Читать «Минус на минус дает плюс» онлайн
Хлоя Лиезе
Страница 23 из 93
Точно. Мы живём не так далеко друг от друга. Скорее всего, мы оба всегда пользовались этим магазином. Просто обычно я прихожу рано утром.
Всего этого я не говорю, потому что её чрезвычайно отвлекающий наряд перегрузил мой мозг. Би заполняет паузу.
— Может, мы никогда не пересекались, потому что мы живём по противоположным графикам, — говорит она. — Мне нравится приходить поздно вечером. Тут намного тише.
— В семь утра тут практически ни души, — наконец, выдавливаю я. — Я предпочитаю рано ходить за покупками.
— Ну естественно. Рано встаёшь. Рано ходишь за покупками. Ты, наверное, пробегаешь целый марафон, выпиваешь смузи без углеводов, а потом покупаешь исключительно органические продукты.
— Один взгляд на вскрытый труп человека, который страдал от плохого питания, и ты бы тоже начала правильно питаться.
— Фу, — говорит она. — Воздержусь. Я предпочитаю жить в неведении.
Я не могу отвести глаз от её леггинсов. Они покрыты утконосами, и над каждым поднимается пузырёк речи. Первый, который я вижу, гласит: «Нет сосков? Нет проблем».
Беатрис осознаёт, на что я смотрю, и опускает взгляд.
— Да, я не ожидала наткнуться на кого-то знакомого. Это мои отпугивающие штаны.
— Отпугивающие штаны?
— Отгоняют всяких жутких типов.
— Аа, — я не могу перестать пялиться. — Утконосы ведь млекопитающие, верно? — я показываю на пузырек со словами, который я прочитал. — Тогда как они кормят своих детенышей?
Она ослепительно улыбается, сплошь белые зубы и искрящие голубо-серо-зелёные глаза. Мир слегка покачивается. Эта улыбка — опасная штука.
— Вместо сосков самки кормят детенышей через складки в шерсти на их животе.
— Понятно, — Би сказала слово «соски», а я краснею как школьник. Я прочищаю горло, к щекам приливает жар. Оторвав взгляд от её леггинсов с утконосом, я вижу, что она всё ещё держит руки строго за спиной, пряча свою корзинку. — Би, почему ты прячешь свою корзинку?
На её щеках расцветает румянец.
— Корзинку? Какую корзинку?
— Ту, которую ты держишь за спиной.
— О! — она пожимает плечами. — Пффф. Ерунда.
— Если это вредная еда, обещаю, я ничего не скажу. Мой рабочий день закончился.
Она выгибает бровь.
— Серьёзно? Мне кажется, ты всегда готов к нотациям.
— Ах да. Это же фишка Козерогов, верно?
Ещё одна победоносная улыбка озаряет её лицо.
— Ха! Ты поддался и почитал про себя, да?
— Нет.
Возможно. Мельком.
— Ты точно почитал, — она сдвигает корзинку за спиной, морщась от того, как это создаёт нагрузку на её плечи. — Что ж, — говорит она, неуклюже сдвигаясь бочком так, чтобы корзинка оставалась спрятанной. — Весело было.
Потому что её глаза не отрываются от меня, Би не замечает отдельно стоящие друг на друге корзинки с разными снэками. Налетев на них, она пошатывается и заваливается вперёд, но я бросаюсь к ней и хватаю за запястье прежде, чем она упала бы. Когда я тяну её к себе, она по инерции падает мне на грудь.
— Чёрт! — вопит она, и её ладони приземляются на мою талию, пока она восстанавливает равновесие.
Меня омывает волна её запаха, её тёплые ладони прожигают мою одежду насквозь. Я хрипло сглатываю, умоляя своё тело остыть. Прошел год с тех пор, как кто-либо прикасался ко мне. Дело только в этом.
— Ты в порядке? — спрашиваю я.
Выпрямившись, она быстро делает шаг в сторону от меня и едва не поскальзывается на рассыпавшемся содержимом одной из корзинок со снэками.
Я снова подхватываю её, на сей раз за локоть.
— Полегче.
— Точно, — она кивает, неровно дыша. — Точно. Я в порядке.
— Хорошо.
Наши глаза встречаются на несколько долгих секунд, потом Би отводит взгляд. Я слежу за её взглядом и замечаю корзинку, содержимое которое рассыпалось по ламинатному полу магазина.
Дюжина кексов. Мидол. Ночные прокладки. Две консервные банки макарон «Шеф Боярди». И...
(Имеется в виду, что макароны полностью готовы к употреблению, с соусом и прочими добавками, то есть, консервная банка содержит полноценное блюдо, — прим)
Милостивый Иисус. Это самая большая бутылка смазки, что я видел в своей жизни.
Би снова вопит, бросаясь к своим товарам. Я наклоняюсь вовремя, чтобы подобрать кексы и банки «Шеф Боярди», пока она заталкивает в корзину покупки, которых она явно смущается сильнее всего.
— Спасибо, — говорит она, быстро забирая вещи из моих рук и безрезультатно пытаясь прикрыть смазку, прокладки и лекарство от ПМС. — Ну, это было унизительно...
— Би, — я подхожу ближе, понижая голос. — Я врач. У меня не случится истерика при виде признаков твоего менструального цикла.
Она делается ярко-розовой.
— О Боже, Джейми. Обязательно было тебе говорить это.
— Что? Это абсолютно естественно... — с каждой секундой она становится всё розовее. Меня затапливает смущением. — Прости. Я не хотел, чтобы тебе было неловко. Я просто хотел, чтобы ты знала...
— Всё хорошо, — выпаливает она. — Я не знаю, почему смутилась. Я не стыжусь своих месячных. Просто я теряюсь в твоём присутствии... — она медленно вдыхает, затем выдыхает. — Всё хорошо. Давай просто... двигаться дальше.
Прежде чем я успеваю ей ответить, наши телефоны хором орут. Мой сигнал — это трио звонков телефона с дисковым набором. А у Би — это «Bad Girls» в исполнении M.I.A.
Мы выуживаем свои телефоны и смотрим на экраны.
Костяшки пальцев Би белеют.
— Моя сестра ходит по очень тонкому льду, бл*дь.
Сообщение Джулс в общий чат гласит: «Боулинг в "Аллее" в эту пятницу, ровно в 21:00! Я забронировала две дорожки. Возьмите с собой деньги на аренду обуви и много соревновательного духа:)»
Тут же сыплются ответы. Все чудом оказываются свободны и тут же отвечают.
— Что ж, — я убираю телефон в карман. — Они определённо не унимают желание мести, да?
— Определённо, — вздыхая, Би трёт глаза. — Прежде чем нас перебили, я перебила тебя. Я уже запуталась. Что ты говорил?
— Всего лишь... — требуется немного храбрости, медленный глубокий вдох, и только потом слова подчиняются мне. — Пусть мы с тобой притворяемся, это для всех остальных. Ты можешь быть честной со мной. По правде говоря, так будет проще.
Она выгибает бровь.
— Ты не кажешься мне тем, кто захочет уровень честности Би Уилмот.
— Я понимаю, что я не из тёплых и пушистых. Я кажусь резким, когда сам того не хочу. Я понимаю, что мы начали не лучшим образом, и я как будто фундаментально неспособен не оскорблять тебя, но я не нарочно это делаю, обещаю.
Она прикусывает губу и смотрит в пол.
— Просто у меня такое чувство, что ты меня осуждаешь.
— У меня такое же чувство в отношении тебя.
— Я не осуждаю, — её глаза встречаются с моими. Би делает