Читать «От дам-патронесс до женотделовок. История женского движения России» онлайн

нужно место для встреч и общения, условия для повышения своего образовательного и профессионального уровня.

Список членов Общества (в коллекции Российской Национальной библиотеки без года издания) дает 923 фамилии615. По свидетельству Е. Чебышевой-Дмитриевой, «за 2–3 года в общество вступило порядка 2000 человек, все выдающиеся женщины Петербурга: писательницы, врачи, художницы, журналистки…»616. Члены общества рассматривали его как клуб, как средство выхода из «узкого круга семейных и служебных связей»617. Мобилизация носила качественный, интенсивный характер (по C. Jenkins)618, то есть в движение рекрутировались убежденные сторонницы общественной активности женщин. «Невещественные ресурсы»619 (по J. Freeman) – люди (представительницы той же социальной группы) – были мобилизованы, судя по всему, максимально. Резерв движения лидеры организации видели в той массе молодых женщин, которые приезжали в столицу в поисках экономической независимости, нетрадиционной женской самореализации, то есть тех, кто шел по дороге, уже проторенной ими. Поэтому реализация идеи конструктивной (феминистской) благотворительности в отношении этой специфической группы женщин, создание солидарности широко практиковались «Вз.-благ. обществом».

С этой целью в Обществе и были созданы бюро по приисканию рабочих мест, общежития, детские очаги, кассы взаимопомощи, читальни с русской и иностранной литературой, просветительские кружки. При Обществе действовали курсы иностранных языков, кружок по оказанию первой медицинской помощи, бухгалтерские курсы. Таким образом, внешняя, видимая его деятельность носила просветительский и организационный характер, в то время как невидимая, латентная, состояла в создании духа корпоративности и солидарности женщин среднего класса.

Но, пожалуй, главным достижением «Вз.-благ. общества» и его основной функцией было создание и поддержание на протяжении двадцати трех лет (1895–1918) «женского пространства», «порождающей среды» женской активности, анклава женской гражданственности. О. Шапир называла большую квартиру на Спасской улице, которую Общество арендовало двадцать три года и которая была открыта ежедневно с 11 до 24 часов, не иначе как «женским домом» в Петербурге. В традиционной русской дворянской культуре таких «женских» мест не было. Задачу сохранения помещения активистки организации оценивали как одну из самых важных620.

Именно в помещении «Вз.-благ. общества» появилась возможность собираться «в своем кругу». Здесь происходило личное знакомство, устанавливались товарищеские отношения, формировался корпоративный дух, солидарность, самосознание, то есть шел процесс идентификации себя и членов организации как представительниц одной социальной группы, одного круга, участниц общего дела. Этому способствовала клубная жизнь организации с обязательными товарищескими вечеринками по 1‐м и 15‐м числам каждого месяца, с ежегодным торжественным званым обедом 25 октября в честь дня основания «Вз.-благ. общества», еженедельными заседаниями совета Общества, открытого для посещения его членами; общими собраниями (3–4 раза в год), празднованием юбилеев. Критика деятельности «Вз.-благ. общества» как чрезмерно досуговой с позиций сегодняшнего дня представляется несправедливой621.

Здесь, в стенах «Вз.-благ. общества», были громко отпразднованы с привлечением городской общественности 40-летние юбилеи общественной деятельности Философовой и общественной и литературной деятельности А. Н. Энгельгардт; 25-летние юбилеи врачебной и общественной деятельности А. Н. Шабановой, литературной и общественной деятельности О. А. Шапир, педагогической – доктора математики Е. Ф. Литвиновой.

Другими словами, в организации происходили не только процессы мобилизации участия, то есть притока новых людей, рекрутирование их в движение, но и процессы мобилизации действия – развитие активности организации и движения в целом.

Не менее важным процессом для развития движения был процесс мобилизации консенсуса. Мобилизация консенсуса – это процесс выработки системы ценностей, значений, интерпретаций проблем и событий с позиций своей социальной группы, а стало быть, этот процесс напрямую вел к выработке идеологии движения. Мобилизация консенсуса проходила на литературных вечерах и лекциях, во время заседаний реферативного отдела, созданного специально «для большего обмена мыслей». В результате была реализована поставленная цель: «создать центр для развития солидарности»622.

Стоит ли говорить, что деятельность организации находилась под неусыпным контролем властей. В первую очередь, это относилось именно к деятельности реферативного отдела: «обмен мыслями» больше всего интересовал власть. И хотя заведующая отделом, доктор юридических наук Ф. М. Кауфман, сознательно выбирала нейтральные темы для обсуждений, тем не менее в 1901 году градоначальник запретил деятельность отдела.

Акции общественного звучания, инициируемые «Вз.-благ. обществом», развивались в рамках благотворения. Другой возможной формы проявления женского «политического» не существовало. В 1898 году члены общества приняли участие в акции «На помощь пострадавшим от наводнения», в 1899 году собрали деньги для пострадавших от голода (11 909 рублей) и организовали столовые в голодных губерниях, в 1904 году собирали средства в помощь жертвам войны на Дальнем Востоке. Но подобная деятельность не соответствовала потребностям и претензиям многих его членов.

Только в 1904 году в связи с новым «подъемом умственной жизни» в российском обществе открылись возможности для расширения репертуара действий и для реализации женского политического участия. В том году во «Вз.-благ. обществе» была создана комиссия по исследованию женского труда в России (председательница Е. В. Авилова). Комиссия изучала правовое положение женщин, условия их работы в государственных и частных учреждениях. Результаты этой исследовательской деятельности привели позднее к обоснованию новых коллективных действий.

В том же 1904 году по инициативе Е. А. Чебышевой-Дмитриевой было создано справочное бюро по женскому вопросу. Помимо установления связей с центрами женского движения по миру, интеграции в мировое женское сообщество, цель бюро была определена как сбор материалов о международном женском движении. Это были поиски новых идей, направлений и форм деятельности.

Потребность в клубных организациях, служащих «порождающей средой», то есть местом и одновременно формой женской активности, обнаруживается с очевидностью. Такой же женский клуб возник в Саратове, но просуществовал он недолго. Министерство внутренних дел не утвердило его устав: власть старалась пресечь «неестественные» формы взаимодействия женщин. Активистки саратовского клуба также пошли по уже апробированному пути: продолжили свою клубную работу и обсуждение проблем женщин под видом благотворительной деятельности Женского комитета при «Обществе пособия беднейшим». Председательницей Общества стала А. А. Кальманович – в будущем известная феминистка, одна из немногих российских радикалок от феминизма, член ЦК Союза равноправности женщин623.

Во многих крупных городах Российской империи шел процесс обсуждения и осмысления проблем образованных женщин среднего класса в разного рода женских клубах, скрывающихся под вывесками дамской благотворительности. Так, в 1880‐х годах в Харькове действовало «Общество взаимопомощи трудящихся женщин», которое на деле добивалось доступа женщин в Харьковский университет и создания в городе высшего женского учебного заведения. Многие начинания профессионально активных женщин не смогли быть реализованными как по причинам ограничения сфер женской активности, так и из‐за отсутствия опыта. Сведения о таких проектах встречаются на страницах женской прессы. Так, в 1880‐х годах в Петербурге женщинами-врачами была предпринята попытка открыть