Читать «Фантастика 2026-17» онлайн
Максим Мамаев
Страница 194 из 2048
Девятая Тень, внешне оставшись абсолютно невозмутимой, внутренне всё же поморщилась. Будучи одной из доверенных слуг Второго Императора, членом особого отряда, созданного из не связанных с Родом сирот и тщательно воспитанных и обученных в верности Павлу Александровичу, она не решилась продемонстрировать своё отношение к словам одного из его сыновей. Ибо субординация не позволяла.
Однако это не мешало ей представить, чем бы закончилось личное столкновение этого чрезмерно самоуверенного парня с этим зверем, которого Шуйские умудрились по своей глупости упустить. Случись им сразиться один на один, на поле боя и без особых артефактов, коими был увешен Александр, она бы на него и ломаного гроша не поставила. Бывший Шуйский был непонятен, странен и очень, очень опасен — настолько, что даже она сама не была до конца уверена, что сумеет его одолеть. Шансы были девять к одному в её пользу, но сам факт того, что восемнадцатилетний Мастер обладал десятипроцентным шансом на победу в бою с ней, опытной, великолепно обученной и экипированной чародейкой ранга Старшего Магистра уже говорил о многом.
— Опиши свои личные ощущения касательно парня, Наташа, — негромко попросил другой присутствующий в кабинете чародей. Архимаг, командир Отряда Теней и один из самых доверенных людей среди тех, кто служил Павлу Александровичу — Первая Тень, Георгий Изюмин. — И выскажи своё мнение о нём.
Сам Павел Романов, Второй Император, на таких мини-советах среди ближнего круга предпочитал молчать, позволяя подчиненным самим вести его и высказывать то, что они считали нужным. Изредка и он вмешивался, задавая наводящие и уточняющие вопросы, но в основном он обычно позволял всем сторонам высказать свои точки зрения. И лишь тогда вступал в разговор сам — как правило, уже приняв окончательное решение по обсуждаемому вопросу. Вот и сейчас он молчал, ожидая, когда каждый скажет что думает. Правда, на его решение никакие их слова уже не повлияют — но то уже другой вопрос. Ближайшему окружению нужно давать хотя бы иллюзию того, что именно они влияют на его решения, хотя бы и отчасти.
— Это… Сложно, — признала со вздохом Девятая. — Ему восемнадцать — как вы знаете, это многократно проверено. Он именно тот, за кого себя выдаёт — за это время у нас были возможности добыть образцы его крови и убедиться, что он Шуйский, ему восемнадцать и что его отец Маг Заклятий — как вы знаете, у чародеев на таком ранге определенные проблемы с тем, что бы завести детей, ибо слишком уж они отличаются от тех, кто младше рангом. Но при всём при этом, я не могу понять откуда у того, кто скрывал факт наличия магического Дара даже от семьи, кто приехал в Александровск лишь Учеником, и менее чем за год достиг Мастера, такие познания в магии и боевой опыт. Он хороший алхимик, приличный ритуалист, владеет магометрией — я лично видела вычерченные им магические фигуры и то, насколько они хорошо работают… И это не говоря о самом подозрительном — его молниях и способности на короткое время повышать себе ранг. Да и вообще — его объем магических знаний слишком обширен и глубок. Ну не может его ровесник не просто знать столько, но ещё и уметь всё это применять! Далее…
Девушка задумчиво умолкла, чуть прикусив нижнюю главу, и наконец продолжила.
— Его молнии. Это нечто чудовищное, странное и немного пугающее. В серьёзных боях он использует именно эти чары, но у него три разноцветные молнии в распоряжении. Это нечто за гранью моего понимания, и единственное, что я могу уверенно констатировать, так это то, что они опаснее и могущественнее сил, которыми обладает госпожа. И в отличии от неё, он владеет этой силой в совершенстве.
— Парня нужно привязать к себе, господин, — заметил третий чародей. Тоже Архимаг и глава службы разведки Павла Александровича, Максим Филатов, решив тоже высказать своё мнение. — Не знаю, откуда у парня столько знаний и умений, ясно лишь, что они не из дневника его отца, на который он ссылается. Но тем не менее, потенциал стать в будущем Магом Заклятий у него имеется, и такого человека лучше заранее подтолкнуть в наш лагерь.
— А если он человек моего дражайшего дядюшки? — поинтересовался Александр. — Что, если всё это одна большая интрига с целью внедрить в наши ряды шпиона?
— Мои люди все проверили многократно, и парень действительно чист, — твёрдо заявил начальник разведки. — У него четко прослеживаются определенные амбиции, он действительно не доверяет своей семье и судя по всему, винит нынешнего Главу Шуйских в смерти своего отца. В связях с дворянством, близким императорскому трону, не замечен? среди боярства только несколько человек — Морозов и Шувалов, из младших, но там тоже просто шапочное знакомство. Шувалову он в свое время намеренно проиграл дуэль — сперва отделав того так, что тот стоять не мог, а затем признав поражение, когда тот отказался сдаваться. Это какое-то время послужило причиной насмешек над Шуваловым — настоять на дуэли с Учеником, проиграть и получить такого рода победу довольно унизительно… В общем — какие бы у него ни были тайны на тему того, что он умеет и знает, нам пойдёт на пользу приблизить постепенно приблизить его к нам, сделав со временем надежным сторонником. Пока что он конечно величина исчезающе малая, да и расти ему ещё долго и всякое может в процессе случиться — но я склонен к тому, что за парнем стоит приглядывать, но в его дела не влезать. Ни для того, что бы помочь, ни для того, что бы помешать.
— Мы уже влезли со своей помощью, — напомнил Александр. — Капитанский патент, лицензия вольного отряда, дозволение на основание собственного Рода, полученное в ускоренном порядке, плюс ещё и размеры территорий, что станут его вотчиной, совершенно неприличные! Не говоря уже о том, что ему позволено самому решать, где они будут располагаться — такие Родовые земли впору давать какому-нибудь Старшему Магистру, а не жалкому Мастеру. Отец, я считаю, что мы слишком церемонимся с парнем…
— Достаточно.
Одного слова Павла Александровича хватило, что бы его сын умолк и с недовольным выражением лица уставился в стол. Сам же Маг Заклятий поглядел на единственного человека, что ещё не раскрывал рта за время совещания.
— Тойво, что скажешь ты?
Невысокий, щупленький человек средних лет, до того