Читать «Истинная декана. Дочь врага. Академия Лоренхейта» онлайн
Алена Шашкова
Страница 40 из 82
Теперь все внимание гостя направлено на Ругро. На лице незнакомца появляется ухмылка, как будто ему нравится то, как злится мой куратор.
— Какого… — Ругро едва сдерживает ругательство, когда читает выписку от целительницы. — Я запрещаю.
И я понимаю, о чем он — о работе в вольере. Но сейчас я как никогда отчетливо чувствую, что мне туда надо. Я сама тянусь к фамильярам, они ко мне тянутся. И пусть я не могу иметь своего, но могу помочь другим.
— Это рекомендация профессора Курт, — возражаю я. — Она полагает, что мне может пойти на пользу, потому что после того случая, когда…
— Молчи, — резко вскидывает на меня взгляд Ругро. — А раз ты полностью восстановилась, — произносит он, улыбаясь только уголками губ, — то вечером жду тебя на нашей тренировке. Ты слишком много пропустила.
— Как скажете, профессор Ругро, — сжимаю кулаки и смотрю прямо в глаза, хотя от этого в груди сжимается крепкий узел переживаний. — Я могу идти? Мне еще надо успеть к профессору Флоффу.
Взгляд черных глаз Ругро проникает как будто внутрь меня, он словно ищет в глубине моих глаз что-то, но никак не может найти. Или… может?
Он первый разрывает зрительный контакт, переключая внимание на своего гостя.
— Мне уйти? — спрашивает мужчина.
— Нет, — резко бросает Ругро и отвечает уже мне: — Идите, студентка Ройден. И помните, что я не люблю опозданий.
Буквально выбегаю из кабинета декана, стараясь не обращать внимания на насмешливые взгляды студентов, которые это заметили. Да, после сегодняшних намеков Риделии по поводу моей влюбленности в Ругро, теперь наверняка несложно представить, какими слухами пополнится академия.
“Бедняжка Кассандра влюбилась в куратора…”
Хотя, нет, про “бедняжку” это я себе льщу. Все скорее порадуются, что “дочь предателя” будет испытывать мучения. Она же этого достойна по наследию крови. Какое счастье, что никто не знает, что я на самом деле испытывала всю свою жизнь.
С этими мыслями я добираюсь до вольера, но как только переступаю через порог, и до меня доносится жалобное хрюканье старого знакомого, отбрасываю все эти глупые рассуждения. Похожу к загону, где держат кабана, который помогал мне на практике по защитным куполам.
Он выглядит… Так себе. В черных пуговках-глазках тоска и боль, хотя внешних повреждений я не замечаю. Мысленно перебираю все возможности, почему ему может быть так плохо, и понимаю, что больше всего это похоже на то, что с магией хозяйки проблемы, а фамильяр просто не справляется.
Даже не анализирую и не допускаю мысли, что поступаю опрометчиво. Открываю загон и захожу внутрь, аккуратно протягивая раскрытую ладонь к животному. Кабан еще разок хрюкает, и моих пальцев касается прохладный пятачок.
— Ну вот, все хорошо будет, не переживай, — я присаживаюсь и аккуратно провожу рукой между ушами. — Совсем тяжело хозяйке? А тебя к ней не пускают? Может, я могу помочь?
— Может, и можете, — раздается за спиной голос Флоффа.
Я пугаюсь, но от животного не отхожу, только поворачиваюсь к преподавателю.
— Когда вас послушал лев, я, честно говоря, подумал, что это случайность, — рассказывает Флофф, не заходя в вольер. — Когда вы смогли выставить щит чужому фамильяру, я засомневался. Но когда вы договорились с этим темпераментным существом… Я понял, что именно вы мне и можете помочь.
— С чем, господин Флофф?
— С фамильярами, конечно, — пожимает плечами преподаватель. — Мало кому хочется тут работать, и еще меньше находят общий язык с животными.
— Но ведь вы хотели взять мою кузину, Риделию, — удивленно спрашиваю я, продолжая поглаживать морду кабана.
— Это она хотела, — усмехается Флофф. — Потому что работа тут дает некоторые преимущества на экзамене. Но ее методы работы с животными меня немного не устраивали. Да и результаты этой работы, которыми она пыталась доказать свою полезность — тоже. В отличие от ваших.
Флофф поднимает руку и показывает пальцем на кабана. Я тоже оборачиваюсь на него и вижу, что фамильяр… заснул.
— Он не мог успокоиться больше суток, — говорит преподаватель. — А ведь это сейчас очень важно для его хозяйки и восстановления магических потоков.
— Но… разве фамильяр не стабилизирует магию хозяйки? Разве не он должен помогать, когда с силой что-то не так? — еще раз аккуратно провожу по голове кабана и поднимаюсь на ноги.
— Он уже помог, когда смог сдержать первый всплеск силы, выведя переизбыток на себя, — рассказывает Флофф. — Теперь ему самому нужен отдых. А о девочке позаботятся целители.
Так это фамильяр той девочки! Что же с ней могло бы быть, если бы он не помог?
— И много у вас работы? Часто ранятся фамильяры? — спрашиваю я, намекая, что почти каждый раз, как я тут бывала, сталкивалась с чем-то подобным.
— Обычно уход не занимает много времени и сил, но, похоже, последнее время все студенты стали слишком активно практиковаться, — как-то невесело усмехается он, как будто сам не верит в то, что говорит.
— А вы рассказывали об этом ректору? — хмурюсь я.
— Жаловаться на то, что студенты практикуются? — пожимает плечами он.
Ну… Логично. Я же тоже просто так не пошла никому ни о чем рассказывать. Хотя лучше бы пошла…
— Идем, покажу тебе тут все.
В комнату я возвращаюсь уже довольно поздно, почти перед комендантским часом, но уже за несколько шагов до двери в нашу комнату слышу громкий веселый смех оттуда. Не похоже на моих соседок, потому что обычно они сами куда-то уходят, а не к нам приглашают.
Открываю дверь и вижу, что на моей кровати сидит миловидная девушка. Она переводит на меня взгляд:
— О, привет! Вот ты какая, Кассандра.
Глава 36
— Какая? — спрашиваю я, заранее готовясь к привычному презрению или насмешкам.
— Симпатичная, — внезапно отвечает девушка и улыбается.
Я каждой частичкой тела чувствую, что она говорит это искренне, потому что так думает.
— Касс, знакомься, это Алисия, — Эмма, сияя, как солнце после летнего дождя, представляет нашу гостью. — Мы с ней жили некоторое время.
— Слишком короткое, я считаю!