Читать «Почему забыли русских героев? Параллельная история Первой мировой войны» онлайн

на основные силы. А когда обе стороны увязли в сражении, на северном фланге появилась свежая вражеская дивизия и стала обходить его. Берхман перебросил туда войска с других участков, они отразили неприятеля. Но силы турок значительно превосходили, их натиск не ослабевал. Отбиваясь контратаками, русские пятились, 11 ноября оставили Кеприкей. А противник теснил их дальше, все-таки обошел правый фланг, у Караургана прорвался к русской границе. Обходил и с юга по долине Аракса.

Но по соседству группа Абациева продолжала одерживать успехи. Казачья конница заняла Баязетскую, Диадинскую долины, вошла в Алашкертскую, встретившись с пластунами Пржевальского. Вслед за конницей двигалась пехота, 66-я дивизия, закрепляя занятые рубежи. Абациев выслал отряды, с боями занявшие перевалы Клыч-Гядук и Тапаризский. Противнику были перекрыты пути для ударов с юга. А 1-ю пластунскую бригаду Пржевальского соседи сменили, ее теперь можно было перебросить на главное направление. Она совершила тяжелейший форсированный марш от Алашкерта обратно через горы на Кагызман, оттуда ее направили в прорыв на левом фланге Берхмана, на Араксе.

15 ноября пластуны обрушились атакой на 33-ю турецкую дивизию, остановили ее и откинули назад. Пржевальский решил дополнительно потрепать турок, в ночь на 17 ноября оставил на позициях один батальон, а с остальными четырьмя пошел в рейд за Аракс. Подавая пример, генерал первым, не раздеваясь, вошел в ледяную реку, за ним пластуны. Держались за руки, чтобы не снесло бурным течением. В тылу у противника в темноте возникли вдруг невесть откуда мокрые казаки и молча, по-пластунски, ударили в штыки и кинжалы. Устроили жуткий переполох, перевернули все вверх дном и… исчезли. Тем же путем вернулись назад. К месту боев начали подходить и части прибывающего на Кавказ 2-го Туркестанского корпуса. Они контратаковали на правом фланге, ликвидировали прорыв у Караургана. Вражеский натиск выдохся, фронт стабилизировался. В Кеприкейском сражении турки потеряли 15 тыс. убитыми, ранеными и пленными, русские — 6 тыс. убитыми и ранеными (пленных турки не брали).

Иран в начале войны заявил о нейтралитете, и Россия вывела оттуда свои гарнизоны. Но там активно развернулись турецкие эмиссары. Возбуждали против русских местные племена, сеяли смуту на городских базарах. Германия и Турция насели на шахское правительство, требовали выступить против России. Угрожали, что иначе «уважение нейтралитета будет невозможно». Впрочем, они не считались ни с каким нейтралитетом. В западные районы Ирана вошли турецкие пограничные и жандармские части, курдские отряды. Россия направила в Персию Азербайджанский отряд генерала Чернозубова из 4-й Кавказской казачьей дивизии и 2-й Кавказской стрелковой бригады при 24 орудиях. Одно лишь его появление заставило присмиреть готовые восстать племена, отряд развернулся вдоль турецко-иранской границы, разбил и выгнал вторгшихся турок и сам вступил на османскую территорию с востока. С боями взял города Сарай, Баш-кале, хотя для развития успеха войск у него было слишком мало.

А на Чёрном море противник повторял налёты на наши города. Турецкий крейсер «Гамидие» с отрядом миноносцев бомбардировал Туапсе, выпустили по городу 125 снарядов. 18 ноября «Гебен» и «Бреслау» решил нанести ещё один удар по Крыму. Но возле мыса Сарыч их встретили все 5 русских старых линкоров. Правда, они растянулись, в сумерках и тумане было плохо видно. Огонь открыл только первый из них, «Евстафий». «Гебен» стал лупить по нему из всех орудий. Несколько раз попал. 34 моряка было убито и 24 ранено. Но русские стреляли лучше. Линейный крейсер получил 14 тяжёлых снарядов, загорелся. Сушону доложили, что убитых больше 100, раненых тоже много. Ждать, когда вступят в бой ещё 4 русских линкора, он не стал. Немецкие корабли на полной скорости рванули подальше.

В ноябре Кавказский фронт посетил царь. Он побывал в Севастополе, а потом на крейсере «Кагул» отправился в Батум. Плавание было опасным, но Николай Александрович не посчитался с этим. Специально показал: Черное море остается русским, и Кавказ тоже. Государь объехал Зачорохский край, прибыл в Сарыкамыш. Здесь опять презрел опасность, поехал на передовые позиции и в селе Меджингерд вручил награды отличившимся. Правда, не обошлось без курьезов. Пластуны принялись решать на кругу, кого представить к Георгиевским крестам. Героев-то было сколько угодно, но озадачились, кто сможет достойно предстать перед царем. Называли одного — раздавались голоса: «Так вин же босый!» Предлагали другого: «У нього штанив чорт ма!» В результате снаряжали кандидатов всем кругом, кто бешмет даст, кто шапку.

Немцы и иттихадисты строили расчеты, что вступление в войну Турции вызовет восстания мусульман в колониях Британии и Франции. Султан все еще формально значился халифом, духовным лидером ислама. Но эти надежды не сбылись. Мусульмане разных стран не особо считались с авторитетом марионеточного Мехмеда Решада V. В. самой Турции возникла оппозиция, ее называли «старотурками». Обвиняла младотурков в отходе от исламских традиций, политических авантюрах, в засилье немцев. Получалось, что «священная война» с «неверными» идет под руководством других «неверных». Такие настроения поддержала Англия. Под ее крылом в Египте собрался совет старших улемов, постановил, что «образ действий Турции находится в резком противоречии с главными интересами ислама». Англичане умело использовали и национальное неравенство в Османской империи. Начали заигрывать с племенами Аравии, подбивая их отделиться.

Глава 21.

Фландрия, Белград, Циндао

На Западном фронте немцы решили покончить с бельгийской армией, подвезли осадные орудия к Антверпену. Понимая, что это смертный приговор городу, бельгийцы пошли на вылазку. Старались пробиться к «Толстым Бертам» и уничтожить их. У германцев не нашлось резервов. Спасая орудия, бросили в бой все, что можно. Погубили элитные десантные части — полки морской пехоты, но бельгийцев отогнали. Англичане пытались помочь союзникам, прислали подмогу, хотя это было уже бесполезно. На Антверпен падали огромные снаряды. Но и немцы не достигли своей цели. Артиллерия британской эскадры прикрыла бельгийскую армию, 9 октября она оставила Антверпен и отступила вдоль берега.

Французское и германское командование продолжало «бег к морю», попытки обойти друг у друга открытый западный фланг. Происходили встречные сражения то на р. Скарп, то у Лилля. Фронт растягивался к западу и достиг заливных лугов Фландрии. Но французские возможности истощились. Снимать войска с пассивных участков становилось все труднее, чтобы не оголить их. К англичанам начали прибывать канадцы и индусы, но их было еще мало. Бельгийцы оказались очень кстати. В их армии осталось всего 82 тыс. человек, у Остенде она сомкнулась с союзниками. Фронт дотянулся до моря.

А Фалькенгайн, по своим планам, уже готовился его прорвать. Огонь и атаки обрушились на Верден. Но форты крепости и полевые части сдерживали немцев, а у «Толстых Берт» иссяк запас заготовленных снарядов, для гигантских орудий не хватало пороха, и штурм прекратили. Зато другой прорыв, во Фландрии, Фалькенгайн полагал вполне реальным. Сюда он направил свежую армию, «новую 4-ю» из только что призванной молодежи. 20 октября она хлынула в наступление. Лезла напролом. Бельгийцев смяли и отшвырнули к французской границе. Они зацепились за речку Изер, но уж тут-то решили стоять до конца — это был последний еще не оккупированный клочок бельгийской земли. Король Альберт приказал