Читать «Человек. Книга. История. Московская печать XVII века» онлайн

Особый колорит для людей того времени книге придавала не только эта ее совершенно необычная оперативность, но и публикация переписки Никона с патриархом Константинопольским Паисием и включение в сборник актуальных для России трудов восточных иерархов – участников Собора 1655 г. В книгу вошли труды св. Афанасия Александрийского (293–313) – одного из самых последовательных и активных борцов с учением Ария; Нила Кавасилы – популярного полемиста с противниками Паламы и «латинянами», а также греческих авторов XVI в., писавших и издававшихся в Венеции. Таковым был Николай Малакса – писатель и издатель, некоторые из составленных им стихов (например, Андрею Первозванному) вошли в православное богослужение.

Среди авторов текстов, включенных в сборник, мы находим Иоанна Студита Дамаскина[254], популярное произведение которого «Сокровище» (528 г.), изданное в Венеции и переведенное на славянский язык, давало священникам основу для составления проповедей в течение всего церковного года еще до выхода трудов Симеона Полоцкого.

В том же сборнике помещено поучение «О семи таинствах» Гавриила, патриарха Сербского, присутствовавшего на Соборе 1655 г. Некоторые вошедшие в книгу сочинения неоднократно перепечатывались при правлении иных патриархов, так как оставались актуальными и через много лет. В состав книги вошли: поучение Максима Грека, авторитетного и для сторонников, и для противников реформ; труд Зиновия Отенского; обращенные к восточным патриархам вопросы самого Никона. В основу издания был положен греческий сборник «Скрижаль», составленный Иоанном Нафанаилом и переведенный справщиком Печатного двора Арсением Греком, содержащий изложение богословского смысла литургии, богослужебных чинов и священнодействий. Фактически в сборнике были напечатаны наиболее авторитетные ответы и древних, и современных событиям авторов на все важнейшие спорные вопросы, обсуждавшиеся на соборах 1654–1655 и 1656 гг.[255]

В январе 1661 г. на Печатном дворе вышел «Тестамент к сыну Льву», приписываемый византийскому императору Василию[256]. Эта книга представляет собой сборник кратких поучений, каждое из которых имело заглавие, соответствующее его содержанию, т. е. книга была оформлена как справочник по широкому кругу вопросов. И на этом издании сказался новый характер московской печати: в конце книги помещены примечания исторического, критического и источниковедческого характера. Например, издатели спорят с Цезарем Баронием и другими историками о времени правления императора Василия, сопоставляют это правление с историческими событиями русской истории. Среди кратких поучений «Тестамента» мы находим главки: «О пропитании книжном» (глава 54), «О учении слов» (глава 62), «О полезных книгах пропитании» (глава 64). В главе 64 автор повторяет мысль о необходимости чтения: «Не ленися древних мужей прочитывати советывания, многа бо в них обрящеши… потребная». В качестве примера полезных книг приводятся труды Соломона, Сократа (!), Иисуса Сирахова.

Действенность актуальных учительных книг Печатного двора объяснялась прежде всего подбором самых талантливых и образованных российских авторов и переводчиков-греков. При этом авторами и составителями важнейших во второй половине века книг являлись богословы разных воззрений на дальнейшую ориентацию Русской православной церкви – и так называемые латинствующие, и грекофилы, яростно спорящие между собой. О каждом авторе, чьи произведения опубликованы в эти годы на Печатном дворе, существует значительная литература.

Многочисленные труды Симеона Полоцкого, Афанасия Холмогорского, Кариона Истомина, Федора Поликарпова, рукописные и печатные, опубликованы в XIX и XX вв.

Руководство Печатного двора в XVII в. чрезвычайно осторожно публиковало новые тексты. Симеону Полоцкому удалось напечатать свои книги только как руководителю государевой Верхней типографии. То же самое можно сказать и о переводчиках, необходимых Печатному двору, собственные работы которых, однако, подвергались острой критике со стороны Церкви и тем более со стороны старообрядцев. Но именно благодаря всем этим людям – крупнейшим представителям и авторитетам в своей области – Печатный двор смог выполнить сложнейшие функции, связанные с ролью печатной книги в переходное время.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

Активное участие в деятельности Печатного двора Симеона Полоцкого в качестве одного из авторитетнейших авторов позволяет увидеть важную причину успеха печатной полемической книги. Европейски образованный богослов, талантливый писатель, поэт, философ, создатель знаменитой Верхней типографии, он был в истинном смысле слова просветителем и, несомненно, оказал самое существенное влияние не только на работу типографии, но и на все области духовной жизни своего времени.

Книгой, отвечавшей требованиям актуальной полемики, стал «Жезл правления», принадлежащий перу именно этого предтечи Нового времени[257]. «Жезл правления» – совершенно особая книга. Она фактически представляла собой вполне официальный документ, так как была подготовлена автором по решению Собора 1666 г., осудившего патриарха Никона, но потребовавшего продолжения его реформ – исправления книг и борьбы с «лжеучителями». Указ о начале печати «Жезла правления» последовал 20 декабря 1666 г., всего через несколько дней после объявления приговора бывшему патриарху. «Жезл» подводил итоги борьбы с последователями Аввакума – Никитой Константиновичем Добрыниным (Никитой Суздальцем) и попом Лазарем.

Автор прямо заявлял, что книга «сооружена от всего Освященного собора… в лето 7174 майя в 7 день» «на правительство мысленного стада православно-российский церкве». В начале текста четко изложены цели издания: «во утверждение колеблющихся в вере», «в наказание непокорных овец», ради «казания на поражение жестоковыйных и хищных волков, на стадо Христово нападающих». Эта книга продолжала дело, начатое изданием «Скрижали», опровергая полемику Никиты Суздальца, подробно разобравшего в своей «челобитной» «Скрижаль» и назвавшего эту книгу «богохулной злой ересью». Симеон Полоцкий приводит в «Жезле правления» тексты всех «обличений» Никиты на «Скрижаль» и отвечает на них своими «Возобличениями». Во второй части «Жезла» автор отвечает своими «возобличениями» на 70 «обличений» попа Лазаря[258].

Гравюра с изображением евангелистов и Иоанна Златоуста. Иоанн Златоуст. Беседы на евангелиста Матфея, части I и II. Ч. 1. М.: Печ. двор, 1664 (Я. II, 215)

Своевременный выход книги (переиздана в 1753 г.), направленной против «учителей раскола», был чрезвычайно важен, чтобы осуждение Никона не позволяло надеяться на прекращение борьбы с его противниками. Эту же цель выполнял и вышедший в том же 1667 г. «Служебник с Соборным свитком», т. е. с решениями церковного собора. В архиве об издании «Соборного свитка» говорится: «Царь указал печатать… и каким приводом напечатать, и о том приговоре святейших вселенских патриархов Паисия Александрийского и Макария Антиохийского и святейшего Иоасафа патриарха Московского и всего священного собора за их руками отдан справщиком архимандриту Дионисию с товарищи». Подготовка к изданию «Соборного свитка» связывалась с именами самых уважаемых иерархов и самых профессиональных справщиков Печатного двора. В 1668 г. текст был переиздан «в полдесть среднею азбукою» двумя тиражами в Служебнике (2400 экз.) и «Соборном деянии» – «полтретьи тетради пол два выхода» (2,5 тетради, 1800 экз.). В 1674 г. дважды опубликовано, в июле и октябре, Слово того же Симеона Полоцкого «Поучение о благоговейном стоянии в церкви Божии и на волхвов»[259].