Читать «Мастер драгоценных артефактов 3» онлайн
Александр Майерс
Страница 66 из 67
Ехали целые сутки, потому что время от времени делали остановки. Дорога петляла между холмами, огибала овраги. Машина тряслась на ухабах, но держалась. Проходимость оставляла желать лучшего — пожалуй, на лошади было бы проще.
До города оставалось несколько часов пути.
И тут впереди появились четыре броневика.
Другие, не такие, как наш. Видно, что послабее — меньше, легче. Но зато их четыре.
Заметив нас, они тут же совершили резкий манёвр и перегородили дорогу. Встали полукругом и нацелили пулемёты на нас.
И тут, как назло, наша машина заглохла. Михалыч выругался и сказал:
— Сейчас, господин, сейчас заведём…
— Не торопись пока, — сказал я.
Высунулся через люк на крыше и крикнул:
— В чём дело, уважаемые? Вы нам проехать дадите или нет?
Раздался голос — усиленный, видимо, через какой-то артефакт:
— Отряд стражи Мирнограда! Дорога закрыта. Назовите себя!
— Мы ещё далеко от города. Здесь ваши правила не работают! — ответил я.
— Верно, мы просто едем по своим делам. Но в наши обязанности входит патрулирование. Мы должны знать, кто вы такие. Назовитесь! — рявкнул голос.
— Граф Шахтинский. А теперь уступите дорогу.
Наступила пауза.
— По закону Мирнограда и именем Совета Двенадцати — вы арестованы за нападение и убийство городских стражей, — процедил голос.
— Вы ничего не перепутали? Какое нападение? — искренне удивился я.
И в самом деле, о чём вообще речь? Это они на меня напали, вообще-то.
— Два дня назад вы и ваши люди уничтожили отряд под командованием капитана Морева. Отрицать бесполезно — отряд успел передать информацию перед гибелью. Мы как раз за вами ехали. Сдавайтесь! — приказал неизвестный.
Ну, понятно. Как я и думал, по-хорошему не получилось. Только вот кто же знал, что городские уже знают, что я перебил их отряд?
Я нырнул обратно в машину и захлопнул люк.
Ситуация хреновая. У противников на машинах есть пулемёты, и магией от них тоже веет.
Я повернулся к Прохору и спросил:
— Слушай, как думаешь — много ли в городе транспорта?
— По-разному бывает. В Мирнограде, может, пятьдесят машин, может, сто. Но они их берегут. Стража обычно по-старинке на конях ездит, — ответил он.
Я усмехнулся.
— Раз отправили четыре машины — значит, уважают.
Прошлых головорезов за мной отправляли на лошадях. В этот раз, похоже, решили не рисковать.
— Заводи, — приказал я Михалычу.
Тот сразу же повернул ключ. И как только двигатель заработал — по нам открыли огонь.
Пулемёты затрещали на всех четырёх машинах. Пули застучали по броне. Люди в салоне пригнулись, закрыли головы руками.
Я даже не шелохнулся и изумлённо уставился на своих:
— Чего вы боитесь? Мы же в броневике.
Прохор чуть приподнялся и посмотрел на меня.
— У нас не та броня. Уже должны были пробить…
Он замолчал, огляделся, а потом посмотрел на меня и улыбнулся.
— Артефакты.
— Конечно, артефакты! — я всплеснул руками. — Я, по-вашему, кто? Хрен бы я поехал куда-то на такой развалюхе без нормальной защиты.
Защита, которую я воткнул броневик, и не такое выдержит. Правда, не очень долго, но время подумать у меня есть.
Огонь тем временем продолжался. Должно быть, городские тоже недоумевали, почему наша машина до сих пор не превратилась в решето.
Я вздохнул. По ходу дела, терять нечего.
— Ладно. В город нам дорога уже заказана. Поэтому — приготовиться к бою! — велел я.
Люди кивнули, но я видел по лицам — не очень-то они верят в победу.
— Да хватит уже переживать! Мы их сейчас размотаем, смотрите. Полный газ! — выкрикнул я и надавил на колено Михалыча.
Машина рванула вперёд. Я вдавил красную кнопку на панели.
Спереди опустился рассекатель — что-то вроде кенгурятника. Он был повреждён, но Михалыч его починил. А я — усилил.
Машина вздрогнула, загудела громче, и вперёд ринулась кинетическая волна. Воздух перед нами сжался и ударил по броневикам.
Они стояли плотно, потому что перекрывали нам дорогу. Это их и погубило.
Первый броневик отбросило вбок. Он пролетел метров пять и врезался в дерево. Второй перевернулся — кувыркнулся через крышу и застыл вверх колёсами. Третий встал боком, заглох. Четвёртый успел дать задний ход, но всё равно его развернуло.
Огонь прекратился.
— А теперь выходим! — крикнул я. — И стараемся не умереть! Эти люди — наши враги, сами видите. Не жалеем никого!
Я первым распахнул дверь и выпрыгнул наружу.
Бой начался сразу же.
Из перевёрнутого броневика выбирались люди — оглушённые, дезориентированные. Я не дал им опомниться.
Выстрелил из наруча. Штырь вошёл первому в горло, второму — прямо между глаз.
Прохор выскочил следом, с мечом наголо. Рубанул кого-то, кто пытался встать. Добил упавшего.
Из броневика, врезавшегося в дерево, полезли ещё. Трое, четверо. У одного в руках был посох, уже окутанный пламенем.
Маг вскинул посох и выпустил огненный шар в мою сторону.
Я отпрыгнул, ускорившись с помощью магии. Шар врезался в землю, взметнул фонтан грязи и камней.
— По-твоему, это огненный шар⁈
Я выхватил из чехла свой посох с рубином и ударил в ответ.
Маг поставил щит, накрыв себя и товарищей, но мой снаряд разнёс в клочья и щит, и мага, и всех, кто был рядом с ним.
— Вот огненный шар, — усмехнулся я, опуская посох.
Из других броневиков на нас тоже бросились враги. Впереди бежал лысый здоровяк, размахивая двуручным мечом.
Я не стал больше тратить заряд рубина. Отступил, пропуская двуручник мимо себя. Меч с гулом рассёк воздух, а я выстрелил из наруча.
Штырь ударил прямо в блестящую лысину здоровяка и отскочил. Артефактная защита, надо же.
Мужик замахнулся снова. Я нырнул под клинок, перекатился. Оказался у него за спиной.
Ударил посохом в затылок. Просто как дубиной, лишь немного магии добавил, чтобы удар проник через щит.
Лысый пошатнулся, резко развернулся и рубанул наотмашь.
Я еле успел уклониться. Почувствовал, как лезвие чиркнуло по рукаву.
Близко.
Я сорвал с пряжки чёрный турмалин в поясе и активировал его. Делать сейчас зомби, само собой, нет смысла. Но чёрный турмалин можно и для другого использовать…
Волна тьмы ударила в лысого, разнесла его артефакт. Он застыл, что-то прохрипел и рухнул лицом вперёд.
Я огляделся.
Прохор рубился с двоими и даже ухитрялся теснить их. Михалыч стрелял из арбалета, гвардейцы с копьями прикрывали его.
Я убрал посох, обнажил меч и кинулся