Читать «Женские судьбы Гражданской войны» онлайн

согласно списку восьмым по счёту. Сухой язык протокола сохранил для нас политические веяния того времени. Полистаем его, чтобы лучше понять обстановку того времени. Вопросы-ответы, а за ними стоит судьба человека.

Вопрос: Какую общественную работу вела в «АМО»?

Ответ: Редакция стенгазеты, организатор Автодора.

Вопрос: Где конкретно проявила себя как противник троцкистов?

Ответ: В цеху на производстве, была ударницей, везде боролась за генеральную линию, разъясняла её. Приезжавшим из-за границы товарищам всегда давала определенную характеристику того, что было здесь, и этим била по троцкизму.

Перед глазами строгое лицо Елены Дмитриевны Стасовой, соратницы Ленина. Прямо в глаза Сахновской направлен её твёрдый, пронизывающий взгляд через стёкла пенсне.

Тов. Стасова: Мы требуем, чтобы троцкисты выступлениями на собраниях заклеймили своё прошлое. Как это сделали Вы?

Ответ: На заводе выступала и заклеймила свои ошибки, могу, если нужно, и сейчас сделать это.

Тов. Стасова: Не думали ли Вы, что Вам следовало перед чисткой выступить с этим в прессе?

Ответ: В этом моя ошибка.

Вопрос: Сообщали ли Вы об организационных формах борьбы троцкистов?

Ответ: Да.

Вопрос: Существуют ли личные связи с бывшими троцкистами?

Ответ: С восстановленными в партии связь имею.

Затем она говорила о том, что давно порвала с троцкизмом политически, как и многие её товарищи. С ними она сохранила личные дружеские связи. Взять хотя бы встречу нового, 1933 года. Рассказала товарищам по партии всё, как было на самом деле.

Вопрос: Вы встречали Новый год в компании бывших троцкистов, они поднимали тост за Троцкого, и Вы не протестовали?

Ответ: Попала на встречу Нового года случайно. Приехал товарищ Гершберг, бывший троцкист, он мне позвонил и позвал. О тосте я услышала в ГПУ. На встрече Нового года я этого тоста не слышала. Я пришла уже поздно и совершенно случайно. Когда я пришла, было уже около 2-х часов ночи… Ничего не пила, этого тоста не слышала. Было шумно, я допускаю, что если бы выпила, то могла бы поднять тост, и по этому судить о моём политическом лице нельзя.

Тов. Стасова: Вы имеете орден Красного Знамени. Он зря не достаётся. Что случилось с Вами, что сейчас, когда идёт вопрос о Вашей политической жизни и смерти, Вы не говорите то, что нужно сказать. Ваше поведение говорит о том, что Вы неискренни…

Да, у разведчиков должны быть железная воля, хладнокровие и выдержка. А здесь, представ перед партийным судом товарищей по партии и сослуживцев, Мария Филипповна не выдерживает.

Тов. Сахновская: У меня не было желания скрывать что-либо от комиссии. Если нужно порвать с мужем, я сейчас же порву с ним. Несмотря на то, какое решение будет обо мне, я до конца буду защищать… (плачет). С троцкизмом я порвала идейно, фактически и организационно.

Как видим, вопросы к члену партии Сахновской в основном касались её осуждения троцкизма и отношений с осуждённым мужем-троцкистом.

В чём он обвинялся – неизвестно. Ставила вопрос перед руководством и партбюро – молчат. Но не могла же она его бросить в беде.

Она откровенно рассказала, что вся её связь с мужем заключается том, что она ему каждые 6 дней пишет письма с рассказом о детях, посылает сухари и тёплые вещи. А троцкизм она осуждает и не поддерживает. В ответ товарищи по партии настояли, чтобы она порвала с мужем. Председатель комиссии Шафранский в конце задает заключительные вопросы.

Тов. Шафранский: Рвёшь ли ты с сегодняшнего дня с мужем?

Ответ: Если мне скажут, что нужно порвать, то порву.

Тов. Шафранский: Считаешь ли ты мужа троцкистом?

Ответ: До сегодняшнего дня не считала.

Тов. Шафранский: Делаешь ли ты вывод, что тебе нужно порвать с мужем самой?

Ответ: Нужно порвать, потому что партия квалифицирует его поступок как поступок троцкиста.

Вопрос: Ясно ли тебе самой, что порвать нужно?

Ответ: Ясно (плачет и уходит с собрания).

Комиссия принимает решение считать Сахновскую М. Ф. проверенной. Она же, выполняя слово, данное товарищам по партии, в тот же месяц оформляет развод с мужем.

Не будем торопиться с выводами и спешить осудить её за отступничество: как будто «легко» отказалась от недавних политических пристрастий, согласилась на развод с осуждённым мужем. Порой не просто понять слова и поступки людей того времени. И потому не станем их оценивать и мерить мерками нынешнего дня.

Постараемся понять трагедию человека, которого чужая злая воля поставила перед жестоким выбором: или добровольное отречение от родного человека, или клеймо отступника и политического врага.

Подготовка диверсантов для интернациональных бригад

Сахновская в то время возглавляла специальный отдел, который занимался подготовкой представителей разведки и Коминтерна к ведению партизанской войны. Известный специалист по диверсионной работе и минно-взрывному делу полковник И. Г. Старинов, которому тогда довелось работать под началом Марии Филипповны, вспоминал о ней с должным уважением. Он отмечал, что это была «опытная, энергичная, мужественная женщина, награжденная в числе первых орденом Красного Знамени». В отделе Мирры Сахновской в Москве он работал в 1933 году. В то время он участвовал в подготовке специалистов по минно-взрывному делу. Об уровне обучавшихся может свидетельствовать упоминание Старинова о том, что он ознакомил с применением минной техники некоторых руководителей компартий зарубежных стран – Пальмиро Тольятти, Вильгельма Пика, Александра Завадского и других.

Однако будущая легенда диверсионной борьбы сомневался в том, что работа по подготовке будущих диверсантов и организаторов партизанской войны ведётся достаточно активно. В ответ на опасения Старинова в том, что подготовка к будущей партизанской войне не расширяется, Сахновская ему говорила, что «суть дела теперь не в подготовке партизанских кадров, что их уже достаточно, а в организационном закреплении проделанной работы». Лишь позже он узнал, что Мария Филипповна острее него переживала за порученное дело, но все её предложения о том, как улучшить диверсионную подготовку, отвергались где-то наверху.

Кольцо невзгод опять сжимается

А беды и невзгоды уже пришли в её дом. В феврале 1934 года в десятилетнем возрасте умирает старшая дочь Лена. Из дома уходит приёмная дочь Ольга. Вновь нагнетается обстановка на службе. До этого на протяжении всей её жизни и службы, видимо, кто-то из высокопоставленных друзей или покровителей не раз негласно выводил её из-под удара. Так случилось и в этот раз. В марте 1934 года Сахновская была неожиданно направлена на годичную войсковую стажировку в Московскую Пролетарскую стрелковую дивизию.

Стажировалась комдив с высшим военным образованием в должности командира стрелковой роты. Ротами в дивизии командовали старшие лейтенанты и капитаны. Ей же по армейскому статусу, академическому образованию и боевому опыту полагалась бы стажировка