Читать «Влияние морской силы на историю» онлайн

Утрехтского и составляет целую эпоху в истории. Император не торопился примиряться, но потеря британских субсидий сковала движения его армий, а с прекращением участия морских держав континентальная война могла бы прекратиться, однако Франция, которой развязали руки, предприняла в 1713 году блестящую и успешную кампанию в Германии. 7 марта 1714 года был подписан мир между Францией и Австрией. Слабые искры войны продолжали тлеть в Каталонии и на Балеарских островах, которые настаивали на своем нежелании признать Филиппа V; но возмущение их было подавлено, едва оружие Франции обратилось против них. Барселону взяли штурмом в сентябре 1714 года, а острова сдались следующим летом.

Перемены вследствие этой долгой войны, обусловленные мирными договорами, были, если опустить детали меньшей или преходящей важности, таковы: 1. Дом Бурбонов утвердился на испанском троне, а испанская монархия сохраняла свои владения в Вест-Индии и в Америке; план Вильгельма III уничтожить ее господство обрушился в тот миг, когда Англия решила оказывать поддержку австрийскому принцу и таким образом приковала большую часть своей морской силы к Средиземному морю. 2. Испанская монархия потеряла большую часть владений в Нидерландах, ибо Гельдерланд достался новому королевству Пруссия, а Бельгия – императору; Испанские Нижние земли сделались теперь Австрийскими. 3. Испания потеряла также главные острова в Средиземном море: Сардинию отдали Австрии, Менорку с ее великолепной гаванью – Великобритании, а Сицилию – герцогу Савойскому. 4. Наконец, Испания потеряла и итальянские владения, Милан и Неаполь перешли к императору. Таковы в главных чертах были для Испании результаты борьбы за наследство ее трона.

Франция, оказывавшая поддержку успешному претенденту, вышла из борьбы истощенной и со значительными территориальными потерями. Она добилась утверждения короля из собственного королевского дома на соседнем троне, но ее морская сила была подорвана, население уменьшилось, а финансовое состояние пришло в упадок. Отнятая в Европе территория располагалась на ее северо-восточной границе; еще пришлось отказаться от пользования Дюнкеркским портом – центром крейсерской войны, так устрашавшей английских купцов. В Америке уступка Новой Шотландии и Ньюфаундленда стала первым шагом к полной потере Канады полстолетия спустя. В тот раз она удержала остров Кап-Бретон и порт Луисбург – ключ к заливу и реке Святого Лаврентия.

Приобретения Англии, военными действиями и по договору, весьма близко соответствовали потерям Франции и Испании и все способствовали развитию и упрочению ее морского могущества. Гибралтар и Порт-Маон в Средиземном море и вышеупомянутые колонии в Северной Америке обеспечили новые базы для этого могущества, способствуя расширению и улучшению национальной торговли и большему обеспечению ее защиты. Ослабление морских сил Франции и Голландии, расшатанных упадком флотов из-за неимоверных издержек по ведению сухопутной войны, послужило к выгоде Англии; дальнейшие сведения об этом упадке будут даны ниже. Сама невозможность для Голландии снарядить условленное число кораблей во время войны и дурное состояние снаряженных накладывали, конечно, лишнее бремя на Англию, однако послужили, можно сказать, к ее благу, побуждая флот к большему развитию и к большим усилиям. Несоответствие между морскими силами увеличилось уничтожением порта в Дюнкерке; так как, не будучи сам по себе первоклассным портом и не имея глубокой гавани, он в то же время обладал внушительными искусственными укреплениями, и его положение было особенно пригодно для того, чтобы беспокоить английскую торговлю. Он отстоит всего на сорок миль от южного Форланда и от Даунса, а кратчайшее расстояние от него до английского берега Канала равно двадцати милям. Дюнкерк был одним из самых ранних приобретений Людовика XIV, который заботился о нем как о своем детище; срытие укреплений и засыпка порта показывают, сколь велико было унижение короля Франции в ту эпоху. Но Англия всегда держалась мудрой системы не сводить свою морскую силу единственно к военной составляющей или боевым кораблям, поэтому коммерческие выгоды, которые она обеспечила себе во время войны и по мирному договору, были весьма велики. Торговля невольниками с Испанской Америкой, сама по себе прибыльная, сделалась для Англии еще более полезной как средство для огромных контрабандных сношений с этими странами, что вознаградило неуспех попыток англичан к завоеваниям; в то же время уступки, сделанные Португалии Францией в Южной Америке, также послужили к выгоде Англии, которая по договору 1703 года приобрела первенство в португальской торговле. Уступленные северо-американские колонии были весьма ценными не только и не столько как военные станции, но и в коммерческом отношении. Помимо всего, Англия заключила на выгодных условиях торговые договоры с Францией и Испанией. Английский министр, защищая мирный договор в парламенте, сказал: «Выгоды для нас от этого мира проявляются в увеличении нашего богатства, в большом количестве слитков металла, недавно перечеканенного в нашу монету; в огромном увеличении со времени мира числа наших судов, рыбопромышленных и вообще торговых, в изрядном росте пошлин на предметы ввоза, в нашей фабричной деятельности и в росте нашего вывоза», – словом, в оживлении торговли во всех ее отраслях.

Итак, Англия оказалась после войны в крайне благоприятных условиях и явно заняла позицию морского превосходства, которое так долго сохраняла, а вот ее старая соперница в торговле и в боях осталась безнадежно позади. В результате войны Голландия ничего не приобрела на море – ни колоний, ни станций. В торговом договоре она поставлена была относительно Франции в те же условия, что и Англия, но не получила никаких уступок, которые давали бы ей возможность обосноваться в Испанской Америке, чего добилась ее союзница. Надо сказать, что за несколько лет до мира, когда коалиция еще поддерживала Карлоса, британский министр заключил с последним, тайно от Голландии, договор, практически дававший Англии монополию испанской торговли в Америке с допуском к участию только самих испанцев, – по сути, никого, кроме англичан. Этот договор случайно сделался известным голландцам и произвел на них сильное впечатление, но Англия была тогда настолько необходима для коалиции, что совершенно не рисковала быть изгнанной из нее. Приобретение Голландии на суше состояло только в праве военной оккупации в Австрийских Нижних землях некоторых укрепленных пунктов, известных в истории как «барьерные города»; ничего не прибавилось ни к ее доходам, ни к населению, ни к средствам производительности, ни к той национальной силе, которая необходима для поддержки военных учреждений.

Голландия сошла, быть может неизбежно, с того пути, по которому двигалась ранее к богатству и главенству между державами. Настоятельные нужды ее континентального положения привели к пренебрежению своим флотом, что в те дни войн и приватирства повлекло за собой потери в транспортной деятельности на море и в морской торговле; хотя она высоко держала голову во время войны, симптомы слабости уже проявлялись в недостатке вооруженных