых перчатках. Да, согласен. Но и не преступают к этому делу, не помыв рук. Я ведь видел, как многие из вас опускали глаза, согласные в душе с нашим Инженером, что я неправильно поступил, обещая обнародовать ваши «захоронки» на черный день. Мы сейчас с вами все похожи на хирурга, у которого на столе лежит тяжело больной человек — Россия, нуждающийся в срочной операции. Об этом нам только что, но иными словами поведал Посланник. Операция проводится буквально на ходу и в условиях мало пригодных к этому. Для этого надо, чтобы время и обстановка были спокойными, а не как сейчас. Мы не являемся высококлассными хирургами, но других нет. И мы не можем обеспечить стерильность при проведении операции. Но руки-то хотя бы мы можем помыть под рукомойником, прежде чем начнем вскрывать ему брюшную полость?! Иначе и ему в рану грязь занесем, от которой он непременно умрет, и свою репутацию, которая и так не слишком пока велика — вконец загубим. Я не могу никого заставить собственноручно опубликовать данные об истинном финансовом положении каждого из вас, господа-товарищи, в конце концов, это ваше личное дело. И дело вашей совести, у кого она осталась. Но пропуском в Высший Военный Совет будет именно добровольная декларация имущества абитуриента. И я от своей позиции не отступлю. Можете застрелить меня прямо здесь. А за истинностью поданных сведений проследит Николай Палыч, — кивнул головой Афанасьев на Тучкова, — ибо только он знает, кто из вас какой бумажкой сегодня подтирался.
— Я попросил бы вас! — вскипел эфэсбэшник. — Вот уже двести пятьдесят лет мои предки служат Отечеству, и я в том числе, невзирая на цвет мундира, доверенный им Родиной. И я не потерплю грязных инсинуаций в мой адрес, от кого бы то ни было…
— Ой, да что же вы так вскочили то, Николай Палыч?! — замахал Верховный руками на Тучкова. — Мы все знаем про ваших славных предков, чьи портреты украшают военные музеи всей страны. Я может быть, слишком грубо и цинично выразился, вы уж простите меня — дурня старого. Просто этой метафорой я хотел подчеркнуть вашу профессиональную осведомленность. Да и то, если положить руку на сердце, кому как не тебе Жароок, приходится возиться с мерзкими людьми, больше похожими на отбросы человеческого пищеварения, чем на создания Господни. Так, что прими мои слова не как издевку, а как восхищение твоей способностью не оскотиниться от сознания всей правды о грехах людских. Поэтому ты здесь с нами, и кому еще можно доверять, как не тебе?!
Услышав свое истинное имя, Тучков еще какое-то время неловко потоптался на месте, а затем всей массой немаленького тела рухнул в кресло.
— А для тех кто в танке… Да сиди ты, Егор Семеныч, — махнул Афанасьев на вскочившего, как мячик маленького и круглого Командующего автобронетанковыми войсками — генерал-майора Бибикова, — это тоже метафора, поясняю, что своим обещанием обнародовать сведения личного имущественного характера, я сделал народу двойной посыл. И надеюсь, что он меня поймет. А посыл такой. Во-первых, этим самым я как бы говорю, что все мы грешные, плоть от плоти народной, а значит где-то, и в чем-то можем ошибаться. А во-вторых, мы ломаем сложившейся стереотип о власти, как о лживом и вороватом органе, который с экрана говорит о любви к народу и Родине, а сам в это время обкрадывает его. Ведь вспомните, как люди смеялись над декларациями высших сановников? Качали головами: «Какие же они все бедные. С женами, правда, им подфартило. Уж больно удачливые из них бизнесвуменши получились. Все, как на подбор, миллиардерши». Вот, то-то.
— Да ведь все равно не поверят! — раздался голос командующего ВДВ — генерал-полковника Андрея Николаевича Сердополова. — Скажут, что де это только вершина айсберга, а основное — как пить дать, утаили.
— Конечно, не поверят, — не стал с ним спорить Афанасьев. — Никто не поверит, и я бы не поверил. Но это только сначала, и если только этим и ограничиться. Поверят тогда, когда мы на этом не остановимся, а претворим в жизнь чаяния миллионов честных тружеников — пощупаем теплое вымя наших олигархов, особенно тех, что вызывают к себе стойкое неприятие народа, ну и еще тех, кто уютно расположился на пляжах французской Ривьеры и пиндосовского Майами. Завоевание доверия — дело отнюдь не одномоментного характера. Я — человек уже достаточно долго поживший на этом свете, и как все старики, не лишен некоторого чувства неудовлетворенного тщеславия. Поэтому скажу без обиняков и околичностей. Мне было бы крайне лестно, лежа в гробу осознавать, искренность скупых энциклопедических строк, повествующих о том, что «генерал армии Афанасьев, волею судьбы вставший у руля власти, не обладая особыми талантами и стратегическим мышлением, тем не менее, сумел, в непростой обстановке, сплотить вокруг себя целую плеяду блестящих руководителей не допустивших того-то и того-то, совершивших то-то и то-то, поднявших на недосягаемую высоту… и при этом, пользовавшихся всенародным уважением и любовью». Звучит, а?! И чтобы о каждом из вас, после смерти, были подобные статьи. Я хочу, чтобы нашими именами называли улицы и площади в новых городах, чтобы вашими именами называли школы и университеты, корабли и самолеты. Да, я хочу войти в Историю, а не вляпаться в нее под какой-нибудь уничижительной кличкой типа «меченый» или «алкаш».
Чуткое ухо Верховного, на этот раз, уловило в гуле голосов более нейтральные нотки. Несколько приободренный этим, он продолжил:
— А теперь, давайте, перейдем к персоналиям. Вот, взять хотя бы вас, милейший Юрий Михайлович. Я, честно сказать, давненько за вами наблюдаю, и все никак не привыкну…
— К чему? — поежился Стравинский, чувствуя, что далековато заведет его сегодня язык.
— Да все к вашей деловой хватке. Специфика ваших войск такова, что они на все руки мастера. Им по плечу, что ракетную шахту построить, что коровник и элеватор. Одно слово — молодцы. Вот вы и смекнули вовремя, как используя навыки и технику с материалами помочь российскому бизнесу, а заодно и себе.
— Я попросил