Читать «Когда Мой Мир узнает об Этом. Письмо четвертое» онлайн

физической боли.

Тут ситуация была похожая, мы были все как одна семья только пьяный отец бил не меня, а семью и всегда была вероятность заступившись тоже получать удары от этих людей, которым ты никем не приходишься и поэтому им совсем тебя не жаль.

Среди всей этой показательной «экзекуции» из-за нехватки собранных средств, мне было больше всех страшно лишь за Юлю.

Она была единственная девочка среди нас, и из-за доверяя ко мне попала в этот капкан из которого было не так много выходов.

Осознавая это и чувствуя себя перед ней виноватым, мне очень хотелось обезопасить ее, чтобы она не оказалась однажды на месте тех, у кого не хватало этих жалких бумажек и монет, которые сокрушались под ударами старших ребят, которые бы смогли оттаскать Юльку за волосы, раздавая пощечины или еще того хуже по-другому бы принуждали найти недостающую сумму…

Мир был очень суров и ужасен для меня в те годы, особенно когда ты понимаешь, что сам заботишься о себе потому что, так сложились обстоятельства твоей жизни.

Через несколько дней у меня созрел план, и я предложил ребятам делиться друг с другом деньгами, которые мы собирали за день, чтобы у всех было достаточно для того чтобы отчитаться перед взрослыми «работодателями».

За то, что иногда кто-то приносил чуть больше чем нужно, его никто по головке не гладил, и уж тем более потом не засчитывал ему этот переизбыток, когда у него в следующий раз удавалось собрать меньше.

Каждый день счетчик обнулялся, и сбор начинался заново.

Так зачем тогда кому-то получать побои если можно его от этого спасти?

Я обсудил эту идею с Юлей, и она согласилась делиться со мной если у меня вдруг не будет хватать денег.

Так же услышав от меня это предложение, Юля рассказала мне по секрету что продолжает прятать деньги, после дневных сборов и что не отдает все, что ей удается насобирать.

Чтобы не быть пойманной, с тем, что она собирает больше нужной суммы, она приносит немного меньше, настолько, чтобы это не было поводом, для кулачного обучения, собиранию средств от старших ребят.

Встретившись с ее мышлением тогда, за пределами детского дома, я уже на практике понимал насколько она практична.

Ее пытались обдурить старшие ребята, но ей все равно удавалось сохранить чуть больше чем нам всем пацанам. Находящимся в этом подвале, которые даже не задумывались поступить так же как она, а отдавали все под чистую, боясь чего-то страшного, не воображая другого исхода.

Я не стал рассказывать жителям нашего «штаба», с которыми мы делили кров о секрете Юли, но предложил им свою поддержанною ей идею, и все с блестящими глазами после выпитого в один из вечеров согласились делать так.

Три дня, коллективной взаимопомощи.

Хватило нас всего лишь, на три дня.

Кто-то из ребят понимая, что ему помогут отдать нужную суммой перед старшими ребятами, и специально говорил, что не собрал ничего, даже не пытаясь этого делать, кто-то покупал себе на вырученные деньги сладости, которые просвечивали через карманы брюк, но говорил, что ему не хватает чуть-чуть, а один вообще оставил в наглую деньги, у себя чем и подставил нас всех.

В этот день взрослые пацаны пришли с пивом, веселые и собрав с нас деньги, решили остаться и поучить нас жизни раздавая в шутку легкие щелбаны, подзатыльники, пенки и ставя подножки.

Тот, кто оставил деньги у себя после очередной подножки упал и выставил руки вперед перед падением, чтобы не удариться об пол головой, вот тут-то, из его рук и выпали те самые деньги, которые он так бережно хранил и старался спрятать.

Когда старшики увидели это, их веселые лица, играющие со слабыми подростками в свои дебильные игры, превратились в злобные гримасы, которые жаждали крови.

— Ребят, у нас тут крыса! — крикнул сидя на сломанном кресле тот, кто подставил ему подножку своим взрослым дружкам.

— Я не крыса… Я просто забыл отдать… — начал оправдываться раскрытый сберегатель, съёженный вставая, чтобы легче принять на себя неожиданную физическую расправу.

— Может еще у кого-то, что-то осталось? — поинтересовался еще один из старших.

Ринат был у них главным. Без его команды старшики не делали ничего.

Слова «Нет» послышались мне с разных сторон нашего подвального помещения, на поставленный вопрос, все словно замерли в этот момент, только моя голова соображала, как мне нужно спасти этого бедолагу вруна, чтобы он не получил что на самом деле заслуживал, и чтобы взрослые ребята не додумались осматривать каждого на наличие денег, потому что я знал, что у Юли были деньги, которые она еще не успела спрятать в свой тайник.

После того как эта мысль возникла в моей голове я перевел на Юльку свой взгляд и понял, что она внутри начала немного переживать, уловив настроение взрослых ребят и возможные последующие за этим действия, о которых подумал я.

— И давно ты прячешь от нас деньги? — спросил один из старших нависая над попавшимся с поличным.

— Да я не прячу, я хотел отдать… Просто у нас новые правила сбора и у меня осталось немного денег.

— Что у вас? — поинтересовался Ринат с другого конца.

— Мы собираем каждый сколько сможем, а вечером добавляем тому, кому не хватает до нужной суммы.

— Это ты придумал? — подходя к нему спросил Ринат.

— Нет. — съёжившись ответил «сберегатель».

— И кто же это у вас тут такой хитрый? — продолжал спрашивать Ринат, осматривая всех, кто был в «штабе».

Все молча смотрели на докладчика, отвечающего на вопросы, но он замолчал видимо поняв, что уже сказал немного больше чем нужно.

— Э малышня! Че молчите? У вас у каждого есть дополнительные деньги? — рассержено спросил один из старших сидевший в кресле.

— Это я придумал… — вдруг вырвалось из меня.

— Ты че самые умный? — вдруг развернулся и пошел ко мне с вопросом тот, кто стоял нависший над виноватым.

— Нет, я просто хотел…

Я не успел договорить потому что в глазах словно искры пролетели, я очутился сидящем на полу в метре от того места где был, щека горела от этого хорошего удара.

У меня сразу промелькнули старые картины перед глазами.

Как опомнился я резко встал на ноги боясь, что, если буду сидеть дальше он меня запинает.

Я увидел его разъярённый взгляд, который ко мне приближался. Он был наверно больше зол не на то что я предложил ребятам такой план, а что я не заплакал после удара или не сжался от боли.

— Остынь! — Сказал откуда-то