Читать «Табакерка императрицы» онлайн

как участков есть сорок два. Членов бригады безрезультатность вызова не расстроила. Водитель, Валера Маслов, член сборной области по авторалли, был доволен, что удалось вырваться из города и прокатиться с ветерком по относительно пустой трассе, закладывая крутые виражи с заносами на поворотах. Вечно голодный фельдшер Семён, студент четвёртого курса медицинского института, обрёл надежду успеть поужинать в любимой пельменной на улице Пушкина, поскольку не надо тратить время на осмотр, лечение и госпитализацию. Андрей радовался возможности заехать проведать Оксану, пока та не легла спать.

– Андрей Леонидович, едем на заправку?[120] – спросил Семён, беря микрофон рации для связи с диспетчерской.

– Давай, но потом мне домой заглянуть надо.

– Успеем, в пельменной сейчас народу немного, быстро поедим, – заверил фельдшер и ткнул в плечо водителя. – Валер, сорок минут до закрытия пельменной, доедем?

– За двадцать минут долетим, – успокоил студента Маслов.

– Только аккуратно, – попросил Андрей, – мы не на ралли.

– Само собой, – отозвался водитель, включая мигалку и лихо разворачиваясь.

Но за двадцать минут они не доехали. Неожиданно выскочившая откуда-то с проселка на тракт «пятёрка»[121] перегородила дорогу. Матерясь, Валера надавил на тормоз и крутнул руль, прижимая «рафик» к обочине. Машина чудом не слетела в кювет. Как только автомобиль остановился, Валера схватил дубинку – толстый кусок провода в оплётке – и побежал разбираться. Андрей не успел его остановить. Двери «пятёрки» синхронно распахнулись, навстречу Маслову выскочили трое в тёмных куртках и натянутых на лица вязаных шапочках с прорезями для глаз.

– Звони в диспетчерскую, – крикнул Андрей фельдшеру и бросился на помощь водителю. Когда он подбежал, Валера сидел на земле, зажимая ладонью, из-под которой текла кровь, рану на голове. Рядом с ним, стоя на коленях, стонал и баюкал сломанную руку один из пассажиров «жигулёнка». Второй пассажир, вооружённый кастетом, которым, скорее всего, и проломил Маслову голову, попытался ударить Андрея. Доктор уклонился и пнул противника под колено, от чего тот взвыл и неловко повалился, схватившись за ногу. На Андрее были тяжелые туристические ботинки фабрики «Уралобувь» с массивными носками и толстыми подошвами. Перескочив через упавшего бандита, Андрей наткнулся на третьего. Вернее, на направленный ему в лоб чёрный зрачок пистолета. «Макаров»[122], – машинально определил доктор.

– В машину, фраер, быстро, – глухо прозвучала команда. – Или сейчас твоего козлодёра шлёпну!

Бандит направил пистолет на Маслова.

– Не стреляй, я иду. – Андрей быстро пошёл в сторону «пятёрки». Следом, матерясь и прихрамывая, двинулся обладатель кастета. Прозвучали три выстрела. Доктор обернулся. Маслов так и сидел на земле: бандит стрелял по колёсам машины скорой помощи. «Рафик» покосился, из передней шины со свистом выходил воздух. Семёна нигде видно не было. «Надеюсь, он успел связаться с диспетчерской», – подумал доктор. Его втолкнули на заднее сиденье, рядом уселся тип с макаровым, однорукий, не переставая стонать, придерживая сломанную конечность, занял место впереди, за руль сел «кастет». Машина, визжа шинами, рванула в сторону города.

Глава 54

Кто-то больно хлестал её по щекам. Оксана открыла глаза, попыталась защититься, но не смогла поднять руки. Они были крепко связаны сзади за спинкой стула, на котором девушка сидела, ноги примотаны к ножкам.

– Очнулась? Очень хорошо, – сказал знакомый голос без всякого прибалтийского акцента.

Перед Оксаной стоял Бриедис, в руке держал нож с узким лезвием. В комнате всё было разбросано – видимо, художник что-то искал.

– Что вам надо? – с трудом выговорила девушка: во рту пересохло, язык плохо слушался, голова кружилась, её поташнивало. – Я буду кричать!

– Кричать не рекомендую, мне придётся сделать тебе больно.

– Что вам надо? – повторила пленница.

– Надо поговорить. Ты ответишь на мои вопросы, и я уйду.

– Мне трудно говорить.

Бриедис наполнил стакан водой, поднёс к губам, Оксана жадно выпила.

– Ну, теперь лучше?

Девушка кивнула.

– Предупреждаю: будешь врать – будет больно. Поняла?

Оксана снова кивнула.

– Хорошо, вопрос первый: где табакерка?

– Какая табакерка?

– Неверный ответ.

Бриедис приставил острие ножа к щеке пленницы.

– Не хочется уродовать твоё очаровательное личико, но ты не оставляешь мне выбора.

– Если вы спрашиваете про табакерку, которая была у профессора Харитоновой, то я не знаю, где она. Я её видела, но не брала. Её подменил племянник Анны Авксентьевны, но его убили и табакерку забрали. Я не знаю кто.

– Допустим. Второй вопрос: где рисунки табакерки, которые были в твоём альбоме?

– Муж унёс.

– Где изделие, с которого ты рисовала? Только, не пытайся меня обмануть – это старые рисунки, ты не могла их делать с табакерки, которую видела у профессора.

– Это не я рисовала.

– Возможно, не врёшь, – задумчиво произнёс Бриедис. – Чувствуется другая рука, мужская. Муж?

– Он не умеет рисовать.

– Кто тогда?

– Муж взял их на вызове у пациента.

– Фамилия, адрес?

– Я не знаю.

Нож больно ткнулся в щеку. Оксана почувствовала, как по лицу побежала кровь.

– Но я правда не знаю! – в отчаянии закричала она, на глаза предательски навернулись слёзы. – Это мастер с танкоремонтного завода, он в тридцать шестой больнице, в коме.

Бриедис наклонился, заглянул девушке в глаза.

– Похоже, не врёшь, ладно, закончим. Не хочется мне это делать, но оставить тебя живой не могу.

Он скользнул девушке за спину, взял одной рукой за подбородок, поднимая голову вверх, открывая беззащитную шею. Дверь распахнулась, в комнату вошла Марина с продуктовой сумкой в руке. Бриедис отпустил Оксану, шагнул навстречу.

– Марина, берегись! – крикнула девушка.

Навыки бывшего сержанта отдельной роты охраны не подвели. Марина махнула ногой, нож вылетел из руки лжехудожника. Крутанувшись, Марина ударила Бриедиса локтем в голову, тот сделал шаг назад и, зарычав, бросился в атаку, обрушив на Марину град ударов. Оксана закричала что есть мочи. В прихожей послышались встревоженные голоса. Бриедис кинулся к выходу, по дороге сбил с ног соседку, врача-кардиолога, вывернулся из захвата соседа, санитара психиатрической бригады, и помчался вниз по лестнице…

Младший сержант Орешкин влетел в помещение контрольного поста автоинспекции.

– Иваныч! – закричал он, сжимая в руках рацию, – только передали: вооружённое нападение на скорую, километрах в десяти, «пятёрка» движется в сторону города!

– И чего ты орёшь? – спросил старшина Колесников, не отрывая глаз от телевизора, по которому транслировали футбольный матч между «Торпедо» и московским «Динамо». Старшина болел за «Торпедо», а динамовцы вели в счёте два: ноль.

– Как чего!? – опешил Орешкин. – Поехали на перехват!

– Зачем? Если они в город едут – мимо не проскочат, отворотов по дороге нет.

– Так что делать-то?

– Брось колючку[123] на проезжую часть. А-а!! Етит твою, мазила!!!

Нападающий «Торпедо» оторвался от защитников и пробил по воротам, но попал в перекладину.

– А если