Читать «Фантастика 2025-51» онлайн

сам рывком отшатнулся, уклоняясь от удара мясницким ножом такой величины, что им, пожалуй, можно было бы лошадь на ходу разрубить. Противником его оказался коренастый человек, одетый в чёрное рваньё; гротескно длинные руки едва не волочились по земле, а мощная нижняя челюсть выступала вперёд, как у гориллы из географического атласа Лиама. От мужчины несло машинным маслом; его курчавые волосы выглядели грязными, точно приклеенными к голове.

Увы, ловкостью он Лайзо не уступал, а силой так и вовсе превосходил.

Подавив дрожь, я кое-как сумела достать из сумки револьвер – и вовремя, поскольку появился ещё один враг. Долговязый, сутулый, совершенно седой, он был настолько худ и измождён с виду, что, казалось, едва держался на ногах; глаза его словно точно очерчены углём. Двигался он непредсказуемо, рывками, а вокруг него вились мухи, как над навозной кучей.

К счастью, меня он угрозой не посчитал – и сразу рванулся к Лайзо.

Опрометчиво с его стороны.

– Стоять, – скомандовала я резко севшим голосом. Револьвер у меня в руках чуть ходил из стороны в сторону, но в такую большую целью попасть было несложно. – Бросьте нож и не вздумайте делать глупостей.

Сердце колотилось в горле, словно собиралось выпрыгнуть наружу; когда нож звякнул о мостовую, выпадая из скрюченных пальцев, от облегчения я едва сама не рухнула в обморок, туда же, на грязные камни.

«Неужели это всё?» – проскочила мысль.

Но тут мимо меня – и мимо Лайзо, с трудом удерживающего своего противника на безопасном расстоянии – промелькнуло что-то тёмное, двигавшееся совершенно беззвучно. Я держала на прицеле седого верзилу и просто не могла позволить себе отвлекаться, а потому с опозданием осознала ужасающую истину: то была Фрэнсис Марсден собственной персоной.

Облачённая в траурное платье, пошитое, несомненно, у мадам Оноре; не слишком высокая, но и не низкая; с волнистыми волосами, убранными в простую причёску, так, чтоб ни одна выбившаяся прядь не мешала обзору…

Я видела Бромлинскую гадюку только со спины, но, судя по тому, как резко напрягся Эллис, лицо её не сулило нам ничего хорошего.

– Как ты посмел, – произнесла Марсден отчётливо и ясно, несмотря на плотный туман, словно приглушавший все звуки. – Как ты посмел… как ты осмелился быть счастливым, когда моя Лотта мертва?

Эллис оттолкнул Мэдди, заставляя её отступить к нему за спину; я думала, что он промолчит – но он ответил, отрывисто, точно задыхаясь:

– Шарлотте не нужны заступники. Она поступила – и всегда поступала – так, как считала нужным. Найдите в себе силы, чтобы уважать её выбор.

Седое страшилище, которое я держала мушке, вдруг дёрнулось – и непостижимым образом стало ближе. Так, что можно было разглядеть каждый кровеносный сосуд в помутневших глазах и крылышко каждой из мух, с жужжанием вьющихся у него над головой.

Горло у меня пересохло от ужаса; палец на спусковом крючке точно окостенел.

«Это точно смертный человек?»

Будто угадав мои мысли, седой – или же просто светловолосый? – широко ухмыльнулся, демонстрируя слишком уж белые и острые зубы.

– Сказала же, не двигаться, – прошептала я.

Между нами оставалось два или три шага, не больше.

Послышалось утробное, словно бы звериное ворчание, и противник Лайзо ловко отпрыгнул в сторону, зажимая глубокий порез на боку. В тумане чудилось, что жидкость, пропитывавшая его одежду, и та, что стекала по лезвию ножа, была густо-чёрного цвета, как машинная смазка. Мерзкая промышленная вонь стала сильнее, но теперь к ней примешивался лёгкий запах вербены.

А между тем, Фрэнсис Марсден продолжала говорить, и с каждым словом силуэт её искажался всё сильнее, то принимая очертания большой птицы, то вовсе размываясь… А может, то были проделки тумана, который пришёл в движение из-за ветра с Эйвона.

– После того как ты погубил Лотту, я мечтала разодрать твоё поганое горло вот этими самыми руками, – прошипела она. – И позволила тебе жить только по одной причине: чтобы ты страдал. За твоё предательство смерть и покой – слишком мягкое наказание. Ты должен был чувствовать боль, всё время, каждую секунду. Как я. Как Лотта.

Несомненно, она хотела уколоть этим, Эллиса, но его ответ был не болезненным и не полным страха за свою жизнь или за Мэдди… а усталым?

– Вот в этом и разница между вами, – вздохнул детектив, потирая виски с усилием. – До демона вам далеко, Фрэнсис, уж простите мою прямоту. Вы сожалеете, сомневаетесь, склонны обвинять в своих бедах других людей и колебаться. Шарлотте вы и в подмётки не годитесь. Уж она-то никогда не сомневалась в своей правоте… И ничего не боялась. И если что и уважала в других, то вот эту верность самому себе. Я не передавал её, Фрэнсис. И я, и она – мы всегда поступали так, как считали правильным, и я, и она. Но вы, наверное, не поймёте.

Из груди у Фрэнсис Марсден вырвался жуткий хрип… А потом случилось сразу много всего одновременно.

Справа громыхнуло, словно пар сорвал крышку с кипящего котла; Лайзо и его противника разметало в стороны друг от друга, чудовищный тесак гулко шлёпнулся на камни плоской стороной и задребезжал. Но и Лайзо едва не уронил свой нож и, похоже едва устоял на ногах, тряся головой, и из носа у него закапала кровь.

Мои руки дрогнули – и, уловив момент слабости, беловолосый торжествующе рванулся ко мне…

…чтобы через мгновение повалиться на мостовую со сломанной шеей.

Джул стоял над ним, вытирая пальцы платком с вишенкой, вышитой в углу; выражение лица оставалось спокойным, безразличным, но в глубине потемневших глаз горел жутковатый огонёк удовлетворения.

– Я с вами поседею, дорогая племянница, – послышался рядом голос Клэра, и почти сразу же я очутилась в горячих, но чересчур крепких объятиях. – Вы целы?

Святые Небеса, как же у него колотилось сердце!

– Да… – выдохнула я, зажмуриваясь, а когда вновь открыла глаза, то Лайзо уже разделался со своим врагом и привалился спиной к стене, тяжело дыша и утирая кровь с лица рукавом.

– Уже хорошо, – откликнулся дядя, поглаживая меня по плечам. – За ваше безрассудство я выбраню вас позже, а пока давайте просто порадуемся, что все живы. Отдайте-ка револьвер, слишком опасная игрушка для благовоспитанной девицы… Вот так.

– Живы? – возвысила голос Фрэнсис Марсден; тот же ветер, что сносил клочья тумана от реки прочь, раздувал парусом её чёрные вдовьи одежды, искажая силуэт. – Это легко