Читать «Стань гением фондового рынка. Находите скрытые возможности для инвестиций» онлайн
Джоэл Гринблатт
Страница 28 из 59
Так что же произошло? Да так, ничего особенного. Просто за несколько недель до того, как должна была состояться сделка, Cypress Gardens парк провалился в карстовую воронку. До того дня я понятия не имел, что такое эта карстовая воронка (оказалось, в некоторых районах страны земля может неожиданно проваливаться, образуя гигантскую дыру). Разумеется, пункт «риск провала под землю» отсутствовал в моем стандартном перечне параметров, которые следовало проверить до совершения инвестиции. Репортер из The Wall Street Journal – который, конечно, не был акционером Cypress Gardens, – по всей вероятности, пытался найти в этой ситуации хоть что-то смешное: «У флоридского парка Cypress Gardens выдался нелегкий день в офисе, – гласила первая строчка его статьи. – Как выяснилось, в пропасть провалился «только» главный павильон. По словам президента компании, «раздался шум, и из стен стали вываливаться цементные блоки». The Wall Street Journal писал, что «никто не пострадал… но компания предупредила о том, что потеря здания, вполне вероятно, приведет к сокращению текущей выручки, и на сегодняшний день точные масштабы катастрофы пока неизвестны». Кроме того, по заявлению компании, случившееся может повлиять на предварительное соглашение [выделено автором] о поглощении ее компанией Harcourt Brace Jovanovich Inc. Лишь спустя сорок пять дней удалось оценить полный ущерб и назначить сумму страхового покрытия. В итоге Florida Cypress заявила, что подача документов в Комиссию по ценным бумагам и биржам, а также прокси-заявлений, связанных со слиянием с Harcourt, переносится, при этом содержание документов, скорее всего, претерпит существенные изменения.
Мне это совсем не нравилось. Во-первых, что это еще за «предварительное соглашение»? Сделка, значит, сделка – так у меня в блокнотике записано! Во-вторых, я забыл упомянуть и еще один малюсенький нюанс. Между анонсом слияния, когда я так ловко занял свою арбитражную позицию (приобретя акции Cypress Gardens и зашортив бумаги HBJ), и днем катастрофы, когда парк провалился в пропасть, акции последней взлетели до 60,75 доллара. Теперь, если сделка по слиянию срывалась, то я, не получив акции HBJ в обмен на купленные мной бумаги Cypress Gardens, был бы вынужден выкупить акции HBJ – или сесть в тюрьму, помните? Ситуацию усугубляло то, что те акции, которые я зашортил по 8,3 доллара (0,16 акций HBJ по цене 51,875 доллара), теперь обошлись бы мне при их выкупе уже в 9,72 (0,16 х 60,75) доллара за штуку. Таким образом, помимо потери трех долларов на каждой акции Florida Cypress Gardens, я должен был потерять еще 1,42 доллара (покупка за 9,72 долл. минус продажа за 8,3 долл.) на каждой акции HBJ. Выходило 4,42 доллара убытка в расчете на акцию стоимостью 7,5 доллара. Хотя… если объекты Cypress Gardens пострадали настолько, что сделку отменят, то акции могут упасть в цене до 3,5, а то и 2,5 доллара При стоимости акций Florida Cypress Gardens в 2,5 доллара мои потери составят уже 6,42 доллара на каждую акцию начальной стоимостью в 7,5. И все это ради сочной и щедрой прибыли в 80 центов. Вот так мои теплые и нежные чувства, мои детские воспоминания и мои деньги канули в пропасть.
Впрочем, в конечном счете все обошлось. Долгосрочный ущерб, нанесенный Cypress Gardens, оказался не таким уж серьезным. Спустя месяц бюрократических проволочек в соглашение о слиянии внесли корректировки, заменив коэффициент обмена акций в 0,16 акций HBJ на фиксированную цену в 7,9 доллара за акцию (на основе средней десятидневной рыночной цены акций HBJ перед слиянием). Голосование акционеров и заключение сделки были назначены на середину августа. Поскольку после объявления о природной катастрофе я, под угрозой дальнейших потерь (в случае продолжения роста проданных в шорт акций), вынужден был выкупить акции HBJ, убытки мои составили примерно 1,42 доллара (в расчете на каждую акцию Florida Cypress Gardens). При этом за счет разницы между ценой покупки в 7,5 доллара и продажи полученных в результате обмена акций HBJ по цене 7,9 доллара, я получил прибыль 40 центов на акцию. Итого за пять месяцев я потерял около одного доллара на каждые вложенные 7,5. А ведь все могло быть гораздо хуже, с облегчением думал я, когда сделка, наконец, закрылась. Что же до приятных детских воспоминаний – разве за них можно назначить цену? А если бы и можно было, уж точно это был бы не жалкий доллар на акцию.
Еще пара плохих слов о рисковом арбитраже
Соотношение риска к вознаграждению – то есть отношение суммы возможных потерь к величине потенциальной прибыли в той или иной ситуации – гораздо более важный фактор в определении долгосрочного результата инвестиций.
Эта почти-что-катастрофа произошла более десяти лет назад, но теперь, когда все держат в уме пресловутый «риск карстовой воронки», – разве входить в эти воды все так же опасно? Ну и что, если немного промочишь ноги? Что ж, спешу сообщить, после того случая дела в сфере рискового арбитража только ухудшились. Если бы в наши дни было объявлено о покупке парка Cypress Gardens на первоначальных условиях, спред составил бы не 80 центов, а скорее около 30 (что соответствовало бы годовой доходности в 17 %). Отчасти такое сужение спреда является следствием снижения процентных ставок, но в основном все дело в значительно возросшей конкуренции в сфере рискового арбитража. Не забывайте, что доходность – лишь часть уравнения. Соотношение риска к вознаграждению – то есть отношение суммы возможных потерь к величине потенциальной прибыли в той или иной ситуации – гораздо более важный фактор в определении долгосрочного результата инвестиций. Слишком часто этот фактор упускается из виду в погоне за тем, что кажется высокой и быстро достижимой нормой прибыли. Именно поэтому я пытаюсь привлечь ваше внимание к таким направлениям для инвестиций, которые в силу особенностей работы системы предлагают и будут предлагать необыкновенные инвестиционные возможности. И, говоря начистоту, рисковый арбитраж к таковым не относится.
Быть может, я несправедлив