Читать «Отставной экзорцист 2» онлайн

ещё можно спас… ти.

Входная дверь громко хлопнула, обрывая меня на полуслове. Бывший начальник личной безопасности сбежал, забыв даже свою шапку. Надеюсь, январский ветерок ему лысину хорошенько приласкает и хоть что-нибудь в мозгах изменит. Впрочем, особо я на это не рассчитывал.

— Ну ладно, Зорин, — вздохнул я, — хотел по-хорошему, но ты сам избрал такой путь…

Глава 19

Весь путь до дома Алексею Аркадьевичу не давали покоя слова Петра. «Я ликвидатор… Я обязательно приду…» Эта фраза снова и снова звучала в мозгу. Занозой сидела в сознании и жгла словно раскалённым гвоздём, вызывая нервную дрожь в пальцах.

Было нечто такое в голосе Бугрова, что внушало неподдельную опаску. Как минимум — полное отсутствие бахвальства или блефа. Он действительно готов методично и неотвратимо лезть напролом, игнорируя любые преграды. Его ведёт слепая убеждённость в собственной правоте. И потому Зорин не прекращал спрашивать себя: что противопоставить существу, которое презрело законы жизни и которое даже ад отказывается принимать; тому, кто возвращается из небытия снова и снова? Но ответа так и не находил.

Впрочем, возможно есть какой предел или лимит, после которого Пётр уже не воскреснет? В конце концов, о его неуязвимости известно лишь со слов. Сам Алексей видел только больничную выписку и то, как Бугров пули из спины вытаскивал. Это, конечно, уже сильно выбивается из нормы. Но и на заявленное бессмертие не тянет.

А что если… подорвать его на мине? Отрубить голову? Или сжечь? Растворить в кислоте? Остановит ли это Петра? Немного дико, конечно, о таком размышлять, но если Бугров посмеет хотя бы приблизиться к его семье, то Зорин без колебаний воплотит все эти задумки.

Однако где-то под панцирем своей железобетонной решительности мужчина чувствовал и суеверный страх. Страх человека, который столкнулся с неизведанным и невозможным. Мысли постоянно возвращались к рассказу Инессы Романовны о кровавых ужасах в тоннеле, и от них накатывало бессилие. Как бороться с этим⁈ Что делать, если Бугрова не остановят ни пули, ни заборы, ни охрана? Где тогда искать спасения?

Эти тяжкие раздумья не отпускали Зорина ни на мгновение. Прибыв домой, тихо раздевшись и улёгшись в кровать, он никак не мог сомкнуть глаз. Беспокойство распирало его изнутри.

— Я думала, тебя опять до утра не будет, — сонно пробормотала супруга, потревоженная возвращением Алексея.

Она перевернулась на другой бок, пододвинулась ближе к мужу и положила голову ему на грудь.

— Сейчас я не по работе уезжал, — шёпотом отозвался Зорин.

— А зачем тогда?

Мужчина закусил губу, не зная, стоит ли признаваться. Но решил всё же не утаивать от избранницы того, что касается её напрямую.

— Есть один человек, который считает, будто твоё необычное выздоровление связано с… кхм… связано…

— Ну же, Лёш, говори уже, — подбодрила его Дарья.

Зорин протяжно вздохнул. Как же трудно затрагивать подобные темы. Неудивительно, что Бугров предпочитал сначала показывать, а потом уже рассказывать.

— Даша, умоляю тебя, будь со мной честной, — попросил Алексей.

— Хорошо, родной, обещаю, — без тени сомнений ответила супруга.

— Когда ты поправилась, то не почувствовала никаких изменений в себе? Нет ощущения, будто внутри появилось… появилось что-то лишнее? Кто-то или… — Зорин запнулся, подбирая слова. — В общем, нечто чуждое и злое, требующее платы за исцеление…

— Нет, Лёша, ничего такого, — Дарья, судя по изменившемуся тону, улыбнулась.

Алексей, затаивший дыхание, облегчённо выдохнул и ощутил, как многотонная гора сваливается с его плеч.

— Он ничего не просит у меня взамен, — закончила супруга.

— Кто «он?» — снова напрягся мужчина.

— Ну… голос, — чуть смущённо поёрзала на постели Даша.

— И давно ты его слышишь?

— Где-то месяц, или чуть больше.

— Почему не сказала мне раньше? — построжел Алексей.

— Ну не сердись, Лёшенька… Я испугалась, будто уже схожу с ума от всех этих таблеток, уколов и процедур. Да и как бы ты на меня посмотрел, ляпни я, что слышу посторонние голоса в голове? Повёз бы ещё и к психиатру?

— Даш, это же не шутки! О чём он тебе говорит?

— Он не говорит. Это скорее мысли, которые возникают помимо моей воли…

Супруга прижалась теснее к Алексею, будто ей внезапно стало холодно.

— Он тебя пугает? — спросил мужчина.

— Нет, наоборот. Этот тихий шёпот помог мне обрести надежду. Он появился ровно тогда, когда моя вера окончательно умерла. Я понимала, что превратилась в измученное истощённое тело. Я перестала чувствовать себя женой, матерью, женщиной, в конце концов.

— Это не так, Дашуль…

— Нет, не спорь, — не позволила себя перебить супруга. — Я знаю, что стала обузой для тех, кого больше всего люблю — для тебя и Лизы. Мой мир сузился до размеров больничных палат, а лица родных стали казаться размытыми силуэтами, которые наблюдают за моим угасанием. Я уже не жила, Лёш, я просто догорала…

Зорин промолчал. Хоть он старался поддерживать Дарью и находиться рядом как можно чаще, но это всё равно не позволяло представить, что переживала его возлюбленная.

— Голос обещал всё исправить, — продолжила она. — Но мной уже овладело безразличие, и я ему не поверила. Однако я не противилась. Несколько дней ничего не происходило. А потом я почувствовала, как стало легче. Ты не знаешь, Лёша, как я рыдала от счастья, когда самостоятельно дошла до ванной и приняла душ без посторонней помощи.

Алексей слушал этот рассказ, и ощущал, как холодеет в груди. Неужели Бугров оказался прав?

— Даша, а что именно говорит этот голос?

— Какая разница?

— Я просто хочу убедиться, что он… не причинит тебе вреда.

— Брось, Лёш, благодаря ему я обрела желание жить! — восторженно выдохнула Дарья.

— Понимаешь, тот человек, о котором я упоминал, считает, будто за твоим чудотворным исцелением стоит демон, — решился на откровенность Зорин.

— Какая глупость, — фыркнула супруга.

— И он уверен, что тебя надо спасать, — добавил мужчина.

— Нет… не хочу… пожалуйста, Лёша, лучше сразу убей меня! — Дарья судорожно вцепились в футболку Зорина и мелко затряслась.

— Тише-тише, солнце, ты чего? — принялся успокаивающе гладить её Алексей.

— Если мне предстоит вернуться в инвалидное кресло, то я не хочу такой жизни! — всхлипнула Даша. — Лёша, молю, не поступай со мной так!

— Я… я обязательно что-нибудь придумаю, — с