Читать «Рейс в Обитель Покинутых» онлайн
Ана Фьёрд
Страница 90 из 152
Он был спокоен. Ей даже показалось, что он улыбается, как всегда перед созданием своего любимого, коронного волшебства.
«Он жив, он точно жив! — кричали голоса в голове, перебивая друг друга. Он не мог умереть вот так, он гораздо сильнее других. — Попытайся его спасти».
В далёком детстве, казалось, что это было с какой-то другой маленькой девочкой, мама рассказывала Марго-Рите историю о заснувшей вечным сном в ледяном саркофаге принцессе и о принце, который смог пробудить её поцелуем.
А вдруг?
Глупо. Прикосновение к покрытым льдом губам было смертельным — Марго-Рита чувствовала это. Но разве могла она не попробовать? Ведь сказки не всегда оказываются ложью.
Марго-Рита приподнялась на носки и, преодолевая мелкую предательскую дрожь, приблизилась к Миху лицом. Горячее дыхание опалило ледяные губы, и по ним побежала оттаявшая капля. Внутри слабо трепыхнулась увядшая было надежда.
— Остановись, — тихий женский голос, казалось, прозвучал прямо в голове. Марго-Рита вздрогнула и отпрянула. — Не будь дурой. — В слабом, едва слышимом голосе проскользнули знакомые нотки.
Марго-Рита заскользила взглядом по площадке, не понимая, где находится говорившая. На боковой стене лифта, с раскинутыми в стороны руками, висела бледная, едва живая Мадам. Её короткие светлые волосы превратились в покрытые инеем сосульки. Мерцающий лёд медленно полз по ногам и рукам, добравшись уже до бёдер и локтей.
— Коснёшься льда — погибнешь, — проговорила она, явно с трудом сфокусировав взгляд.
Марго-Рита посмотрела на Мадам и ничего не почувствовала. Ей бы радоваться, что её мучительница вот-вот погибнет страшной смертью, но перед глазами стояло искажённое толстой коркой льда лицо Миха, а в голове билась мысль, что и сам он вот так же, как Мадам, мучился перед…
Нет!
Марго-Рита тряхнула головой, не желая даже подумать про это страшное слово на букву «с». Отвернувшись, она посмотрела на Миха. Он жив, и, глядя ему в глаза, она поклялась себе всеми известными клятвами, что спасёт его, что их история не закончится вот так, в проклятой всеми снегами Обители Покинутых.
— Что здесь произошло? — Марго-Рита с усилием отвернулась и подошла к Мадам.
— Я собрала учеников, чтобы… — Она, повернув голову вправо, посмотрела на Марго-Риту и поморщилась, с трудом сдерживая стон. — Не прикасайся ко льду. Он поглощает волшебство и становится крепче металла. Не прикасайся к нему, слышишь, — похоже, она начинала бредить. — Не смей прика…
— Мадам! Расскажи, лёд тебя побери, хоть что-нибудь! Кто всё это устроил? — Марго-Рита повысила голос, но Мадам, продолжая что-то едва слышно бормотать, погрузилась в беспамятство. — Мадам! Ты меня слышишь?
Попытки достучаться до неё уже казались бесполезными, когда она вдруг снова открыла глаза, с трудом сфокусировала взгляд на чём-то за её спиной и закричала:
— Беги, спасайся! Он здесь! Здесь!
Марго-Рита резко обернулась и забыла, как дышать. На её глазах лежащий на полу снег вздыбился тремя сугробами. Марго-Рита быстро осмотрела помещение — никого, кто мог бы устроить подобное, видно не было. Неужели ученики боролись с невидимым противником? Тогда у неё тоже нет ни единого шанса. Как бороться с тем, кого не видишь? Но противник слишком просто себя выдал. Зачем так глупо лишаться выигрышного элемента неожиданности? Не растерявшись, Марго-Рита быстро сменила позицию, чтобы сомкнутые створки лифта оказались позади и противник не смог напасть со спины. Просто так сдаваться она не собиралась. Она будет бороться до конца.
Ради Миха.
Три сугроба вновь пришли в движение и начали изменяться. Один за другим они приняли форму шаров и стали вдруг хаотично кататься по помещению, быстро увеличиваясь в размерах. Шары, не замечая препятствий, сбивали с ног и впечатывали в снег ледяные статуи, но обходили по широкой дуге застывшую в нерешительности Марго-Риту. Она посмотрела на Миха — он, слава теплу, не пострадал. Её начала бить крупная дрожь. Опасность витала в воздухе, делая его вязким и липким, но от кого она исходит, понятно не было.
Снежные шары — всего лишь отвлекающий манёвр, чтобы сбить её с толку, убеждала себя Марго-Рита. Но всё равно каждый раз, когда шар подкатывался чуть ближе, она с трудом удерживала себя, чтобы не рвануть со всех ног куда глаза глядят. Напряжение нарастало. Пытаясь следить за передвижениями всех трёх шаров, Марго-Рита ощутила, как начинает проваливаться в транс. Хаотичные движения из стороны в сторону, по кругу и по спирали завораживали. Мысли одна за другой исчезали, лишь белый снег, изрезанный широкими следами, имел значение. Захотелось спать. Марго-Рита сделала шаг назад и начала падать.
— Не поддавайся, — хриплый голос проник в убаюканное сознание и стал ушатом ледяной воды. — Беги! Ты ещё можешь спастись. — Мадам перешла на крик. — Беги!
Вздрогнув, Марго-Рита до хруста сжала кулаки. Ладони пронзила резкая, очищающая сознание боль — обломанные ногти острыми уголками впились в кожу. Обернувшись, она увидела, что стоит в полушаге от покрытой льдом стены. По спине пробежал холодок. Ещё немного, одно неосторожное движение, и она, коснувшись льда, стала бы статуей. Марго-Рита обняла себя за плечи и на мгновение закрыла глаза. Она сможет. Нужно сосредоточиться и не поддаваться панике. По телу от солнечного сплетения в разные стороны разошлись волны обжигающего тепла. Волшебство откликнулось на её мысли, давая понять, что всегда рядом. Стало чуть спокойнее. Марго-Рита отошла от стены и нашла глазами снежные шары.
Как только она на них посмотрела, они, словно по команде, подкатились к ней, выстроились в ряд и начали подпрыгивать. Самый большой шар подпрыгивал на несколько сантиметров, при приземлении создавая ощутимую вибрацию. Второй шар — средний — прыгал выше, как будто хотел перепрыгнуть своего более крупного собрата. Последний же, самый маленький, подлетал метра на три, легко и непринуждённо. Марго-Рита больно ущипнула себя, надеясь, что всё происходящее вокруг — сон и это поможет ей проснуться. Чуда не произошло, взбесившиеся снежные шары по-прежнему прыгали, создавая завораживающую картину.
Глухие удары об пол прекратились неожиданно. Шары изменили траектории своих прыжков и запрыгнули друг на друга: самый большой — внизу, средний — посередине, а самый маленький водрузился сверху. Наступила тишина.