Читать «Очень страшное кино. История фильмов ужасов» онлайн

Фильм «Дом, который построил Джек» 2018 года Ларса фон Триера строится на демонстрации насилия и ужаса. Как и предыдущие фильмы режиссера, картину 2018 года сложно воспринимать в качестве аттракциона, хоть она и изобилует сценами насилия, это все еще эссе, метакомментарий о природе искусства и фигуре художника.

Постер к фильму «Дом, который построил Джек», реж. Ларс фон Триер, Les Films du Losange, 2018 год[38]

© Studio Tobias Røder

Главный герой картины Джек – собирательный образ маньяка. Если бы персонажа не играл Мэтт Диллон, у него вообще не было бы характера, ведь в сценарии он не заложен. Для фон Триера это кино не столько возможность рассказать историю, сколько подключить зрителя к умозрительной беседе с Верджем, очевидно – Вергилием. Зритель ничего не знает о Джеке, не может сочувствовать вечно сменяющимся жертвам, все, что ему остается, – быть молчаливым спутником свершаемого насилия и съедающих героя артистических амбиций.

Джек неоднократно упоминает, что он не инженер, а именно архитектор, то есть художник. Его попытка совершить акт искусства оборачивается совершением преступления, а предсмертная попытка оставить свой след в искусстве в виде сколоченного из замороженных трупов дома стирает для него границу между этими понятиями. Другая дихотомия, вытекающая из противопоставления «ремесленника-художника», – это инструмент и демиург. Джек – это набор отсылок к различным маньякам, сгусток жестокости, портрет, но точно не живой человек, что, безусловно, роднит его с инструментом. Джек мог бы быть и Эдом Гином, и Норманом Бейтсом, и Джеком-потрошителем, но в конце концов он всего лишь функция, готовая по щелчку пальцев перейти от нормы к убийству. Это подчеркивается и тем, что у Джека нет ни своего почерка, ни модуса. Выбор жертв – случаен, выбор оружия – случаен, он отражение истории всего тру-крайма, документального жанра о преступлениях. Но герой ни с ролью инженера, ни с ролью инструмента мириться не согласен, весь его замысел по построению дома – это проект демиурга. В этом случае Джек предпринимает множество попыток по поиску материалов, нужного проекта и возможности воплотить его в жизнь, и, в отличие от убийств, в этом он не преуспевает. Тут то он как настоящий художник становится избирательным в средствах, точнее в материалах. Дом в фильме является моделью мира, рукотворным микрокосмом и дает Джеку на секунду ощутить себя полноценным творцом перед тем, как провалиться в ад.

Однако дом не всегда имеет под собой мистическую или хтоническую природу. Часто хорроры играют на наших страхах безопасного места, когда неудачного стечения обстоятельств и пары антагонистов становится достаточно, чтобы нас напугать. Дом – это пространство, безусловно, включенное в общественную жизнь, обычно он существует не в вакууме, а располагается рядом с другими такими же домами в районе. При этом никто никогда не знает, что таится за закрытыми дверьми, а милый дом по соседству вполне может оказаться тюрьмой с дверью, отделяющей заложников от свободы.

В 1990 году вышла очередная экранизация романа Стивена Кинга «Мизери» режиссера Роба Райнера. Сюжет повествует о писателе популярных романов для женщин Поле, который попадает в аварию где-то в глуши, но ему помогает и решает приютить у себя бывшая медсестра Энни. Женщина проживает в полном одиночестве на ферме, которая находится в отдалении от остальной цивилизации. Выясняется, что Энни – поклонница писателя, которая, узнав об участи своей любимой героини в новой книге Пола, заставляет писателя переписать книгу с другим финалом. Если поначалу зритель, как и Пол, легко верят Энни, что все дороги замело снегом, а телефонной связи по-прежнему нет, то на середине фильма нам открывается полное безумие женщины, которая уже не раз убивала.

Пугает в фильме, конечно же, не только безумная Энни, но и существование в непрекращающемся напряжении, когда герой просто не способен контролировать свою жизнь. Энни взяла под контроль все его физическое состояние, он превратился в пленника, который вынужден угождать примитивным вкусам своей «поклонницы номер один».

Через год после выхода «Мизери» Уэсом Крэйвеном был снят другой фильм, рассказывающий о заточении в доме. Фильм «Люди под лестницей» 1991 года – работа, в которой режиссер попытался размыть жанры хоррора и комедии. Фильм наследует «Последнему дома слева» только в попытках добавить в хоррор юмористический элемент. Возможно, именно из-за своей жанровой неопределенности, а возможно, из-за отсутствия франшиз, которыми Крэйвен славится, фильм не стал популярным у широкой публики. С одной стороны, это кино, напоминающее «Один дома», но только с реальными психопатами. С другой, «Люди под лестницей» – это чистый социальный комментарий, созданный до того, как кинематограф стали обвинять в использовании «повестки».

Темнокожий мальчик по прозвищу Шут хочет помочь умирающей от рака маме, поэтому соглашается на сомнительное дело ради денег. Вместе со взрослым сообщником он проникает в огромный дом, принадлежащий богатой белой супружеской паре, которая в ответе за то, что район, в котором живет Шут со своей семьей, будет снесен. Еще во время проникновения герои замечают много странностей в доме: решетки на окнах, потаенные двери, трупный запах. Однако когда муж и жена неожиданно возвращаются, то последняя надежда, что этот дом и его хозяева нормальные, исчезает. Взрослых подельников мальчика убивают, а Шуту открывается страшная правда: дом полностью состоит из адских ловушек и потайных ходов, а в подвале под лестницей супруги держат похищенных детей, которые постепенно теряют человеческий облик.

Как и в других фильмах Крэйвена, монстры и маньяки – это вспомогательный элемент картины, благодаря которому раскрывается истинное зло, которое живет в каждом из нас. Другой краеугольной темой для режиссера является семья, с нее все начинается в «Последнем доме слева», в «Крике», фильмах «У холмов есть глаза» и «Кошмаре на улице Вязов». И в «Людях под лестницей» примечательно, что Крэйвен противопоставляет нам две дисфункциональные семьи. Семья Шута, в которой мать смертельно больна, отца нет, а сестра вынуждена подрабатывать стриптизершей, чтобы заработать деньги на аренду квартиры, абсолютно точно не идеальна, но нам показывают, как герои ей дорожат. С другой стороны, внешне идеальная богатая семья с Мамочкой и Папочкой, будто специально скопированных с портрета четы Рейганов, которые так увлечены поиском таких же идеальных детей, что всех неугодных они мучают и оттаскивают в подвал. Мамочка и Папочка оказываются не только каннибалами, но и братом и сестрой, что вообще является насмешкой над институтом семьи.

Сюжетный троп с героем, попадающим в дом в качестве грабителя или незваного гостя, а затем обнаруживающим, что дом и его хозяин во многом опасней любого преступника, мы можем увидеть во многих последующих картинах. Самые яркие примеры – фильмы Маркуса Данстэна «Коллекционер» 2009 года и «Не