Читать «Всадник Апокалипсиса: Прелюдия для смертных» онлайн

такой… отстранённой. Как будто ты не здесь.

Потому что я и не здесь, – подумала она, глядя на него своими идеально поддельными глазами. – Я на войне. Я в тенях. Я везде, кроме как за этим столом.

– Я просто устаю, – сказала она вслух, притворно потирая виски. Урок № 8: «Объясни свою холодность физическим состоянием». – После работы голова гудит.

– Тогда тем более надо отдыхать! – он снова забеспокоился.

– Я отдохну, когда мы будем уверены в завтрашнем дне, – парировала она, вставая и начиная собирать со стола. Урок № 34: «Закончи сложный разговор на оптимистичной ноте и переведи тему действием».

Он больше не настаивал. Они помыли посуду вместе, как всегда. Без ссор, без упрёков. Идеальная семья. Идеальная ложь.

Позже, когда все уснули, она стояла у окна в гостиной, глядя на ночной город. Её истинное лицо, изрезанное чёрными прожилками, отражалось в стекле. Она была охотником, затаившимся в самой уютной норке, какую только можно придумать. Эта идеальная жизнь была её лучшей маскировкой и её самой уязвимой точкой.

Она думала о демоне, чью глотку она вырвала. О легенде, ходившей среди его сородичей. Кто-то следующий уже мог быть на пути. Ищущий славы. Ищущий её.

Она сжала кулаки. Нет. Она не будет ждать. Она не станет дичью. Завтра она сама начнёт охоту. Ей нужны были ответы, и если Бальтазар не являлся, она найдёт их сама. Её пальцы потянулись к холодному стеклу, словно уже ощущая под собой шершавую кожу следующей жертвы.

Тишина в квартире была обманчивой. Она была заряжена ожиданием бури. Идеальная жизнь трещала по швам, и только они одни, кажется, этого не замечали.

Глава 8. Урок 3: Искусство маленькой лжи (почему нельзя говорить бабушке, что её пирог отвратителен)

Они сидели на скамейке у входа в городской парк. Бальтазар, щёгольски одетый в тёмно-бордовый пиджак, поглощал шаурму, а Лира с неподвижным лицом наблюдала за проходящей мимо парой пенсионерок.

– Видишь этих двух сияющих, как перезревшие персики, дам? – с набитым ртом спросил Бальтазар, кивая в их сторону. – Одна только что похвалила новую причёску другой. Что ты чувствуешь?

– От той, что хвалила… исходит волна лёгкой зависти и злорадства. Её подруга сделала неудачную химическую завивку, и она это прекрасно видит. Но говорит комплимент. Со стороны второй… чувствуется тревога, неуверенность в своей внешности и… слабая, но тёплая волна благодарности за похвалу. Она хочет верить, что всё выглядит хорошо.Лира нахмурилась, сосредоточившись.

– Браво! – Бальтазар аплодировал, облизывая пальцы. – Считывание на пятёрку с плюсом. А теперь главный вопрос: что скажет в ответ дама с завивкой, если она хоть на секунду усомнится в искренности подруги?

– Спросит: «Правда? Тебе нравится?» – ответила она, вспомнив шаблон из прошлых наблюдений.Лира задумалась.

– Повторит комплимент, но с большей уверенностью, – безжизненно отбарабанила Лира.– Верно! И что ответит первая?

– Именно! – Бальтазар ткнул в неё пальцем. – И это, моя дорогая глыба льда, называется Урок третий: Искусство маленькой лжи. Или, если хочешь, социальная смазка. Без неё человеческое общество рассыпалось бы в кровавое месиво из оскорблённых чувств и драк за правду.

– Но зачем? Это неэффективно. Это трата энергии на поддержание иллюзии.Лира смотрела на него пустым взглядом.

– Ах, если бы мир был логичным! – вздохнул Бальтазар, закатывая глаза. – Людям нужны иллюзии. Им нужно чувствовать себя хорошими, красивыми, нужными. Даже если это не так. Прямая правда – это как удар молотком по хрустальной вазе. Она разобьёт хрупкое эго вдребезги. А маленькая ложь… она как мягкая упаковка для горькой пилюли. Её проглатывают, не подавившись.

– Вот смотри. Урок №1 был «Как не напугать людей» – это про базовое выживание. Урок №2 – «Как притворяться, что тебе не всё равно» – это про создание комфортной атмосферы вокруг себя. А этот урок… он про активное социальное взаимодействие. Про то, как нравиться. Как располагать к себе. Это следующий уровень.Он наклонился ближе, понизив голос до конспиративного шёпота.

– Зачем мне нравиться? – спросила Лира с искренним, ледяным недоумением.

– Чтобы тебя не съели, глупышка! – фыркнул Бальтазар. – Чем больше ты нравишься, тем меньше тебя исследуют. Внимательно изучают тех, кто раздражает или пугает. На симпатичных, приятных людей смотрят сквозь розовые очки. Они могут творить что угодно, и им простят. «Ой, да она же такая милая, наверное, не со зла!». Понимаешь? Это твой щит.

Он описывал ситуацию, а она должна была придумать социально приемлемый, «приятный» ответ.Он заставил её просидеть ещё час, играя в игру «Что сказать?».

– Слабо! Слишком прозрачно! – отмахнулся Бальтазар. – Лучше сказать: «Как вкусно! Я обязательно съем, но потом, а то только пообедала». И сделать один маленький вежливый укус. Бабушка будет счастлива, а пирог потом можно отдать собаке или выбросить. Это и есть – маленькая ложь во спасение. Её души и твоего желудка.– Твоя одноклассница показывает тебе кривой рисунок. Твои действия? – Сказать: «Мне нравятся цвета», – ответила Лира. – Отлично! Уходим от оценки качества, хвалим нейтральный параметр! Молодец! – Твой учитель сделал ошибку в уравнении на доске. – Вежливо указать на это, начав со слов: «Извините, возможно, я ошибаюсь, но…» – Прекрасно! Смягчающая конструкция! Снимаем с себя обвинительный тон! – Бабушка угостила тебя пирогом, который на вкус как пропитанная сахаром тряпка. Лира замерла. Это было сложнее. – Сказать… «Спасибо, я не голодна»?

Лира слушала, и в её холодном, безэмоциональном разуме что-то щёлкнуло. Она начала понимать извращённую логику этого мира. Правда была опасна. Правда ранила и изолировала. Ложь – сплачивала и защищала.

– Это… очень сложно, – призналась она.

– Ещё бы! – рассмеялся Бальтазар. – Люди учатся этому с пелёнок. А ты пытаешься освоить за пару лет. Но у тебя есть преимущество – ты не обременена собственными чувствами. Ты как чистый лист. Ты просто заучиваешь алгоритмы. Для тебя это легкая когнитивная задача. Как шахматы.

В тот вечер, вернувшись «домой» (в семью, которая так и не стала своей), Лира применила урок на практике. Мать той, первой Лиры, спросила её, как прошёл день.

Вместо своего обычного «нормально», Лира заставила себя сказать: «Не плохо. А у тебя?» – и даже сделала небольшое усилие, чтобы уголки её губ дрогнули в подобии улыбки.

Женщина расцвела. Она начала рассказывать о своей работе, о какой-то сплетне из магазина. Лира не слушала содержание, она наблюдала за процессом. За тем, как простое проявление мнимого интереса разоружило человека, сделало его мягче, счастливее.

Позже, лёжа в кровати, она смотрела на тонкие тёмные линии на своих запястьях. Они не увеличились сегодня. Возможно, потому что она не совершила ни одного грубого промаха. Возможно, её «грехи» были не в самом вранье, а в неуклюжести, которая привлекала