Читать «Три цвета надежды» онлайн

себе на колено, радуясь, что на ней всё ещё нет никакой лишней одежды, она бы сильно мешала сближаться. Когда голая кожа касается голой кожи, даже слова получаются обнаженными и не фальшивыми. «Не хочу» со стояком не произносят, как любит говорить Намджун.

— И долго ты намереваешься откладывать нашу первую ночь? — шепотом спросила Юна, стесняясь своего вопроса. Джин погладил её по бедру, не думая, что без ущерба для своего здоровья сможет делать это продолжительное время.

— Я не буду предупреждать заранее, когда я сорвусь, — хитро улыбнулся он. — Так будет интереснее.

— Джиён хочет познакомиться с тобой, — не смогла больше томиться этими мыслями Юна. Проблемы не давали расслабиться и отвлечься на те темы, которые с удовольствием поддерживал Джин. — Он попросил приехать нас к нему. Я не думаю, что это совершенно безопасно.

— Давай поговорим об этом утром?

— Не могу — я же не усну, пока не узнаю, как поступить!

— Если это грозит опасностью мне, то мне и ломать над этим голову. Выкинь это из мыслей, — дав знать, что приподнимается, Джин подождал, когда Юна встанет и поднялся следом. — Твои проблемы теперь мои.

— Они наши. Все наши проблемы теперь общие, — возмутилась она негромко.

— Я не привык впутывать женщин во что-либо…

— А мне надоело, что мужчины не спрашивают женского мнения, — уперлась она.

— Будда, на ком я женился! — шутливо возвел ладони вверх Джин. — Дами, я серьёзно, нам нужно поспать, отдохнуть, и на выспавшуюся голову обмозговать всё, что накопилось, — понимая, что с ней не собираются обговаривать план того, как принять предложение Джиёна о гостеприимстве, она заглотила это, как обиду и, надувшись, некоторое время посопротивлялась Джину, тянущему её в спальню. Но потом усталость дала знать о себе, и девушка, опустив руки, прошла следом, посмотрела, как Джин, снявший брюки, откинул одеяло и забрался под него. Постояв около выключателя под выжидающим взором венчанного мужа, Юна щелкнула свет и, сняв его же рубашку с себя, нырнула под одеяло рядом. Теплая рука тут же нашла её и, подгребя к себе, прижала к груди. Ощущая никогда прежде не испытываемый уют и спокойствие, Дами замерла, прислушиваясь к себе. Никогда раньше она не говорила ни с кем так откровенно, не обсуждала своих сомнений и грызущих волнений, ни с кем не была близка настолько, чтобы поговорить о брате. Да, брат решал раньше все дела за неё, приказывал и распоряжался, и всё в основном откуда-то издалека, не общаясь с ней много и не вникая в её нужды и желания. От этого ей и хотелось избавиться, а не приобретать другого тирана взамен первому. Но когда губы Джина коснулись её виска и он в темноте произнес: «А ты сама хочешь к нему ехать или нет?», Дами вдруг почувствовала, что есть кто-то, кого действительно тревожит, что она хочет. Едва ли не задрожав от этого открытия, она закрыла глаза, съежившись под рукой мужчины, с которым так внезапно оказалась в одной кровати на законных основаниях. Свою руку она положила на его талию.

— Давай поговорим об этом утром? — повторила она его предложение, и сама не заметила, как уснула.

* * *

Хосок проснулся на узкой кровати общежития, не найдя рядом с собой ту, с которой засыпал. Брезжил свет дня, царила тишина. Скинув с себя одеяло, он потер сонные глаза и, пока ворочался, услышал девичий вскрик, на который тут же распахнул веки. Одна из соседок Ханы, с расческой в руке, стояла уставившись на него.

— Доброе утро… — попытался он разрядить паузу, но студентка лишь слабо кивнула ему. Куль из одеяла, образовавшийся над ним, послужил надежным прикрытием, и вернувшиеся под утро девицы думали, что Хана спит одна — разве можно было предположить о ней иное? Уснувшие так же крепко, как гость их комнаты, они не слышали, как приятельница встала, собралась и ушла к первой паре, а когда встали сами, собираясь к третьей, то с удивлением подумали, что это всё та же их соседка впервые в жизни проспала лекции. — А где Хана? — задал риторический вопрос Джей-Хоуп.

— В университете… наверное, — опознав в нем того, кто так и не переспал с ней несколько дней назад, девушка ошарашено пыталась понять, как же так произошло, что сбежавший от неё вернулся, но вернулся не к ней, а их ботаничке, никогда прежде не знавшей мужского общества.

— Ясно, — не имея комплексов при дамах, знавших плотские удовольствия не понаслышке, Хосок спустил ноги с кровати и, найдя глазами все детали своей одежды, незамеченной невнимательными подругами, собрал их и принялся натягивать на себя, последними выудив из-под кровати ботинки. — До свидания! — вежливо попрощался он и пошел по коридору, к лестнице, чтобы покинуть общежитие. Он был не рад, что не услышал, как уходила Хана. Нехорошо это по отношению к ней. До скольких у неё занятия? Надо будет наведаться сюда, или в кафе, где она работает, ещё раз попытаться извиниться. Впрочем, ночь удалась после того, как он взялся за вторую попытку и, оставалось надеяться, что подобные извинения скрасили первое впечатление. Джей-Хоуп вспомнил буквально всё, что знал и умел, чтобы не сломать у девочки правильное восприятие сексуальных удовольствий. Собственно, доказывая то, что они — эти сексуальные телодвижения — созданы для удовольствий и из них состоят, Хосок похудел килограмма на два за пару часов. Ноги и бедра болели от напряжения, руки ныли, губы стерлись, а спина соглашалась выпрямляться очень постепенно. Плечи до самых лопаток тянула приятная боль, как после тренировок в спортзале. Но Хана в конце концов затрепыхалась в оргазме, и цель была достигнута. С чувством собственного достоинства, Хосок потянулся на крыльце, пожелав доброго дня консьержу и, вспомнив о том, что забыл ночью бумажник и мобильный, отправился на его поиски.

К счастью, персонал заведения, где он всё оставил, был добросовестным, и тут же вручил ему его вещи, стоило туда добраться. Сунув кошелек в карман куртки, Джей-Хоуп проверил телефон, где была куча непринятых вызовов от Джина. Что-то случилось? Черт, он же сегодня… нет, вчера должен был охранять Юну! А после него Ви, чьих звонков тоже было море в вызовах. Но всё по порядку; Хосок набрал Джина.

— Хоуп! Ты цел? Наконец-то!

— Да что бы со мной сделалось? А в чем дело? — услышал он беспокойство в голосе друга.

— Да много чего! — воскликнул тот, одновременно радостный, что с их предводителем всё хорошо, и раздраженный, что тот, видимо, пропадал из-за какой-то мелкой причины, пропустив важные изменения. — Тебе в подробностях, или перейти