Читать «По завету крови» онлайн

Продавец беспокоился напрасно. Путник не задержался возле его лавки, и, узнав все, что хотел, купил кусок ветчины и скрылся в толпе. После неприятной встречи мясник еще долго не решался браться за острый тесак. От волнения руки у него слишком сильно тряслись.

– Так дело не пойдет, что это со мной такое? – отчитал себя торговец, схватил тяжелый нож, метким ударом перерубил кость в огромном куске оленины и внимательно осмотрел дородного купца, направлявшегося в сторону его лавки. Не успел толстяк открыть рот, как торговец уже точно знал, откуда прибыл этот господин и сколько денег стоило просить за сделку.

– Кажется, никто не заметил того странного человека! – радостно заключил мясник и, натянув улыбку, поприветствовал нового покупателя.

В это время пилигрим продолжал свой пусть, стараясь не обращать внимания на разноголосую толпу. Не стоило отвлекаться на всякие пустяки. Хоть сегодня и был сорвой – день расцветающей Оттепели, один неверный порыв ветра мог оборвать путешествие быстрей, чем испугавшиеся купцы разбегутся из деревни. Ледяные пальцы Холода звонко скручивали ели и осины на горных склонах, готовые вцепиться в человеческую шею по первому зову рыщущего ветра.

– Поскорее бы убраться отсюда! В этом году здесь слишком людно, даже для Рагоса, – с досадой подумал пилигрим и нахлобучил капюшон на глаза – они привлекали лишнее внимание.

В воздухе витало привычное напряжение, но теперь – больше обычного. Люди, оказавшиеся здесь, понимали, где они очутились и чем рисковали. Каждый помнил про старика Холода, но в этот раз дело было не только в проклятье гор.

– Потрохами чуют опасность, а все пекутся о своей выгоде, – подумал светлоглазый путник. Его взгляд не выражал никаких эмоций, но ледяным лезвием пронзал каждого, на кого устремлялся. Он искал, зная, что ничего путного уже не найдет. Оставались последние приготовления и несколько часов на отдых.

Сам не заметив того, пилигрим добрался до распутья дорог. Одна из тропинок вела на юг, к Ундинскому перевалу, вторая – северная сворачивала в лесную гряду.

– Ну вот, уже совсем скоро, – с тревогой обратился он к далеким пикам гор, словно разговаривал со строгим наставником.

Иногда, в поисках знаний и силы, мы заходим слишком далеко и оказываемся там, откуда нет дороги назад. Утаивская цепь отняла у него прошлое и возможность прожить обычную человеческую жизнь. Взамен он получил то, чего хотел больше всего на свете – шанс стать сильней и отомстить.

С северного кряжа налетел ледяной поток ветра, обжегший кожу. Пилигрим резко повернулся, особым образом закрывшись левым плечом.

– Кажется, это просто молодой рыскающий, даже не почувствовал меня. Что он тут забыл в сорвой? Случайно, наверное, залетел. Молодняку сейчас нельзя выбираться из ледяных ущелий, иначе долго они не протянут, – подумал пилигрим и услышал вдалеке слабое предсмертное завывание.

– Ну вот, бедолага!

Он говорил ни о чем ином, как об Утаивском ветре, рассуждал о нем, будто это был не воздушный порыв, а настоящее существо.

Рыскающие потоки – обычно молодые и слабые, не представляли сами по себе особой угрозы. Они выискивали, вынюхивали добычу, а вот по их пятам уже летели матерые бестии – скалящиеся ветра. Эти несли на своей шкуре и клыках проклятье Холода. Хитрые, непредсказуемые, невероятно сильные, они могли покусать даже опытных Утаивов.

Для обычных людей кажется невероятным, что сильный мороз или ветер могут считаться кем-то не природными явлениями, а самыми настоящими демонами. Но в глазах человека, каждый день борющегося за выживание со смертельной стихией, лавина, снежный буран или лютый мороз означают нечто особенное.

Грань выживания, порог смерти – тонкая линия, где по-настоящему чувствуется течение жизни. Здесь можно увидеть истинную сущность вещей.

Любознательные и осторожные путники, которые старались разузнать побольше про Утаивскую цепь в тавернах у подножия, конечно, не могли услышать про скалящиеся и рыскающие ветра. Там, внизу кочевало много легенд и мифов про горы, но все они были обычными страшилками. Опытные путешественники и купцы, давно водившие дела с Утаивами, догадывались о неладном, но крепко держали язык за зубами. Сказки предупреждают о страшном лешем, но каков он из себя – узнаешь, только заблудившись в лесу.

Пилигрим достал свиток, развернул его и долго изучал горную карту, которая вся была в странных пометках и знаках. Особо выделялись несколько мест, отмеченных красными крестами. Вдруг он резко закрыл свиток и посмотрел в небо. Там крохотной точкой зависла какая-то птица; до него долетел далекий хищный крик.

– Здесь нужно опасаться даже зверей, – подумал пилигрим, переводя взгляд с неба на лесную полосу. – Побороть кого-то десятькрат сильней себя… Интересно, я попал сюда по счастливой случайности или волей злого рока?

Он прервал поток мыслей, шагая по северной тропинке и готовясь к предстоявшей драке. Полагаться на удачу там, где на помощь должны прийти выучка, сила и знания, означает отдаться на милость случая. Впереди его ждала достойная партия, с сильным врагом и ценной наградой. Заходя в лес, он соглашался с условиями игры и ставил на кон собственную жизнь. В такой партии не должно быть места сомнительным переменным и нерешительности!

Кто же скрывался по другую сторону доски, с кем предстояло встретиться пилигриму в неравной схватке? История получалась довольно запутанной и неприятной. По словам Утаивов, за несколько недель до Оттепели в деревне стали пропадать люди, сначала местные, а потом и прибывавшие купцы.

Мнения о причинах пропаж сильно различались. Кто-то обвинял кровожадную стаю белых волков, выгнанную голодом с соседнего перешейка и теперь охотившуюся на людей. Другие подозревали бандитов, а третьи показывали пальцем на западный кряж, нелепо разводили руками и закатывали глаза.

Пилигрим поежился не то от горного ветра, напомнившего о преждевременных холодах, не то от предстоявшей работенки. По окраине леса бродила необычная прохлада – дурной знак.

– Злись, сколько угодно. Я приготовил для тебя кое-что особенное, – сказал путник и положил руку на грудь.

В этот день рано утром, с первыми лучами солнца, он вышел в поле, которое успело ощериться первой травой. Пилигрим ерзал на коленях по твердой земле, стараясь как можно меньше касаться молодых побегов. С каждой травинки он стряхивал крошечные капли росы в стеклянный сосуд.

Ему постоянно приходилось отвлекаться от кропотливого труда и оглядываться по сторонам. Безобидное, мирное занятие порой возбуждает любопытство людей больше всякого мракобесия. Деревня кишела агентами разных орденов, и среди них могли быть инквизиторы. В горах они преследовали особые цели, но какой служитель церкви откажется забыть