Читать «Фантастика 2026-57» онлайн

директор утверждает, что вы уволились внезапно, без всяких видимых причин, посреди учебного года. Фактически это означает, что вы предали своих учеников. Они ведь остались без биологии. А у восьмиклассников экзамены на носу. Как же так?

— Никого я не предавал! — взорвался вдруг Векшин. — Афанасий врет. Себя выгораживает. Он не давал мне преподавать так, как я считал нужным. Ставил палки в колеса. Препятствовал…

— Иными словами, — продолжил Вольфрам, — настаивал, чтобы преподавание шло по утвержденной Министерством просвещения программе, которую вы в последнее время стали полностью игнорировать.

— Потому что там написана чушь! — выкрикнул Векшин. — А я нес ученикам Свет Истины!..

— Ну, хорошо, — успокоительно сказал Вольфрам. — Из школы вы уволились. Чем вы занимались после этого?

Серегина, внимательно наблюдавшего за происходящим, поразили резкие перепады в настроении подозреваемого. Векшин то кричал и требовал, то резко сникал, чтобы через пару минут снова взвиться. Психологом себя Серегин не считал, но все же заподозрил, что все это может свидетельствовать о нездоровой психике собеседника Вольфрама. Он хотел бы поделиться с Олегом, тоже внимательно наблюдавшим за допросом, но не хотел отвлекаться и чего-нибудь упустить.

— Чем вы занимались после этого? — спросил Вольфрам.

— Да так. Ничем, — развел руками Векшин.

— То есть, после увольнения из школы вы больше нигде не работали?

Векшин помотал головой.

— Нет.

— А вы отдаете себе отчет, что этим самым нарушаете закон о тунеядстве? — жестко спросил Вольфрам.

— Нет, ну, я же это, временно неработающий. Подыскиваю работу пока… — забормотал Векшин, лицо его стало странно подергиваться.

— Долго подыскиваете, — сказал Вольфрам. — Целый год — этот не временно неработающий. Это уже постоянно. Ну, ладно. А на какие же средства вы тогда живете.

— А это все в порядке, — радостно оживился Векшин. — Я ж когда уволился, дом продал в Вирске. Хороший такой дом, бревенчатый, от деда мне остался. И участок там большой… был. Ну, продал, переехал сюда, в Сибирск, вот и живу, квартирку здесь снимаю у старушки одной. Недорого… Вот и живу здесь. Работу ищу…

— Ищите, — повторил Вольфрам. — А вот по нашим сведениям, вы не просто живете. Вы создали здесь незаконную религиозную секту, заманиваете в нее, обманываете и обираете простых людей. Разве не так?

— Да я… Да вы… Да вы как-то не так все излагаете… — лихорадочно забормотал Векшин. — Ну, собираемся мы иной раз с друзьями, песни поем, как вы вчера, конечно же, видели… И все, уверяю вас. Какая там секта?..

— Секта называется «Путь к Богу», — напомнил Вольфрам. — И вы, Векшин Аврелий Борисович, ее глава. Вот так. Не больше. Но и не меньше. Кстати, месячный взнос в вашей секте составляет сто рублей с человека. Это, гражданин Векшин, средняя месячная зарплата трудящихся в нашем городе. Ну, чуть меньше. Так что это не голословное заявление, что вы обираете своих прихожан. И этой своей деятельностью вы нарушили больше десятка законов. Это же все подрасстрельные статьи, Векшин: организация деструктивной секты, вымогательство денег в особо крупных размерах и так далее, всего так просто и не перечесть.

Серегин, слушая все это, понимал, что Вольфрам «гонит пургу», что нет там ничего подрасстрельного, а максимум наберется лет на восемь. С конфискацией. Но Векшин, похоже, поверил. Он съежился, даже сделался маленьким, почти незаметным, сгорбившись за столом. По его лицу текли крупные капли пота.

— Как же так… Как же так… — бормотал он.

— Но нас все это не интересует, — сказал вдруг Вольфрам. — Ни вымогательства, ни даже к какому богу вы там идете дружною толпою. И ваши друзья-прихожане нам тоже без надобности. Мы даже спрашивать о них не станем. Кстати, они наверняка уже разбрелись по домам. Никто их не тронул. Нас интересует нечто совсем другое. Понимаете, гражданин Векшин, другое.

— Другое? — прошептал несчастный, уничтоженный и раздавленный Векшин. — Что же именно?..

— Ваши чудеса, — раздельно и четко сказал Вольфрам.

* * *

Знакомый уже склад, не прячущийся в темноте, а ярко освещенный всеми лампами, словно в праздничной иллюминации. В дальнем конце полукругом стояли сектанты. Теперь Серегин мог разглядеть их. Здесь были и мужчины и женщины. Худые и толстые, молодые и изрядно пожившие, хотя, как отметил Серегин, явных стариков не было, равно как и детей. В шикарных джинсах от Леви Страуса и мятых бесформенных штанах (брюками это чудо рукотворной природы называть язык не поворачивался) фабрики «Большевик». Загорелые до бронзового отлива и бледные, как вытащенные из темного подвала тараканы… Короче, все они были разные, но здесь и сейчас их объединяло одно — лихорадочное, нетерпеливое, хотя и смиренное ожидание.

Перед ними, в точке фокуса полукруга, стоял Векшин Аврелий Борисович, широкоплечий, коренастый, в свободном сером балахоне, скрывающим наметившееся брюшко. Но это был не школьный учитель, изо дня в день вдалбливающий в тупые головы тупых учеников скучные истины, и не и не жалкий, в два счета раздавленный Вольфрамом, думающий только о том, чтобы выжить, хотя и пытающийся временами хорохориться человечек. Нет, это был Вождь, Пророк, Святой, который был удостоен при жизни аудиенции у самого Господа и теперь несущий свет Вечной Истины страждущим. Он говорил, и голос, звучный, полный внутренней силы, наполнял, казалось весь склад, и даже в этом просторном помещении ему было тесно.

— Братья и сестры, — говорил Святой и Чудотворец Векшин, — все мы привыкли, что Господь где-то там, в недосягаемой неизвестности под названием Вечность. Светские власти отрицают его вообще. Священники и жрецы всех религий обещают с ним встречу лишь после кончины наших бренных тел. Но мы-то хотим встретиться с Ним здесь и сейчас. Хотим мы этого, братья и сестры? — возвысил он голос.

— Хотим! — выдохнули в едином порыве собравшиеся.

— Хотим мы увидеться с нашим Господом пока еще живы? — вопрошал Чудотворец.

— Хотим!

— Хотим побеседовать с ним, как со старым другом? Хотим мы спросить его, правильно ли мы живем?

— Хотим!

— Но каким мы хотели бы предстать перед Господом нашим? — еще сильнее возвысил голос Святой. — Жалкими попрошайками, молящими и милости, молящими даровать недостойным все блага, которых они не смогли добиться в жизни? НЕТ! НЕТ, НЕТ И ЕЩЕ РАЗ НЕТ!!! — голос Векшина стал оглушительным, и Серегин, впервые наблюдавший эту сцену, заподозрил, что у него где-то в балахоне скрытый микрофон, а кругом замаскированные мощные динамики.

— Мы не хотим быть перед Господом нашим нищими побирушками, — продолжал, немного понизив голос, Чудотворец Векшин. — Мы хотим встретиться с ним равными собеседниками, добрыми друзьями, коллегами, если угодно, единомышленниками и единоверцами. Мы хотим, чтобы Господь и Создатель мог гордиться нами. И это возможно, братья и сестры! На самом деле смысл жизни всех