Читать «Карло Гольдони. Комедии_Карло Гоцци. Сказки для театра_Витторио Альфьери. Трагедии» онлайн

(Плачет.)

Калаф

Утешьтесь, государь. Свидетель небо,Мне омрачает душу ваша скорбь.Такой отец, как вы, не мог, конечно,Дочь воспитать жестокою тиранкой.Так скажут все. И если вы виновны,То разве в том, что горячо любилиЕдинственную дочь и дали мируТакую царственную красоту,Что люди власть теряют над собой.Благодарю вас за щедроты ваши.Я плохо помогал бы вам. Иль небоМне хочет счастья, дав мне в обладаньеВозлюбленную Турандот, иль хочетПресечь мою безрадостную жизнь,Без Турандот — мучительное бремя,Я жажду смерти — или Турандот.

Панталоне

Послушайте, ваше высочество, жизнь моя дорогая, вы же видели на городских воротах все эти натыканные мертвые головы, казалось бы — ясно. Что вам за охота являться на убой, словно козленку, да еще наверняка, чтобы все мы тут плакали в три ручья! Знайте, что принцесса закатит вам такие три загадки, что и сам астролог Чингарелло их не разгадал бы. На что уж мы, которые с давних пор заседаем с этими вот превосходительнейшими мудрецами Дивана и судим о том, кто верно решил, а кто неверно, дабы исполнен был указ, мы, опытные люди, понаторевшие над книгами, а и то иной раз едва доищемся до смысла загадки этой свирепой принцессы, потому что это даже и не загадки: «живот железный, а кишки бумазейные», и тому подобное. И всякий раз новехонькие, распроклятые. И если бы она не раздавала их изложенными и разъясненными в запечатанных записочках этим вот превосходительнейшим мудрецам, так они, пожалуй, и сами бы не знали, где у них головы. Идите же с миром, сыночек дорогой. Вот вы стоите тут, ну прямо — цветочек. Жаль мне вас. Поверьте человеку, который желает вам добра. Потому что если вы будете упорствовать, то я за вашу голову дам не больше, чем горбатому зеленщику за одну редиску.

Калаф

Старик, не говори, не утомляйся.Я жажду смерти — или Турандот.

Тарталья

Турандот… Турандот… Что за чертово упрямство, сын мой дорогой! Пойми же ты толком. Здесь в загадки играют не на чашку шоколада с ванилью или кофе с сухариками. Пойми ты, пойми раз навсегда: здесь играешь головой. Других доводов я не привожу, чтобы тебя отговорить. Этого достаточно. Головой, головой играешь. Головой. Его величество тебя просит, повелел принести сто коней в жертву солнцу, сто быков небу, сто свиней луне, сто коров звездам — все ради тебя, а ты, неблагодарный, желаешь своим упорством причинить ему такое огорчение. Даже если бы на свете не было других женщин, кроме принцессы Турандот, и то твое решение было бы величайшей глупостью. Ты меня извини, дорогой принц. Поверь, это я из любви к тебе выражаюсь так откровенно. Понял ли ты как следует, что значит лишиться головы? Ведь нельзя же так!

Калаф

Ты слишком многословен. Не старайся.Я жажду смерти — или Турандот.

Альтоум

Жестокий! Так вкуси же смерть свою,Вкуси мое отчаянье.

(Страже.)

ПринцессуПросить пожаловать. И новой жертвойПусть утолится.

Один из стражей удаляется.

Калаф

(в сторону, горячо)

Боги, вас молюО вдохновенье. Пусть ее лицоМеня не ослепит. Я сознаюсь,Что разум мой колеблется и грудьТрепещет, бьется сердце, стынут губы.

(Присутствующим.)

Диван священный, по моим ответамСудящий жизнь мою! О мудрецы,Простите мне дерзанье, снизойдитеК слепцу любви, который сам не знает,Где он сейчас и что с ним, и несется,Влекомый тайной силою судьбы.

Явление четвертое

Доносятся звуки марша, сопровождаемые дробью тамбуринов. Появляется Труффальдино с ятаганом у плеча, за ним его евнухи. Следом идут рабыни сераля, ударяя в тамбурины. Затем входят две рабыни с завешанными лицами; одна из них — в богатой и пышной татарской одежде (это Адельма), другая — в обычном китайском платье (это Зелима). В руках у нее небольшой тазик с запечатанными листками. Труффальдино и евнухи, войдя вереницей, падают ниц перед Альтоумом, затем встают. Рабыни опускаются на колени, поднося руки ко лбу. Входит Турандот с завешенным лицом, в богатой китайской одежде, величавая и надменная. Мудрецы и министры падают ниц. Альтоум встает с кресла. Турандот подносит руку ко лбу, отвешивает отцу торжественный поклон, затем всходит на свой трон и садится. Зелима становится слева от нее, Адельма — справа. Калаф, при появлении Турандот опустившийся на колени, встает и смотрит на нее как очарованный. Все занимают свои места. Труффальдино, проделав несколько забавных церемоний в свойственном ему духе, берет у Зелимы тазик с запечатанными листками, раздает их мудрецам и после новых китайских церемоний и поклонов удаляется. Во время всех этих безмолвных обрядов музыка играет марш. После ухода Труффальдино в зале Дивана наступает тишина.

Явление пятое

Альтоум, Калаф, Панталоне, Тарталья, Турандот, Зелима, Адельма, мудрецы, стража.

Турандот

(высокомерно)

Кто это дерзновенно возмечталПроникнуть в смысл загадок, невзираяНа множество примеров, и желаетПозорно кончить жизнь?

Альтоум

Дочь, это он.

(Указывает на Калафа, который стоит пораженный посреди зала Дивана.)

И он вполне достоин, чтобы тыВзяла его в мужья, освободивОт искуса и не терзая большеНесчастное родительское сердце.

Турандот

(посмотрев на Калафа, тихо, Зелиме)

Зелима, о поверь, никто из тех,Кто приходил на искус, не будилВ груди моей и тени состраданья,А этого мне жаль.

Зелима

(тихо)

Вы загадайте —Три легкие загадки, и довольноЖестокой быть.

Турандот

(гордо)

Как смеешь ты? А славаМоя? Молчи.

Адельма

(которая пристально всматривалась в Калафа, в сторону)

О небо! Что я вижу?Не тот ли это, что у нас когда-тоРаботал в Хорасане как невольник,Когда был жив отец мой Хейкобад?Так он царевич? Ах, то знало сердце,Им покоренное!

Турандот

Принц, откажитесьОт роковой попытки. Видит небо,Молва о том, что я жестокосерда, —Прямая ложь. Глубоко ненавидяВсех вообще мужчин, я защищаюсь,Как знаю, как могу, чтоб оградитьсяОт тех, кто мне противен. ПочемуЯ не могу располагать свободой,Которою располагают все?Зачем хотите вы, чтоб я былаЖестокой против воли? Я готоваУнизиться до просьбы. ОткажитесьОт испытанья, принц. Не искушайтеМой дивный дар. Я только им горда.Мне даровало небо острый разумИ прозорливость. Я бы умерла,Когда бы здесь, перед лицом Дивана,Была посрамлена. Пока не поздно,Позвольте мне не задавать загадок;Или заране плачьте над собой.

Калаф

Столь дивный голос, столь прекрасный облик,Столь чудный ум и редкая душа —В единой женщине! Да разве тотНе прав сто раз, кто не страшится смерти,Чтоб ею обладать? И ТурандотГордится хитроумьем? И не видит,Что чем ее достоинства обильней,Что чем ей ненавистней мысль о браке,Тем вожделеннее она? И будьСто тысяч жизней в этом бренном теле,Безжалостная Турандот, я рад быСто тысяч раз пойти за вас на казнь.

Зелима

(тихо, к Турандот)

Ах, ради бога, легкие загадки!Ведь он достоин вас.

Адельма